Голод (СИ) - Вазанов Максим Викторович - Страница 42

Ухмыльнувшись, Николаев кивнул в сторону наемников. Расстреляв своих вчерашних друзей, эти люди превратились в обычных убийц. Лишившись прошлого и будущего, девять заблудших парней стали чужими слугами.

Вглядываясь в пустоту переулка, Петр уже давно успел погрузиться в хаос раздумий. Отца не было дома, и он сейчас был этому рад. Петр впервые жизни радовался тому, что отец задержался в одном из своих дальних рейсов. Фура отца была сейчас где-то далеко, в одной из стран Центральной Европы, вдали от странностей, творившихся сейчас в Боровске.

Со стороны улицы можно было расслышать крики. Прислушавшись, Петр понял, что несчастных было несколько — две или три женщины. Крик отдалился, пока не исчез в глубине центральных товаров.

Громкий стук в дверь заставил Петра отвлечься. Пройдя в коридор, молча переглянувшись с матерью, он посмотрел в глазок.

— Доброе утро, Петр, — взволнованным голосом произнес сосед. — В доме нет света — вот я и стучу.

— Нет света? — растерянно переспросил его собеседник, а затем, не спеша, открыл дверь.

Федор Иванович поселился здесь еще три года назад, вместе с женой и двумя сыновьями. Он, опытный физиолог, перебрался сюда из столицы, став профессором Боровского медицинского колледжа.

Этот, обычно, уверенный в себе человек казался сейчас совершенно растерянным и сбитым с толку.

— Петр, вы же в полиции работаете?

— Пока только один день отработал, — удивленно ответил парень.

— Не важно… Можете помочь? — прошептал его сосед.

Пожав плечами, Петр кивнул. Еще раз оглянувшись по сторонам, профессор жестом позвал своего спутника за собой.

Дверь ванной комнаты подпирал тяжелый широкий комод. Казалось, он был единственным препятствием между ними и тем, что находилось в ванной. Нечто скреблось в дверь, то и дело, толкая ее изнутри.

— Там моя жена, — прошептал профессор. — Ей очень плохо…

— Ее укусили? — с любопытством переспросил его сосед.

— Укусили? Нет, — вздохнул Федор. — Какой-то бомж у входа в торговый центр поцарапал ее, чем-то металлическим… Поможете мне?

С этими словами, профессор показал собеседнику моток разорванных одеял и простыней. Оттащив комод, Федор и его сосед спешно отступили назад. Считанные секунды затишья показались целой вечностью. Прошла лишь минута, и дверь ванной открылась — навстречу к ним вывалилась тяжелая фигура.

В зараженной женщине легко узнавалась жена профессора. Розоватое лицо женщины было осыпано бесчисленными черными точками, а из ее приоткрытого рта, тонкой струйкой, стекала слюна, успевшая смешаться с кровью.

Она тяжело дышала, уставившись на своего мужа. Прошло не более минуты, и зараженная перевала свой взгляд на стену. Вновь переведя взгляд на профессора, она сорвалась с места. Федор и его сосед попятились назад.

Ударившись о комод, женщина свалилась на пол. Дождавшись подходящего момента, полицейский и его сосед навалились на зараженную. Потратив считанные мгновения, они связали ее. Пытаясь покусать их, она извивалась и вырывалась.

— Туда… — тихо произнес профессор, указав в сторону спальни.

Затащив зараженную в комнату, они, не теряя времени, уложили ее на кровать.

— Подожди, — прошептал Федор, выйдя из комнаты.

Женщина была крепко привязана к ножкам кровати, и уже едва ли могла представлять опасность для его соседа. Но Петр не хотел оставаться в одной комнате с ней. Не оборачиваясь в сторону зараженной, он вышел из комнаты.

Со стороны кухни легко можно было расслышать звуки беседы. Тихо пройдя через коридор, Петр заглянул на кухню. Взволнованный Федор давал какие-то указания мальчику-подростку, своему младшему сыну. Рядом же, на приземистом стуле, сидел юноша. На его голове виднелись несколько ран, неровные края которых сейчас обрабатывал мальчик-подросток.

Юноша дремал — без сомнения, он находился под действием сильных обезболивающих средств.

— Это был ее «первый приступ», — обернувшись к Петру, произнес его сосед. — Потом она пришла в себя… ничего не помнила, — вздохнув, продолжил он. — После этого она заснула, а потом… А потом нам пришлось закрыть ее в ванной.

— Это она его покусала? — спросил Петр, указав на юношу. — Он станет таким же.

— Ты ничего об этом не знаешь, — огрызнулся Федор.

— Оно как вирус какой-то передается… — замявшись, начал его собеседник.

— Вирус? — резко перебил его профессор. — Ты знаешь хоть один вирус, который мог бы привести к таким изменениям психики? А? Не говори глупости, мальчик.

— Но я видел… Я видел, как людей кусали утром, а к вечеру они становились такими же.

— Глупости, — отмахнулся Федор. — К тому же ее никто не «кусал». Да и бомж тот, наверно, не имеет к этому никакого отношения, — вздохнув, он продолжил. — Ну, нет таких «механизмов» в природе.

Услышав стук в дверь, собеседники обернулись. Пройдя через прихожую, профессор с безразличием распахнул не закрытую на замок дверь. На пороге стоял жилистый молодой человек, в синих спортивных штанах и черной футболке.

— Мне нужен ваш сосед, — выдавив из себя подобие улыбки, незнакомец кивнул в сторону стоявшего в коридоре Петра.

Не тратя время на раздумья, полицейский вышел на квартирную площадку.

— Твоя мама сказала, что ты здесь.

— Слушай, Косой, ты… — издалека начал Петр. — Евгений Петрович мертв…

— Я знаю, — кивнул его собеседник. — Почти всех ваших ребят под себя подмял какой-то урод.

— Всех? — изумленно переспросил Петр.

— Нет, не всех — многие или засухарились как ты, или просто бежали из города.

— Бежали?

— В Боровске что-то странное творится. Все в среду началось, во второй половине дня. На людей нападают сумасшедшие. Кого покусают, или поцарапают — сами в таких превращаются, — прервавшись на несколько секунд, Косой продолжил. — Видишь, что с городом творится? Полиции нет; станция скорой помощи закрыта; в больнице, в амбулатории, никого не принимают; городские телефонные линии перекрыты; магазины закрыты, а троллейбусы на линию маршрута не выходят…

— А выезды из города?

— На них менты стоят так, как будто с начальством ничего и не произошло.

— Сами?

— Нет, конечно. С ними «дорожники» и какие-то вооруженные мужики… наверно, из службы охраны «центра».

— Никого не выпускают?

— И не впускают. Сначала они трафик «фильтровали», а теперь, просто, перекрыли… Нет, ну жителям западных и заречных кварталов повезло. Почуяли рано — многие свалили. Остальные, просто, выжидают… Про мэра слышал?

— А что с ним? — переспросил Петр.

— Он жил в моем доме. Только, вход в квартиру со стороны двора, а не из подъезда… Ночью его завалили какие-то бандиты в камуфляже — сейчас даже труп забрать некому.

Петр молчал, внимательно слушая своего собеседника.

— И нам нужно валить отсюда.

— Как?

— У одного серьезного человека есть небольшой автобус — он сможет вывести наши семьи… Твой ствол, табельный? Ты же утащил его с собой?

— ПМ? Ага. Да и «калаш» у меня остался…

— АКС? — загоревшись интересом, шепотом переспросил Косой. — Тебе повезло.

Промолчав, его собеседник растерянно кивнул в ответ.

— Отдашь им автомат — они вывезут твою маму, — еще более тихим голосом произнес Косой. — А табельный пистолет оставь себе…

Потупив взгляд, Петр кивнул.

— В пол-десятого, в Красном переулке — там встретишься с ними и посадишь маму на автобус.

— …Ты уверен? — осторожно переспросила Ксения.

— Не могу иначе, — покачав головой, Тео допил остатки кофе. — Там мой внедорожник и вся наличность… — усмехнувшись, он добавил. — И еще пару проблемок.

— Возьмешь меня с собой? — неожиданно спросил Эдуард.

— А Ксения? — переспросил его собеседник, повернувшись к девушке.

— Я с вами, — тихо произнесла. — Ждать мне тут нечего…

— Хорошо, — одобрительно кивнул Тео. — Я рад, что ты сама на это решилась.

— Когда выдвигаемся? — воодушевленно спросил хозяин квартиры.