Синдзи-кун. Тетралогия (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 159

– Как интересно… – говорю я и подвигаю к себе фужер: – значит полная амнистия.

– Да. Полная. – кивает Питер, потом начинает хмурится: – а зачем вам амнистия? Погоди‑ка, так все что тут в городе говорят про кучу трупов китайских наемников и мага эс плюс мертвого?

– Чушь, неправда, навет. – быстро ответил я: – необоснованные обвинения.

– Ого. – говорит Питер. Он мне не верит. Ну почему, как я правду говорю – так не верит никто. Никакой не эс плюс, а всего лишь тройной эс, да и повезло нам. Ну, про кучу трупов… мда.

– А новенькая в вашей команде, которая эску грохнула – это же Читосе? Блин… респект и уважуха, Син, но тем вы нам нужнее. Мы ж в полуфинал точно выйдем! С вами…

– А разве вас не трое должно быть? – спрашиваю я.

– На поле – трое. Но запасные и сменные игроки – итого допускают до десяти. На случай… если кто из строя выйдет, или для конкретного поединка конкретные способности нужны будут.

– Ясно. – говорю я. Мы некоторое время молчим. Надо бы информацию проверить, конечно, но если все подтвердится, то вот и он – наш шанс спрыгнуть с крючка и снова стать добропорядочными членами общества за которыми не гоняется Антимагия.

– Ну… – осторожно начинает Питер: – а про член отрезанный правда? Ну, что вы ищете у кого бы… – он поймал мой вопросительный взгляд и развел руками в стороны.

– Честное слово, Син, у меня он маленький и сморщенный, у кого хочешь спроси. Твоим девчонкам такой не нужен. Да и потрепанный… я сам, исключительно по сентиментальным соображениям его так сказать храню…

– И какой мудак такие слухи распускает. – сказал я, разминая переносицу жестом Акиры «меня окружают идиоты».

Глава 29

Глава 29

– Не, бред. – говорит Акира, откидывая волосы назад. Она в домашнем шелковом халате, разрисованным драконами и лилиями, странное сочетание. Мы сидим на кухне у Майко и едим мороженное. На столе стоят два пустых пластиковых ведра, в которых мороженное продается для ларьков и тележек – оттуда и зачерпывает мороженное продавец специальной ложечкой, придавая форму шарика. Но нам закон не писан, Акира ест мороженое прямо из ведра, поставив его себе на колени и периодически откидывая волосы назад, чтобы не лезли вперед. Кроме двух пустых ведер на столе стоят три пустых бутылки из‑под шампанского. Четвертую держит в руке Майко, она развалилась на коротком диванчике у стола и закинула босые ноги на стол.

– А что? – говорит она, отпивая из горла: – я слышала, есть такая штуковина. Полная амнистия и дворянство. Будешь у нас дворянкой, Акира. Акира‑доно. Звучит! Карету заведешь и горничных. То‑то Джун твой удавится как узнает.

– Он не мой. – автоматически поправляет Акира и достает из ведра еще одну ложку мороженного. Отправляет в рот: – он свой. Пусть и идет туда… куда его отправили. Надо было его обрубком оставить, без рук, ног и причиндала.

– Ну ты сурова, подруга. – говорит Майко: – но все равно удавится. Ты со своим дворцом будешь в Токио. Горничные там… или дворецкие. Я б себе завела дворецкого, такого, знаешь – строгого, но красавчика. И трахнула бы его в первый же день. И горничных тоже.

– Это у тебя не дворец будет а бордель. – задумчиво поправляет ее Акира: – а у нас Читосе с борделями борется. Взрывает их нахрен.

– Ты от темы не отходи. – говорит Майко и поворачивает голову ко мне: – скажи ей Син.

Я смотрю на Майко, задравшую свои ноги на стол, смотрю на Акиру, которая доедает третье ведро мороженного и решаю остаться над схваткой. Одна их древних мудростей управления боевыми группами гласит – никогда не отдавай приказ, который не будет выполнен. Например – а ну‑ка прекратить всем моргать! Или дышать. Все равно будут и дышать и моргать, заодно думать про тебя что ты идиот, и в результате твой авторитет как командира будет подорван. Так и тут – пока эти двое не выговорятся, друг с другом не пообщаются, не поворчат, не припомнят друг другу все, что можно – лучше не влезать.

– Как у Читосе дела? – спрашиваю я, переводя тему. Майко машет в воздухе бутылкой.

– Ну как… как приехала, так и лежит. Плачет. Вчера вроде нормальная была, даже выпила вон с Акирой и покурила. Мороженного поела. А так лежит.

– Не трогайте человека. – говорит Акира, доскребая дно в ведре своей ложкой: – у нее травма. Она переживает катарсис. У нее так сказать кризис со всеми вытекающими. И вообще! – она занесла над нами ложку с недоеденным мороженным: – Духовный рост это не в позе лотоса сидеть на своей заднице. Духовный рост это вот как раз лежать и плакать.

– Так она наверное здорово выросла за это время… – протянула Майко: – но давай к делу? Почему бред? Потому что амнистию не дают?

– Амнистию то как раз дают. – сказала Акира и положила в рот ложку с мороженым. Продолжила с набитым ртом: – только для амнистий надо в полуфинал выйти, там Императорский бал будет, на который всех, кто вышел пригласят. Считается, что на балу у Императора не может быть преступников, потому это негласная такая амнистия.

– Ну? – Майко приложилась к бутылке и сделала глоток. Утерлась рукой и икнула.

– Ну? – повторил я: – в чем проблема‑то тогда? Проходим в финал и все – никаких преследований.

– Во‑первых. – сказала Акира: – никто нас за китайцев трогать не будет. Здесь царит негласное правило – во внутренние дела гокудо не лезть, даже если трупы. Главное – чтобы трупы были только из якудза. Или триады. Преступные элементы. Нет цивильных трупов или не дай бог – полиции, значит спустят на тормозах.

– Хм. Не знал об этом. – сказал я: – я‑то думал что вся эта история с китайскими наемниками вылезет нам боком.

– Если нет заявлений и жалоб – а их не будет, то все будет так, как я сказала. – Акира с сожалением отставила пустое ведро в сторону. Я мысленно прикинул объем уже съеденного мороженного и объем Акиры и решил, что она – пространственный маг и где‑то внутри у нее портал. Прямо в пищеводе там. Или в желудке.

– А что до стычки с Антимагией? И поездкой Читосе? – задаю вопрос я.

– Ну… тут да. Насчет Антимагии, люди Джиро мне сказали, что подразделение снялось и убыло в Токио. При этом. – подняла ложку вверх Акира: – убыло в полном составе. То есть никаких потерь у них не было, а это значит, что мы покрошили в салат клонов. Что там у них на уме – без понятия. Это ж Антимагия.

– Жаль. – загрустила Майко: – всегда хотела иметь на поясе пару скальпов антимагов. – она увидела наши взгляды и торопливо подняла руки ладонями вверх, вернее – одну руку, во второй она по‑прежнему сжимала бутылку.

– Это была шутка. – сказала она: – шутка. Никого я не хотела убивать. Я вообще по убивать не такой уж спец, я больше по части покалечить. Руку там из сустава выдернуть, или ногу сломать. У нас в команде есть кому и без меня…

– Да, по части поездки Читосе – есть варианты, что «Тора» будет нас искать. Но и всего‑то. – сказала Акира и пояснила, что подпольный статус порностудии играет дурную шутку с такими вот предприятиями. Если вы стоите вне закона, то и обращаться к его защите не имеете права. Студия таким образом снимается с повестки и остаются бойцы «Торы», которые в свою очередь по грани закона ходят и ни за что не допустят, чтобы полиция за них работу делала, тем более это такой удар по их репутации. Замнут. Возможно будут мстить, но им еще найти надо – кому.

– Из тех, кто видел Читосе – ни один не выжил. Значит – никаких свидетелей. Девочка умеет о себе позаботиться – пояснила Акира, открывая дверь холодильника и доставая оттуда полное пластиковое ведро с мороженным.

– Так что, я зря беспокоюсь? – спросил я, чувствуя себя глуповато. Не знаешь местных реалий – не лезь, сперва спроси совета. А то я уже себе нарисовал зал суда и нас, стоящих в оранжевых комбинезонах и в наручниках. И заголовки статей вроде «Кровавые маньяки приговорены к смертной казни!», «Так им и надо!» и «Казнь прошла весело и задорно».