Синдзи-кун. Тетралогия (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 244

– Да не переживай ты так. – говорю я и глажу ее по волосам: – все нормально. – и в самом деле, думаю я, чего развел тут панику. Даже если все, о чем говорила Линда – правда (что вряд ли – много чего в этой теории не стыкуется) – даже в этом случае – нет причин для паники. Причин для паники вообще не бывает. Голем – хорошо. Биоконструкт – прекрасно. Главное – найти ограничения воли – если они есть и убрать их. А если их нет, так вообще все замечательно. Судя по рассказу Линду, Алые Стражи – крутые ребята (или кто они там), на уровне топовых магов страны, раз смогли люлей самому Ямамото накидать. Значит – мое тело может выйти на такой уровень. А может уже на таком уровне. Прекрасно. А что касается ограничений от Императора… надо бы проверить.

– Император – старый мудак! – громко говорю я и глаза Читосе округляются.

– Ты чего Син? – спрашивает она и хлопает ресницами. Все‑таки красивые у нее глаза, думаю я, никогда раньше не замечал, но красивые. Не было времени что ли?

– Император – старый мудак. – повторяю я: – вся система Имперской власти прогнила. Нужно освободить страну от ветхой монархии и насадить настоящую диктатуру. Со мной во главе! – прислушиваюсь к себе. Никаких запретов, делай что хочешь, хочешь – называй Императора старым мудаком, хочешь – планируй заговор против него. Пароли, явки, создание тайного общества, подкоп под Лазурный Дворец и размещение там бомбы. Ну или Акиру с Юки заманить.

– Мне кажется ты на солнце перегрелся. – говорит Читосе: – я, наверное, Акиру позову. Она тебя осмотрит. Мало ли что.

– Надо свергнуть монархию и поставить совет из пяти архонтов. – доверительно сообщаю я Читосе: – выкорчевать монархию и учредить совет народных депутатов. Или Сенат. Или, как в Афинах – на площади кричать, кого полководцем назначить. Любая форма правления лучше, чем этот замшелый пень в шелковых одеждах.

– Ты не подумай, что я сторонница монархии как таковой. – говорит Читосе и немного отодвигается от меня: – я вообще то республиканка и за прогрессивные формы правления. Но ты все‑таки или на солнце перегрелся, или эта Линда тебя сломала.

– Погоди. – я хватаю ее за руку: – а если мы тут с тобой вдвоем организуем заговор против Императора и его власти – что скажешь? – думаю, что просто декларации маловато, надо закрепить действием. Если какие‑то запреты и вшиты мне в подсознание, то я это сейчас узнаю.

– Ну… если ты так хочешь – конечно. – пожимает плечами Читосе: – Император, так Император. Только сперва тебе надо бы Акире показаться, а то я за тебя волнуюсь.

– Хм. – задумываюсь я. Пока – никаких запретов. Неужели все связано с Юки?

– Читосе, мне нужна твоя помощь. – говорю я: – надо напасть на Юки. Похитить ее и увезти из города. Во имя ее же блага.

– Ты, Син, наверное, еще и головой ударился. – говорит Читосе: – эта белобрысая тебя била? Куда она тебя ударила? Сколько раз?

– Погоди. – я поднимаю палец и прислушиваюсь к процессам внутри. Опять нет голосов, нет запретов, нет неприятия ситуации. Надо похитить – похитим. Мозг торопливо рисует картинку дождливого осеннего дня и нас с Читосе – в длинных плащах, почему‑то в шляпах и черных полумасках. Как мы подстерегаем Юки возле дома, она идет одна, Читосе вырастает сзади, зажимает ей рот, я хватаю ее за ноги и мы… нет, она ж нас всех заморозит нахрен.

Снова мы с Читосе накидываемся на нее, я бью Юки по затылку, вырубая ее, Читосе подхватывает ноги, и мы грузим ее в багажник черного автомобиля, похожего на полированного бегемота. Следующий кадр – Юки в подвале, привязанная к кресту и приближающаяся к ней Читосе с … вибратором?! Я спешно мотаю головой, отгоняя видение. Стоп, думаю я, стоп. А вдруг это и есть – запрет Императора?! Значит – надо прожить все до конца, я снова зажмуриваю глаза и представляю голую Юки и Читосе с вибратором, почему то рядом появляется Майко, хлопает в ладоши и кричит что‑то веселое и непристойное, Акира одевает свой знаменитый Акиратор и смазывает его гелем… нет, ну все, пора останавливаться, если это запрет Императора, то и правильный запрет. Запрет на воображаемые извращения, вот.

Я открываю глаза. Читосе смотрит на меня и ее глаза становятся еще круглее. Она отодвигается еще дальше.

– Син? – говорит она: – что с тобой?

– Да все нормально. – говорю я. Итак, в результате мысленного эксперимента установлено, что это не запреты или инструкции Императора у меня в голове, а сам мой мозг настолько извращенный, что может думать и об этом и о том. Да еще и в разных позициях, комбинациях и составе участников. Это мой мозг может, да.

Думать, что я могу убить Акиру – могу, конечно. И Юки могу похитить и изнасиловать. Вот только ни того, ни другого делать не буду. Как говорил товарищ Ренин – мы не можем читать мысли, а потому судим о людях по их поступкам. С этой точки зрения, конечно, мысленный эксперимент – ни фига не показатель. Надо бы Юки попробовать похитить… и опять у меня мысли куда‑то не туда. Не, теперь я окончательно убедился, что я никакой не андроид, голем или биоконструкт. Никто не станет делать голема, который двадцать четыре на семь только и думает, как бы с кем переспать. Разве что, если я – секс‑голем, скажем. Тоже не сходится, секс‑голем должен – ух, день и ночь, а я тот раз выдохся… хотеть то хочу, а вот мочь…

– Как я счастлив, что я – извращуга. – доверительно поведал я Читосе: – а я извращуга. Надо бы проверить, конечно…

– Проверять не надо. – быстро сказала Читосе, уперевшись спиной в стену: – я верю тебе на слово. Ты меня не обманывал никогда, чего ж я – на слово тебе не поверю, что ли?

– Надо. – говорю я вслух, думая, как именно буду устанавливать у себя наличие свободной воли. Трахнуть Императора? Жаль, что он не Императрица – Императора как‑то неохота. Это следствие запрета или все‑таки половая ориентация и свобода воли? Прошивали ли внутри биоконструктов нежелание трахать Императора как императиву, прошу прощения за каламбур?

– Долго вы еще тут? – дверь открывается и входят Акира с Юки и Иошико. Иошико – вспотевшая, раскрасневшаяся после тренировки. Юки – как будто и не потеет никогда. Кстати, думаю я, глядя на Юки, а как с ней проводить эксперимент по выявлению запретов Императора на проявление свободной воли? Примерзну же. Надо Акиру привлекать, без вариантов.

– Акира! – кидается к свои спасителям Читосе: – Син с ума сошел! Бормочет чего‑то. Хочет свергнуть Императора и установить власть пяти архонтов.

– Неплохая идея. – поправляет очки Акира: – имей в виду, Син, что я претендую на место в Совете Архонтов.

– Меня тоже записывай! – тянет руку веселая Иошико: – я к тому времени школу закончу. А сколько Архонты получают? А медицинская страховка есть?

– Да погодите вы! – перебивает Читосе: – он хочет Юки похитить и Императора трахнуть!

– … необычная идея. – говорит Акира: – а зачем похищать. Ты мог бы и спросить – она по моему не сильно‑то против.

– Кьяяя! – говорит Юки и отворачивается. Но я вижу, как уши у нее заливаются предательским румянцем.

– Императора? – Иошико поднимает взгляд к потолку: – интересные у тебя фетиши, Син. А я думала, тебе девочки нравятся.

– Мне нравятся девочки – уверяю ее я: – только девочки и никаких мальчиков. Это… просто мысли вслух…

– Акт соития с Императором в данном случае носит скорее психологический характер как акт доминирования и осознания своей безграничной власти. – поясняет Акира: – а значит наш Син наконец обрел амбиции. А то все хотел тихой жизнью жить.

– Так это нормально? – спрашивает Читосе облегченно: – а то я думала к тебе бежать…

– А ты, Читосе, сама на словах его поддерживаешь, а как до дела дошло, так сразу в кусты. – попеняла ей Иошико: – настоящая Ямато Надешико должна идти за своим мужчиной хоть в ад, хоть в опочивальню Императора!

– Ну тебя. – обижается Читосе: – если б я знала, что он серьезно. Я бы конечно… просто у моего дядьки такая же история была с Императором и его портретом. Загадили его у него мухи, а тот возьми и с ума сойди. Говорит, что мухам можно на Императора срать, а людям нельзя, а он пятьдесят лет стране отдал, воевал, ногу потерял…