Последний день империи (СИ) - Морозова Мария - Страница 70

Да, с того дня, когда Иллара Дэй спасла целый мир, пожертвовав собой, прошло восемнадцать лет. Восемнадцать лет, за которые мир изменился так сильно, что это казалось неправдоподобным. Годы, полные перемен, потрясений, а для него, Кастэра, еще и полные боли.

Жертва Лары не была напрасной. В Нортан действительно вернулась магия. Особенно сильно магическая вспышка зацепила тех, кто находился рядом с источником. Нортан как будто щедро одаривал людей, пришедших ему помочь, излечивая раны, раздувая искру магического дара. Кастэра вспышка так вообще превратила в сильнейшего мага на всем материке, если не в целом мире. Но самому одаренному тогда на это было плевать.

Иллара погибла, и жизнь потеряла для него всякий смысл. Он так и остался бы там, в долине, но Нейт и Хиро, пришедшие по следам магии, выволокли оттуда практически силой. Впрочем, Касу это не очень помогло. При первой же возможности он оставил их и ушел к себе в лес, в дом на берегу реки Игалин. Где просидел почти год, каждый день напиваясь до беспамятства, чтобы забыть боль потери.

Из леса его вытащил Нейт. Просто один раз явился, приложил его каким-то заклинаем, макнул головой в чан с водой и сказал, что Лара расстроилась бы, если бы узнала, как бездарно Кастэр Кайер тратит бесценный дар, ради которого она пожертвовала жизнью. А не помогает восстанавливаться спасенному ей миру.

И Кас будто очнулся. Ведь Лара действительно подарила ему будущее, которым маг так легкомысленно пренебрег. Это было похоже на кощунство, на самую черную неблагодарность, и Кастэр понял, что не может так поступать и дальше. Стоило жить, пусть не ради себя, а хотя бы ради памяти Иллары.

Он вернулся с Нейтом в Атараксию и стал делать все, чтобы магия и маги заняли положенное им место. Тем более, что узнавший об этом Дариан Третий полностью встал на сторону одаренных и даже предложил Касу должность своего советника. Но тот предложение не принял, отдав должность вернувшемуся из лесов Аурелию Амалору. Ему показалось более важным искать и помогать тем, у кого проснулся дар. Ведь это происходило не только с детьми, которых в первый год родилось очень много, но и со взрослыми. Поэтому маг основал университет, куда могли прийти все, обладавшие хоть каплей дара.

Было непросто. Иногда невыносимо. Особенно, когда в самом начале молодые студентки изо всех сил пытались заполучить в свои сети холостого мага в самом расцвете сил, обласканного императором и слывущего настоящим героем. Но оно того стоило. И сейчас Кастэр Каейр возглавлял самый большой в Равероне магический университет, куда съезжались учиться маги не только со всей империи, но и из других стран.

К слову, студентки к нему уже почти не липли. Несмотря на привлекательную внешность (а благодаря магии он выглядел и чувствовал себя лет на тридцать максимум), Кастэр Кайер жестким подходом заработал себе славу женоненавистника. Но самого мага это волновало мало. Все эти годы он хранил верность той, кто сумела навсегда занять его сердце.

В общем, почти все их мечты исполнились. Магия вернула себе почет и уважение, церковники потеряли большую часть своей власти. Император отдал одаренным три раверонских Первохрама, а Кас сумел открыть тайники с бесценными книгами, которые были сокрыты долгие сотни лет. Нейтон Мур выучился на мага-механика и теперь стал известным на весь материк изобретателем, хозяином трех заводов и счастливым отцом семейства. Крыс – Хиро Мораис, тоже получивший магию, с головой ушел в целительство. Вильмер Сэдли уехал куда-то на юг и по слухам основал там школу для маленьких магов-сирот. Даже Черный Барт пришел в себя. Лара оказалась права на его счет. После долгого забытья у него в голове словно что-то сломалось, и теперь ищейка использовал свой дар не для поиска еретиков, а для того, чтобы разыскивать людей с искрой и помогать им.

Они жили яркой, насыщенной жизнью. Кастэр, Нейт и Хиро поддерживали связь и каждый год собирались в этот день, чтобы почтить память Лары. Правда, сегодня Кас первый раз остался один. Три часа назад Леона Мур родила своему супругу второго сына, и счастливый Нейтон сидел у ее постели. А Хиро вчера перенапрягся в своей больнице, вытаскивая безнадежного пациента, и сейчас валялся в отключке в соседней со спасенным палате.

Касу было не привыкать к одиночеству. Все эти годы он жил один. Сначала вместе с Нейтом вернулся к Кримтам, где обретался и Крыс, потом купил себе дом недалеко от новоявленного университета и поселился там. Ему не нужны были ни новые друзья, ни светская жизнь с ее яркими развлечениями, ни женщины. Только тишина и покой, дающие отдых истерзанной душе. И воспоминания…

Он глотнул виски и бережно погладил кончиками пальцев портрет Лары, который специально для него по памяти нарисовала Леона. Этот портрет стал самым драгоценным сокровищем мага.

Тихий стук в дверь, а потом и скрип петель бесцеремонно прервали его уединение. Не глядя на вошедшего, Кастэр бросил резко:

– Я не принимаю. Приходите завтра.

– И для меня не сделаешь исключение? – произнес голос, который маг теперь слышал только во снах.

Кастэр бестолково моргнул и глянул на бокал с виски, подозревая, что тот умудрился так испортиться, что от одного глотка у него начались галлюцинации. Но шорох плаща все же заставил поднять взгляд на ту, кто так нахально вторглась в его кабинет.

Бокал покатился в сторону, расплескав содержимое по столешнице. Только Кас не обратил на это никакого внимания и медленно встал с кресла.

– Это мне мерещится, да? – пробормотал он самому себе, лихорадочно шаря взглядом по лицу, которое только что рассматривал на портрете. – Наверное, я напился и уснул.

– Нет, – ласково улыбнулась Иллара. Ее не могло быть здесь, никак не могло, но она была. – Я же обещала, что однажды вернусь.

Бледный, как смерть маг вышел из-за стола, натыкаясь на мебель. Подошел к девушке, которая сбросила мокрый плащ прямо на пол, и протянул к ней руку. Но не коснулся, словно боясь, что она растает он неловкого прикосновения. Тогда она сама сделала шаг навстречу и прижала его ладонь к своей щеке.

– Лара… – прохрипел Кас.

– Я вернулась, – счастливо жмурясь, сказала та. – Второй шанс – как благодарность от Нортана за помощь.

– Лара… – маг, наконец, отмер и сгреб ее в охапку, покрывая поцелуями лицо.

А она только улыбалась, наслаждаясь его ласками. Они были разлучены на целых восемнадцать лет…

– Как? – выдохнул Кастэр, с трудом оторвавшись от любимой, чтобы дать ей перевести дыхание. – Почему так долго?

– Нортан дал мне возможность вернуться. В теле младенца, родившегося в день, когда вернулась магия.

– В теле младенца? – прохрипел Кас. – Как это?

– Я родилась второй раз, в хорошей благополучной семье. Сначала росла обычным ребенком, в котором не было ничего странного, кроме искры магического дара. Но постепенно ко мне стали возвращаться воспоминания. Снами, видениями, просто знаниями о прошлом. Не быстро, иначе я бы просто сошла с ума, но к восемнадцати годам память восстановилась полностью. И я отправилась к тебе.

Кас медленно кивнул. Ему и в голову не приходило подозревать неожиданную гостью в обмане. Он знал, что его любовь вернулась. Он чувствовал это. Между ними словно натянулась невидимая нить, оборвавшаяся восемнадцать лет назад. И сейчас пустота в душе стремительно заполнялась, а раны зарастали, будто их и не было. Будто не было этих невыносимо долгих лет порознь.

– Моя девочка… Моя Лара… Я так долго ждал.

– Кстати, – лукаво улыбнулась та. – Меня и в этой жизни зовут Иллара. Родители назвали в честь девушки, которая однажды плыла с ними на барже из Гальвара в Нургим.

Кас прищурился, вспоминая то путешествие и беременную женщину с супругом, но потом махнул рукой. Прижал Лару к груди и глухо прошептал ей в волосы:

– Не оставляй меня больше.

– Не оставлю, – твердо пообещала та. – Никогда.

– Я люблю тебя. Всегда любил.

– Знаю, – улыбалась Иллара, млея в объятиях любимого. – И я тебя. Очень-очень. Теперь у нас все станет хорошо. Нейт и Кас тоже будут рады меня видеть. Ты станешь учить меня магии. Я ведь маг, знаешь? И собираюсь поступать в твой университет.