Пройти по краю (СИ) - Владимирович Владислав - Страница 4

Аллея с березками и низкорослыми ясенями как-то быстро закончилась и перед Сергеем открылся вид на огромный особняк, причудливо украшенный колоннадой и статуями. Лепнина на стенах, стрельчатые окна. Никакой аляпистости или вычурности, красиво, со вкусом, но видно, что над домом трудились не покладая рук.

— Ну вот, смотри, в народе — Резиденция Хранителя. А по нашему, родовое гнездо, — а посмотрев на Сергея, рассмеялся в голос, — Дед, ты рот то закрой, ворона залетит! Ха-ха-ха! Нравится?

— Мда, батенька, нравится вам, однако, роскошная жизнь. Не, это не по мне, неуютно. Красиво, но не по мне. — Машина остановилась у широкой лестницы, выпуская пассажиров из прохладного салона в весеннее тепло.

Распахивая большую двустворчатую дверь из особняка выскочила девчушка лет 5–6, в зеленом платьеце, с веселым криком «Деда вернулся!» с разбега высоко подпрыгнула и влетела в широко расставленные руки Виктора Андреевича, обхватывая того хвостом за торс и прижимая маленькую рогатую головку к его плечу. Следом за девчушкой, вышла девушка, фурия и молодой парень.

— Отец! Привет! С возвращением! — Сразу же обняв Виктора Андреевича, фурия повернулась к Сергею. — А кто наш гость? Представишь?

Виктор Андреевич, держа на руках девчушку, медленно повернулся к Сергею.

— Тебя как, по всей форме, или так?

— Я Сергей, просто Сергей! — Слегка поклонился он.

Девчушка на руках у старика заерзала, что-то зашептала ему на ухо и указала пальчиком на Сергея, на что Виктор согласно кивнул, улыбаясь во все 32 зуба. Фурия принюхалась, подойдя вплотную к гостю, а парень, так и стоял чуть поодаль, улыбаясь и наблюдая за этой картиной.

— Лина, знакомься, это мой дед, твой прадед, основатель рода, Хранитель этого мира, и так далее, далее, далее… ну ты поняла, Сергей Нарышкин. — От этих слов Виктора Андреевича, девушка дернулась, отошла на пару шагов назад, вытянулась по струнке, присела слегка в реверансе, склонив голову чуть на бок. Девчушка же, спрыгнула с рук деда, тоже сделал небольшой книксен, подошла к Сергею, принюхиваясь. Парень, до этого стоящий поодаль, подошел, протянул руку.

— Ну здравствуй, дед, давно не виделись!

— Лешка? — Сергей притянул парня к себе и обнял, — как же ты вырос, малыш! Большой такой! Лешка! Как же я скучал! — Приговаривал Сергей, обнимая парня, и сдерживая скупые слезы. — Я же когда уезжал, ты совсем мелкий был-то! Думал, забыл меня совсем!

— Нет, дед, не забыл… Как то странно называть тебя дедом. Ты выглядишь со мной одного возраста, также, как и тогда…

— Ну и чего встали то? Давайте в дом зайдем, а то стоим посреди двора, гостя на пороге держим. Давай, Синичка, веди прадедушку в дом, ему надо обмыться с дороги, да отдохнуть не мешало бы, да поговорить с папой…

Сергей немного удивленно приподнял бровь, глядя на внука, но тот одними губами прошептал «потом поговорим», на что Сергей кивнул, уводимый маленькой фурией по имени Синика.

Глава 5

Дом создавал очень положительное впечатление: никакой вычурности, излишней роскоши, максимум функциональности и комфорта. Сергею выделили огромную комнату на втором этаже с видом на Кубань, которая сильно разлилась в последние годы, став шире и глубже. Два небольших дивана посреди комнаты, стоящих друг напротив друга, два глубоких мягких кресла, винный столик, на котором примостился графин с коньяком и несколькими пузатыми стаканами, высокие окна в деревянных рамах. На стене огромный телевизор, маскирующийся под картину. Из зала выходили еще две двери, одна оказалась ванной с туалетом, вторая — небольшой уютной спальней с огромной кроватью. Сергей с сожалением посмотрел на это огромное чудо, погрозил ему пальцем — Ничего, скоро встретимся, — и на ходу скидывая рубашку и штаны, поплелся в душ. Вода смыла и оставшийся после долгой дороги хмель, и усталость, и сонливость.

Выбравшись из душа и завернувшись в полотенце, вернулся в спальню, где стоял большой бельевой шкаф. Открыв его и не найдя никаких вещей, кроме махровых халатов, один из которых он и подхватил, вышел в зал. Небольшая ширма в углу скрывала за собой большой платяной шкаф-купе, открыв который, Сергей поморщился. На вешалках висели разные костюмы, вечерние, дневные, черные, серые, белые. Аккуратными стопками лежали разного цвета рубашки. На отдельной полочке лежали носки, соседствуя с трусами, одни из которых Сергей и взял. Придирчиво осмотрев все это богатство, и не найдя ничего для себя подходящего, с трусами в руках вышел из-за ширмы, чтобы чуть ли не налететь на перекатной столик, уставленный чашками с кофейником и множеством тарелочек со всякими булочками, который толкала миловидная девушка, в зеленом платье до колен и белом переднике.

— Ой, — пискнула она, — извините господин, ради всех богов, я не хотела! — А пушистый хвост, выглядывающий из-под платья, резко прижался к ее ноге. Сергей ухмыльнулся, как можно более открыто улыбнулся девушке.

— Все нормально, ничего же не случилось, никто не погиб, ничего не разбито, так что, никаких проблем! Даже если бы разбилось, не думаю, что мой внук от этого обеднеет. — Засмеялся тот.

Девушка смущенно улыбнулась, кивнула, дотолкала столик, оставляя его между двух диванов и развернулась к Сергею.

— Господин еще что-то желает?

— Штаны, нормальные штаны, это единственное чего я хочу. Не брюки, как в шкафу, а такие, по типу армейских, и футболку, простую футболку, любую, только не розовую. — И незаметно для себя, почесал подбородок рукой, на которой красовался перстень Хранителя, отмечая про себя, что побриться бы тоже не мешало. Жест не укрылся от глаз девушки, глаза в немом удивлении расширились, девушка ойкнув упала на колени, коснувшись лбом пола и вытянув руки в сторону Сергея. Пушистый волчий хвост испуганно прижался к полу, едва подрагивая кончиком. — Твою-то мать! Ты чего? Поднимайся давай! Эй, что случилось то? — потом взглянул на руку с перстнем, еще раз выругался. Подошел к девушке, встал на одно колено, положив руку с перстнем ей на голову. — Живи достойно, дитя, не посрами предков.

Девушка подняла голову, посмотрела на Сергея, стоящего рядом на одном колене, рывком поднялась, счастливо взвизгнула и пулей вылетела из комнаты, даже забыв закрыть дверь. Сергей поднялся, поправил начавшее слезать полотенце, налил себе кофе из кофейника и, плюхнувшись в глубокое кресло, сделал несколько небольших глотков. Ароматный кофе взбодрил немного, опять загоняя сознание в бездну памяти. Но далеко уйти оно не успело. В открытую створку двери вежливо постучали.

— Входите, открыто. — Не глядя буркнул он, потягивая уже порядком остывший кофе. Тихий шелест шагов, которые остановились перед ним. Сергей разлепил глаза, глядя на стоящую перед ним фурию.

— Извините, Хранитель, нас толком не представили, — начала скороговоркой она, — я хотела извиниться и представиться сама, как подобает лицам нашего круга. — Сделав небольшой книксен, продолжила, — меня зовут Лина из рода Нарышкиных. Приношу свои искренние извинения за…

Сергей изогнул бровь, в удивленно-сердитом выражении, поднятой рукой останавливая этот словесный поток.

— Сядь, деточка, оставь уже этот пафос там, — и он неопределённо махнул рукой в сторону двери. — Вы не такие, какой ты хочешь показаться. Твоя прабабка, вон, зашла ко мне в дом, сказала, что будет второй женой и плевать на все. И знаешь, ни разу не пожалел. Поэтому сядь, расслабься, выпей кофейку, и расскажи вкратце, что вообще в мире произошло за последние 300 лет, а то я как-то выпал из жизни.

Выражение лица "овечка на заклание" Слетело легкой дымкой, и девушка опустилась в кресло, принявшее её в свои объятья.

— А можно пирожное вот это? А это? Или вот это? — мигом затараторила она. И набивая рот вкусняшками, начала рассказывать. — Ну, война альфар была, говорят, много погибло и отцу лично пришлось вмешаться, что еще? А, ну, Красивый дар перестроили. Ну, квадропланы запустили… А больше ничего на ум и не приходит с наскоку.