Будь покорной, девочка (СИ) - Худова Алена "Эра Фогель" - Страница 15

Неужели он оставит меня в таком состоянии?! Я больше не хочу! Нет! Больше никогда-никогда! Я сделаю все, что угодно, только бы не вернуться в руки к Бергману!

Мне страшно…

— … отлично! — до меня донесся голос Бергмана. — Номер один — паника, номер два — я в тебе не сомневался, номер три — паника, номер четыре — недостаточно. Стяни ее сильнее. Где твой природный садизм? А теперь внимание: самый короткий путь выхода из паники. Контакт с лицом.

Бергман одной рукой обнял меня за грудь и опрокинул на себя, а затем положил свою широкую ладонь мне на лоб, закрыв мне глаза. Сильными и точными движениями он принялся массировать мне голову, сжимать лоб и все также комментировать свои действия.

— Мягко надавите своей сабочке на лоб и особенно в область бровей. Тогда вы вновь запускаете те самые естественные импульсы в мозг и вызываете состояние транса. Уверяю: второй раз достичь этого состояния для сабочки будет даже легче, чем в первый, несмотря на весь ужас, что она сейчас испытала. Также приложите ладони к ее щекам и чуть сдавите, но только после того, как сабочка отзовется на первые действия.

— Поцелуйте ее и закройте собой от всего мира, но продолжайте крепко обнимать и чуть сдавливать тело вашей девушки, — Бергман прижал меня к своей шее, а затем целиком к себе почти до хруста позвонков, но теперь я и вправду успокоилась. — Это еще один инстинкт. Примерно тоже успокоение чувствуют младенцы, если их крепко спеленать и прижать к себе. Вы также можете немного покачать вашу сабочку из стороны в сторону — это окончательно стабилизирует дыхание. Но не увлекайтесь, иначе девушка снова почувствует сонливость и лень. В этом процессе есть еще один важный и успокаивающий фактор. В таких объятьях сабочка чувствует запах своего доминанта. А запах мужчины, которому она уже доверилась однажды, также запускает успокаивающие импульсы в мозг.

Бергман медленно усадил меня в исходную позу, но я отметила, что я совсем расслабилась и не чувствую паники, удушья или боли от веревок.

— В технике шибари очень мало моментов, когда вы можете внушить чувство безопасности своей партнерше. Но еще одним хорошим приемом станет следующее, — Арон закрыл ладонью мой рот и нос, словно пытался заставить меня молчать. — Этим движением вы также воздействуете на мышцы лица, а сабочка чувствует ваш запах и тепло руки. Горячий воздух, который она будет вдыхать в таком положении тоже приносит расслабление. Это похоже на момент поцелуя, когда вы дышите одним воздухом на двоих. Главное, чтобы вы не зажимали носик вашей сабочке и ваша ладонь при этом была чистая и сухая. Вы же не хотите унизить вашу доверчивую девочку, зажимая ей ротик потной ладонью?

Боже! Он думает даже об этом! Теперь я понимала слова Мел «Ты влюбишься в него после первого же урока». Плевать на панику! Мне хочется еще! Это потрясающе!

— Сейчас ваша сабочка испытывает радость и восторг от того, что прошла такой трудный путь вместе с вами, — Бергман развернул меня спиной к зрителям, усадил к себе на колени, и спустился рукой вниз к моему животику. — Вы должны поблагодарить ее за такое безграничное доверие и снять остатки ее напряжения, — воспользовавшись моим полным расслаблением, Бергман оттянул мне край трусиков и принялся ласкать мою промежность, а я тут же изогнулась в его руках, насколько мне позволяло скованное положение. — Сделайте что-то очень приятное и этой ночью она вам позволит абсолютно все. Не скупитесь поощрять ее после каждого такого опыта. Вы же хотите воспитать для себя самую верную, преданную и безотказную сабочку?

Я стала мокрой за секунду и с огромным облегчением приняла в себя пальцы мужчины. Уже не соображая где я нахожусь, я закусила губу, наслаждаясь плавными толчками Бергмана. Моя скованность ничуть не мешала. Наоборот, со стороны я оставалась обездвиженной, и никто не догадывался насколько мне сейчас хорошо. Бергман отключил микрофончик и склонился над моим лицом, осыпая властными поцелуями и глубоко проникая в меня длинными чуткими пальцами. А затем крепко обнял меня, вновь прижимая к своей мощной шее. Я рвано дышала, наслаждаясь ароматом кожи своего Хозяина, и молча приближалась в разрядке. Последний глубокий толчок, и я безвольно повисла на плече своего доминанта.

Бергман вновь включил микрофончик и завершил свой урок:

— Медленно развяжите вашу девочку и еще раз чуть помассируйте ей мышцы. И сразу же озвучьте ваше желание касательно нее. Сейчас она вам ни в чем не откажет.

Глава 15

Бергман втолкнул меня в ту самую комнату, где переодевал перед уроком, а затем плотно закрыл дверь и вжал меня собой в стену.

— Как же я хочу свою маленькую покорную девочку, — рыкнул Бергман в паузах, между тем как он целовал и прикусывал кожу на моей шее. — Я сделаю с тобой все, что захочу, и ты не попытаешься меня разжалобить и остановить. Ведь так?

Я машинально кивнула, не особо вслушиваясь в слова мужчины.

Главное, пусть говорит со мной!

Бергман резким движением сорвал с меня лиф, окончательно сбив мое дыхание. Мне не было страшно, но я не думала, что Арон может быть таким распаленным. Так же резко он стянул с меня трусики, мгновенно вызывая во мне естественное желание.

Да, мне хотелось его сейчас. Каким бы он ни был! Я хочу узнать его!

Я доверчиво прильнула к его телу и заглянула в черные глаза мужчины, в которых так опасно отражался свет. Мне нравился этот контраст, что я была полностью обнаженной, а Бергман, наоборот, одетый. В этом было что-то сладко постыдное и запретное. Я сейчас в запертой комнате с опасным мужчиной: красивым, опытным, в двое старше меня. Он имеет надо мной полную власть. А я лишь беззащитная, безмолвная, обнаженная девочка в его сильных руках.

От собственного сравнения у меня по телу пронеслись мурашки, вызывая едва уловимую сладкую боль в острых вершинках.

Бергман хитро улыбнулся моей реакции, с силой потянул на себя и бросил меня на кровать, уже застеленную новым черным бельем. Пока я перевернулась на спину, мужчина уже взял какой-то аксессуар и направился ко мне, звякая цепочкой.

— Моя малышка Селина, — он с предвкушением подобрался ко мне и навис, заключив в ловушку своих рук. — В этот раз тебе будет больно. Немного. Я хочу, чтобы ты поняла, что боль не всегда бывает неприятной.

Я волнительно сглотнула, не моргая глядя только Бергману в глаза.

— С этого момента у тебя стоп-слово, — продолжил он, лаская мне грудь, а я ни на секунду не прерывала зрительный контакт. — Мне нравится, что ты называешь меня «господин Бергман». Это так сексуально из твоих уст. Поэтому стоп-слово будет мое имя — Арон. Это единственное, на что я среагирую, даже если потеряю над собой контроль.

Его пальцы нещадно скручивали мои твердые вершинки, приводя меня в состояние легкого отчаяния. Мне хотелось близости прямо сейчас, но, кажется, в этот раз мне не будет приятно.

— Используй свое стоп-слово, только если тебе будет очень-очень больно. Запомни: очень-очень. Не заставляй меня прерываться каждые пять минут. Ты же веришь мне?

Я издала что-то среднее между страстным стоном и согласием. И в момент, когда я все же выгнулась навстречу чувственным рукам мужчины и закрыла глаза, я тут же почувствовала острую боль на своей вершинке.

— Это зажимы, — пояснил Бергман, закрепив второй такой же на другой стороне. — Тебе будет очень хорошо. Обещаю. Тебе ведь нравится?

Я неуверенно кивнула, хотя точно была противоположного мнения.

— Чуть посильнее, да? — хитро спросил он и подкрутил на обоих зажимах крохотные винтики.

Я протестующе запищала и только хотела как-то помочь себе руками, но Бергман тут же перехватил мои запястья и завел над головой.

— Я понял: хочешь чтобы я сковал твои непослушные ручки.

Щелк! И мои запястья и вправду оказались прикованы к изголовью наручниками из мягкой кожи.

Я отчаянно замотала головой и заскулила от страха. Тогда Бергман обхватил мое лицо ладонями и проговорил мне в губы: