Айлин (СИ) - Авонадив Анель - Страница 118

— Узнать правду, — тяжелый взгляд собеседника давит, откидываюсь на стуле,

Напрягает сама ситуация, и подача информации со стороны собеседника.

— Подруга Алин уверяет что слышала разговор своей будущей свекрови с соседкой, в котором Алима призналась в убийстве матери Айлин, — так вот оно что!

Не успеваю оформить умозаключения в своей голове, слушая как Руслан кратко рассказывает об истерическом припадке Алены, во время нашего короткого путешествия, где Артур возвращал девчонку к жениху.

Как я понял, она обвинила Алиму в причастности к смерти биологической матери Айлин, на что Артур посоветовал ей закрыть рот.

И все бы ничего, ее слова со слов Руслана всерьез не восприняли, пока она не сказала, что в момент разговора, там находился я.

Тру переносицу. По факту, Алена рассказала только часть и брат Айлин ничего не знает, потому что ее запугали, она не стала рисковать.

Хотя судя по тому, что Алан провел несколько месяцев восстанавливаясь в больнице, она могла просто не успеть сообщить ему свою правду.

Разумное звено в ней все же имеется.

— Хорошо, что Артур объяснил девчонке простые истины и последствия такого обвинения: как только будущий супруг услышит подобное о собственной матери, в семью она не будет вхожа никогда, — молча обдумываю услышанное, цель визита понятна.

Так я и думал, что слова девчонки поставят под сомнение, зря Алена в это полезла.

— Конечно, можно списать ее слова на буйство гормонального фона, который так часто меняет настроение у беременных, но я склоняюсь к личной неприязни относительно родни потенциального жениха, все на поверхности, она не принята в семью своего мужчины.

Собеседник оценивает степень моего восприятия, добавляя:

— Только меня смущает маленькое уточнение: девчонка утверждает, что ты можешь подтвердить подлинность слов, так как в момент разговора находился поблизости, это правда?

Набираю в легкие воздух. Алена, как я и думал, передала разговор двух женщин, и когда ей не поверили, использовала меня в качестве свидетеля…. А я ведь предупреждал ее. В крайний раз чтобы виделись, она не отходила от Алана, поговорить у нас возможности не было…

В тот самый момент, когда я готов подтвердить слова Алены, Руслан предостерегает, неотрывно следя за моей реакцией:

— Егор, только у меня есть просьба, — нервы на пределе, пока хватает ума не послать все к чертям, держусь, слушая речь собеседника, — прежде чем ответить, подумай, последствия могут быть печальными, выгораживая девчонку могут полететь головы невинных людей, — я не собираюсь выгораживать Алену и врать, девчонка сказала правду, ее слова я готов подтвердить сразу, мне не о чем думать.

— Руслан я что-то не пойму, ты мне сейчас хочешь что сказать? — когда вижу на лице мужчины нечитаемую маску, эмоции берут разум в заложники, больше не сдерживаю себя, меня откровенно несет:

— Не знаю что ты обо мне думаешь, только я не имею привычки врать и изворачиваться по жизни, по этой части не ко мне, девчонка сказала правду, — выдерживая паузу, потому что Руслан встает с силой отодвигая стул, отшвыривая последний к стене, медленно идет в сторону панорамного остекления.

В голове только вопросы, ответов на которые я не нашел: в наше время никто не использует примитивные методы отравления для устранения людей, в последний раз я читал это в исторических очерках девятнадцатого века. В голове проносятся циничное предложение второй женщины, которое вынуждает меня защищать Алену:

— Ничего удивительного, что девчонка устроила истерику и испугалась за себя и будущего ребенка, ее реакция нормальная, мне удалось ее успокоить, но как я понял, лишь на время, — Руслан стоит ко мне спиной, не поворачиваясь сухо уточняет:

— При чем тут Алена и ее ребенок, им ничего не угрожает, мне видится куда более серьезная проблема — Алима убийца! — пытаюсь собрать остатки терпения, но не выходит.

Злость закипает, мне нет никакого дела почему девчонка, вдруг, решила утаить про намерения собственного отравления, озвучив лишь версию про мать Айлин, и если быть совсем откровенным, то разгадывать этот ребус я не собираюсь.

Меня волнует Айлин и ее состояние. Внутрисемейные разборки никогда не закончатся, учитывая горячий темперамент новых родственников, о чем сразу сообщаю:

— Руслан я не хочу вмешиваться в ваши семейные дела, меня волнует моя жена и ее эмоциональный фон, Айлин только стала приходить в себя, — не заметил как последние фразы непроизвольно вырвались из уст

— У нее снова приступы, почему я ничего об этом не знаю?! — мужчина поворачивается и хмурит брови, его приказной тон на меня не действует

— Это наша семья и мы разберемся! — говорю резче чем хотелось бы

Мужчина в один миг оказывается рядом, нависает надо мной словно гора, угрожая:

— Если только я узнаю, — он хватает меня за лацканы пиджака, не позволяя мне одернуть от себя, сильные руки.

Ситуация явно выходит из под контроля, общение переходит на повышенные тона.

— Не надо мне угрожать, Айлин моя жена и теперь ответственность за нее на мне, обойдусь без советчиков, — родственник жены брезгливо отталкивает меня, в попытке сохранить равновесие задеваю стул, который с грохотом падает где то рядом, не падаю, держусь на ногах.

Не думал, что можно вывести из себя такую глыбу на эмоции Все расположение и добрые намерения Руслана вмиг рассыпались, будто и не было.

Не знаю в какой момент все дошло до точки кипения.

Слишком много негатива. Руслан Ибрагимович первый прерывает молчание:

— Ваши показания с Аленой расходятся, одно откровение круче другого! Вы бы хоть обговорили версии, чтобы не противоречить друг другу!

— Ты просил правду, это и есть правда! — стою на своем, оправдываться не собираюсь. Узнавать какие именно версии озвучивала Алена не имею не малейшего желания, это только усложнит. А вот относительно своей семьи иду до конца:

— Руслан я понимаю, что Айлин ваша единственная принцесса, только вы все время забываете, что отдали ее замуж, и теперь я несу всю ответственность, я никогда ее не обижу, у нас сейчас не самый простой период, Айлин маниакально хочет получить ребенка, — я не уточняю что почти смирился с ежемесячными подсчетами каких-то важных дней. Единственное что сейчас меня гложет, я не хочу возвращаться к безысходности, потому что не хочу бояться, что жена может что-то с собой сделать.

Родственник Айлин подходит к столу, становится напротив, облокачиваясь при этом обеими ладонями на столешницу, впивается взглядом в мое лицо словно коршун, не комментирует, давая мне возможность высказаться:

— Я просто не говорю о том, сколько клиник мы обошли чтобы выслушать, что оба абсолютно здоровы, врачи исследовали нас вдоль и поперек, нам нужно время, не лезьте в нашу семью!

— Неудивительно, после пережитого стресса Айлин не восстановилась, — Руслан констатирует известный всем факт, на что я добавляю:

— Хорошо, что ее больше не мучают кошмары, плохо, что психолог пока не видит результата, Айлин закрытая девочка к ней нужен особый подход.

Про себя думаю, что я потому и настоял, чтобы жена пошла работать, так она сможет почувствовать себя нужной, будет проще стереть обреченность собственных мыслей.

Руслан, рассматривая переговорную, обводит безразличным взглядом масштабы ущерба, в виде валяющихся стульев, его взгляд направлен мимо меня, куда то в одну точку переговорной. Отвечая мне, не смотрит в глаза, пытается собраться с мыслями, для него этот разговор также тяжелый:

— Я понял, Егор, делай как считаешь нужным, я не знал, что все именно так, — его ответ немного сбавляет напряжение, первый иду навстречу:

— Руслан, пойми меня правильно, мне нет дела до Алимы и ее мотивов, я даже понимать не хочу, чем именно мог руководствовался тесть, когда привез вторую жену, мне не близки такие традиции, банальная женская ревность способна сделать человека слепым к любым доводам разума, я думаю только про Айлин, я с ней только жить начал!