Синдзи-кун. Тетралогия (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 206

– Да завела она моду, понимаешь у меня с утра завтракать. Не кормят там ее в общаге что ли… или еда ей не нравится. Мне‑то что… – пожимает плечами Питер, осторожно косясь в сторону Линды. Линда продолжает его игнорировать.

– Так что хоть с утра она нормально ест. Завтрак – это краеугольный камень правильно питания. – говорит Питер, явно кого‑то цитируя: – а у нее питание ужасное, она в основном сладкое ест. Как еще не в прыщах с ног до головы.

– Кого еще с утра принесло? – выползает на кухню Читосе, у нее на лице какие‑то полоски от смятой подушки, волосы растрепаны, под глазами круги. Она нашаривает кофейную машину и запускает ее.

– Доброе утро, Читосе‑сан! – улыбается Питер широкой улыбкой. Читосе фыркает и отворачивается. На ее вкус Питер‑сан слишком уж жизнерадостен и позитивен для утра субботы. После вечера пятницы.

Входит Акира. Вот кто будто и не проходил через весь этот вечер пятницы и показательное курощание Лесного Лагеря. Она свежа, она умыта, у нее лёгкий макияж и очки на лице. Единственное, что напоминает о вечере пятницы – этот тот факт, что Акира не в своем модном офисном костюме леди‑босс, а в домашнем халате. Халат, впрочем тоже модный и удивительно хорошо подчеркивает ее фигуру. Конечно, Акира у нас не Майко, но все же…

– Доброе утро всем. – говорит она и проходит к кофеварке: – Читосе, ты не на ту кнопку жмешь. Давай, я сама. – Читосе садится за стол и роняет голову на руки, впадая в обычное для перебравшего вчера человека, состояние, в котором ты просто созерцаешь окружающий мир и задаешься вопросом, почему вчера не сдох.

– Ну… все в сборе. – говорит Питер. Косится на Линду. Линда его игнорирует.

– Кхм… – кашляет он, набираясь смелости: – вообще‑то это собрание только для членов команды. – при этих словах он снова смотрит на Линду. Линда снова его игнорирует.

– Не так ты Питер, собрания начинаешь. – укоряет его Майко, садясь за стол: – сядь и не отсвечивай. У нас свои традиции есть. Читосе! Будь котиком, начни, пожалуйста.

– Ммм… – мычит Читосе, поднимает голову и смотрит на меня: – Син. Пожалуйста? А то у меня голова сейчас лопнет.

– Да, конечно. – в воздухе мелькает капелька крови и Читосе сразу выпрямляется, глаза начинают блестеть. Она потягивается и трясет головой, проверяя не болит ли больше. Разминает шею, глубоко вздыхает.

– Хорошо! – говорит она: – тебе просто цены нет. Внимание! – продолжает она, переходя на «церемониальный тон»: – Высокий Совет объединённой команды «Демоны Сумераги» объявляется отрытым. На повестке дня вопрос – какого черта тут делает Линда и почему мы еще не надрали ей жопу?

– Прошу у спикера право реплики. – поднимает руку Линда. Читосе смотрит на нее и кивает – валяй давай. Линда встает, поправляет костюм, застегивает пиджак на все пуговицы и откашливается.

– Высокий Совет объединённых команд! – обращается она своим низким, хрипловатым голосом, от которого лично у меня всегда мурашки по коже бегают: – начну со второго вопроса. Потому что у вас всех тут надиралка не выросла. У всех, кроме Сина. А если тут кто‑то хочет счеты свести – так я никуда не прячусь. – она поворачивает лицо ко мне и находит взглядом мои глаза.

– А если Син сам захочет … счеты свести, то и от этой возможности я убегать не буду. – мурлычет она таким голосом, от которого подростки пубертатного возраста стразу на месте должны лопаться как воздушные шарики, а у мужчин постарше – апоплексический удар должен приключаться.

– Dixi. – поставила точку Линда и села на свое место. Наступила тишина. Питер метнул в меня сочувственный взгляд и сжал кулак – мол держись, мужик, не падай духом, я с тобой… морально.

– И почему у нас все собрания в похабщину превращаются? – задает вопрос в пространство Майко.

– Потому что озабоченных много. – бурчит себе под нос Читосе: – а у нас сейчас дети в команде, на секундочку. – она кивает в сторону сидящих на диване Юки и Сакуры. Сакуре все равно, у нее кончились конфеты, но рядом с Юки ей хорошо и прохладно. Юки же не знает, как реагировать – то ли смеяться, то ли возмущаться.

– Сакура совершеннолетняя. – машинально подмечает Питер: – меня вот больше первый вопрос занимает.

– Первый вопрос? А… ну так Линда у нас тоже в команде теперь. Как там говорят – пусть она змея, но теперь она – наша змея. – говорит Майко. Глаза у Питера окончательно выпучиваются.

– Но… – говорит он.

– Я так полагаю, что лучше иметь ее на нашей стороне, чем против. – говорит Читосе, окидывая Линду внимательным взглядом, словно примериваясь.

– Это точно. – кивает Майко: – она ж у нас эска. Можно просто бросать ее в противника и потом трупы собирать.

– С ней мы точно из региональной группы выйдем. – бормочет себе под нос Питер, выпрямляется, его глаза блестят.

– Линда‑сан! – встает он на ноги и кланяется: – добро пожаловать в команду! Прошу, не принимайте близко к сердцу мои прежние высказывания! Поистине, ваши таланты выше гор и глубже морей!

– Да. – говорит Акира, поправляя очки: – действительно. Добро пожаловать в команду, Линда‑сан. Хотелось бы отметить необходимость соблюдения субординации в этой команде.

– К сожалению не могу обещать Высокому Совету что буду соблюдать субординацию, в случае возникновения конфликта интересов между этой командой и кланом Мацумото. – отвечает Линда: – однако до этого момента обязуюсь соблюдать приказы и распоряжения руководства настоящей командой.

– Чего? – спрашивает Майко.

– Она говорит, что будет слушаться капитана, но только пока ей Минору разрешает. – переводит ей Читосе. Майко кивает.

– Вот и ладно! – радуется Питер: – мы же не собираемся с кланом Мацумото воевать? Не собираемся, правда? Скажите что‑нибудь, а то мне становится не по себе!

– Не собираемся. – успокаиваю его я. Воевать с Мацумото нам не с руки да и интересы у нас общие – они хотят чтобы Юки оставалась целой и невредимой, и мы тоже. Для того, чтобы Юки была целой невредимой и довольной жизнью – надо чтобы команда наша тоже была невредима и цела. И довольна жизнью. Тут мы с Мацумото тоже сходимся. Кроме того, и враг у нас общий – некто Митсуи. Есть у меня пара мыслей… но это потом, с Линдой обсудить.

– Вот и хорошо. – улыбается Питер: – значит интересы наши не будут в этом… конфликте. Вот ей‑богу, выйдем мы в этом году из региональной группы. Надо будет денег в банке снять и на нашу победу поставить. В каком раунде только?

– Если эта блондинка участвовать будет – ставь сразу в первом раунде. Секунд через пятнадцать после начала. – говорит Майко: – она ж у нас имба.

– Нельзя все время в первом раунде выигрывать. – хмурится Питер: – это же шоу, зрители интерес потеряют. Нужна интрига и все такое. Вы чего, тут же мало сильными быть, тут надо зрителям нравиться. И спонсорам. Руководству телеканалов и газет.

– А я думала надо просто всем в голову стрелять. – говорит Читосе. Глядя на нас, она пожала плечами: – ну так по телевизору показывают.

Питер вздохнул. Питер сказал, что именно поэтому он и хотел собрать собрание, потому что дилетанты и нубы (прошу прощения, Линда‑сан, но вы – тоже новичок) – так вот, все принимают эти Игры как что‑то вроде гладиаторских боев, а это не так. Да, бывают и прямые столкновения, так сказать сила на силу, но это именно Игры, а не бои. Выигрывают не те, кто быстрее всех может ноги соперникам вырвать и … да, именно туда и запихать, Майко‑сан. Выигрывают те, кто умней, кто лучше продумал, и так далее. Более того – правила Игр каждый раз меняются, не только от года к году, но даже между раундами.

– Как так? – удивляюсь уже я.

– А вот так. – говорит Питер: – помните три года назад была команда «Желтые повязки»? Так там у них был чувак, который попросту всю арену встряхивал, словно столик журнальный переворачивал – раз и все. А двое других у него за спину держались. Он трясет – все падают, потом его товарищи со спины соскакивают и все. Победа. И у него это не просто способность землетрясения локальные устраивать, а что‑то вроде гравитационной волны было – так что даже те, кто летать умеют – не могли взлететь. Швыряло сперва вверх, а потом вниз с такой силой, что кости ломало. Ну так вот, для них специально правила о устойчивости арены придумали. Ну и все, спеклись ребята на следующем же раунде. Потому что на Играх эти ваши one‑trick pony – не прокатят. Почему нам желательно десять человек зарегистрировать – чтобы иметь возможность способности и людей как карточную колоду тасовать в зависимости от ситуации на поле. Нужно быть гибкими, нужно быть тактиками и стратегами, но нужно быть и шоуменами. В первую очередь – это шоу. И организаторы прикладывают все усилия, чтобы оно таковым и оставалось. Будете просто командой мрачных убийц – далеко не пройдете. Вплоть до того, что арену придумают против вас, или игру в которой ваши способности не будут давать преимущества, например в шахматы играть заставят, или в «камень‑ножницы‑бумага» на раздевание.