Змеи Аргадзона (СИ) - Токарева Ольга "molishna" - Страница 29

- и не раздумывая она кинула его в сумочку.

Алька подняла лицо на незнакомца, а по её щекам все ещё текли слёзы.

- Вам больно? - едва проговорила она.

Он удивлённо посмотрел на неё.

- Я не стою ваших слёз. Жизнь не вечна, и если мне суждено умереть, то я умру, унося с собой ваш образ. Не каждому смертному дано любоваться красотой одной из жриц Аргадзона. - Он вытащил из кармана рубашки носовой платок. - Позвольте, - и, не дождавшись разрешения, стал вытирать с её щёк слезы.

В его глазах читалось, что он считает её совсем ещё ребёнком, но прекрасным ребёнком.

- Прошу, вас не плачьте. Вот, возьмите, - протянул он ей платок, и Алька взяла его, и уголки её губ слегка приподнялись.

Слёзы сразу прекратились, и она успокоилась. Посмотрев по сторонам, Алька поняла, что не понимает, в какую сторону ей идти.

- Вы мне не подскажите, как мне до улицы Крутицкой дойти?

Брови незнакомца слегка приподнялись в изумлении, он немного постоял в замешательстве, обдумывая её вопрос, а затем указал рукой вперёд.

- Прошу!

Мысли в голове у Альки крутились роем. «Это я во всём виновата! Я! И амулет Славке не купила. И змеи укусили парня. Хотя, может, всё-таки они не настоящие? Ведь просвечивались насквозь. И мамы нет, чтобы расспросить».

Алька тяжко вздохнула, вспомнив могилу матери. Терзающие мысли прервал незнакомец.

- А вот и улица, которой вы интересовались.

Он стоял и смотрел на Альку.

Она в замешательстве остановилась. Арка, через которую она прошла, отсутствовала.

«Как же так? Я ведь хорошо помню злую собаку... и старую кладку арки».

Ей даже сейчас казалась, что руки помнят прохладу кирпича. Она повернулась и посмотрела растерянно на незнакомца.

- Ничего не понимаю, а арка где?

Незнакомец замер.

- Простите, вы уверены, что вам нужно в первую грань мира?

Алька не совсем поняла его вопрос, но чтобы не показаться совсем дурочкой, произнесла:

- Конечно, я немного заблудилась, мне на улицу Крутицкой нужно, там ещё постройки древние.

Парень, казалось, был в замешательстве и молча смотрел на жрицу, явно недоумевая, зачем жрице Аргадзона первая грань мира? Но, кажется, решил не расспрашивать её.

- Разрешите вашу руку.

Алька взглянула в серые глаза незнакомца и положила свою ладонь в его руку. И тут же они оказались в ярком голубом потоке. Буквально через несколько секунд свечение исчезло, и они стояли возле арки. У входа лежала мёртвая собака, это можно было понять по её вытянутому телу, по ползающим и жужжащим над ней большим зелёным мухам. Алька попятилась в испуге и натолкнулась на незнакомца.

Он нежно слегка обнял её за плечи.

- Не бойтесь.

Она чувствовала своей спиной его сильное тело, его руки дарили тепло и покой. Её окутала сила незнакомца, Аля на миг закрыла глаз от блаженства и непонятного томления. Она никогда не испытывала ничего подобного. Повернувшись, она посмотрела на незнакомца и улыбнулась.

- Спасибо, мне пора.

Незнакомец залюбовался её улыбкой и красотой.

- Никого прекраснее в мире я не видел.

Поддавшись внутреннему порыву, он взял её руку и поднёс к своим губам. Алька не отрывала своих глаз от больших губ незнакомца, его прикосновения оказались очень волнующими. Ей так хотелось продлить минуты общения, но незнакомец отпустил её руку и вытащил из заднего кармана брюк знакомый ей амулет солнца.

- Разрешите исправить то недоразумение, которое произошло в моей лавке, и преподнести вам подарок. Вы ведь хотели приобрести именно эту вещь?

-Да - хотела, - едва проговорила Алька. Она протянула руку и взяла амулет. Рассматривая, покрутила, улыбнулась и приложила его к сердцу. Подняла светящиеся от счастья глаза на незнакомца. - Спасибо.

Альке очень не хотелось уходить, но как себя дальше вести с незнакомцем, она не знала, поругав себя за излишнюю скромность, развернулась и пошла.

Незнакомец стоял до тех пор, пока она не скрылась за поворотом. Кинув взор на мёртвую собаку, уловил остатки чёрной магии, но резкая боль, что прошла через всё тело, отвлекла, и он поспешил под арку. Развернувшись, сделал несколько шагов назад, встав к стене, закрыл глаза. Открыв их, оказался в своём мире.

Молодой человек не спеша зашагал по белому камню, и мысли его были одна мрачней другой. Необходимо срочно встретиться с адвокатом и написать завещание. Ещё никто не спасался от яда призрачных змей Аргадзона - никто. И он не питал иллюзий на свой счёт.

Он не знал, сколько у него осталось времени, на этот вопрос ему не ответил бы никто из живущих в двенадцати гранях мира живых существ.

Белый маг Леон Кранд Даунг решил не терять времени и отправился к себе в особняк. Адвоката можно вызвать и туда, а пока нужно заняться ядами и попытаться поискать противоядие. Хотя внутренний голос ему шептал: «Не тешь себя напрасными мечтами. Ты просто отстрочишь время своей смерти».

«Пусть! - отвечал маг. - Я хочу бороться за себя!»

«Борись - если хватит сил».

Но почему-то вот этих самых сил становилось всё меньше и меньше.

Глава 8.5

У Альки всю дорогу перед глазами стояло бледное лицо незнакомца, и её мучили тревоги. Анализируя, что случилось на улице Крутицкой, девушка всё больше приходила к мнению, что слишком нереальным было то, что она видела.

«Я ведь несколько раз обошла улицу вдоль и поперёк, пока искала ту самую лавку. И собака эта страшная... Только странная она какая-то была, особенно взгляд. И если бы я не закрыла глаза от страха и не попятилась, то наверняка не очутилась бы в том странном месте. Сколько «если»! Да и было такое ощущение, что я попала в совершенно другой город. Город в городе, противоестественно это как-то. Ой, я ведь совсем забыла о змеях, появившихся из маминого кольца».

Алька открыла сумочку, порылась в ней и нашла кольцо. Она покрутила его в руках, что же рассказывала мама о кольце и змеях -призраках?

«Мама говорила, что змеи закусали мужчину до смерти, когда он хотел причинить ей вред. И сейчас вон как клыки свои в парня вонзили. Ой! - Алька вспомнила, как по лицу незнакомца скользили чёрные извивающиеся нити. - Мамочки, что же я натворила?! Он умрёт! И я больше никогда не увижу его серых глаз. Я его вообще больше никогда не увижу!»

В носу защипало, из глаз вновь посыпались слёзы как горошины. Прислонившись к стеклу в автобусе, она оплакивала незнакомца и свою несчастливую жизнь. Когда подъехала к деревне, платок, который он дал, был насквозь мокрым. Не спеша девушка побрела к дому, и когда открывала калитку, уже почти успокоилась. И только опухшие красные веки да натёртый нос, которым она иногда шмыгала, выдавали недавние переживания.

Алька поднялась по ступенькам, открыв двери, вошла в дом. Её обдало ароматом свежей выпечки и теплом. Это была не раскалённая уличная жара, а тепло самого дома. Любовь живших здесь когда-то людей осталась в нём и теперь окутывала и согревала девушек, которые здесь поселились. Альке стало хорошо, печаль и боль отступили. Она сняла кроссовки и услышала крик Славки:

Алька, это ты?!

Не успела она открыть рот, как Славка выбежала из спальни:

- Алюшка, моя хорошая! - Славка подбежала к ней и обняла. - Бедненькая, и глазки красненькие, и носик весь распух, - приподняв передник, вытерла им Алькин нос, - вот и ладненько, ну эти слёзы подальше, а я такой пирог испекла, сейчас поужинаем, и легче станет. Правда?

Славка заглядывала в глаза сестрёнки, пытаясь уловить её настроение. Алька улыбнулась, смотреть на Зариславу было одно удовольствие. Она всегда находила нужные слова, чтобы поддержать, всегда была рядом в самые тяжёлые и трудные моменты.

- Всё, хватит мокроту разводить, садимся за стол, у меня уже внутри свело от голода! -Алька улыбнулась Славке, прошла к раковине, вымыла руки и подсела к столу.

Слава быстро доставала из закромов всё съестное.

Алька даже рассмеялась:

- Слава, успокойся, иначе мы съедим месячный запас.