Портал снов (СИ) - Хомутова София Евгеньевна - Страница 8

Девушка часто закивала, схватила рацию и бегом помчалась выполнять приказ. По дороге она столкнулась с неспешно вышагивающей по коридору Олисавой Сли в новом деловом костюме.

— Что случилось? — останавливая лаборантку, строго спросила она.

— Жанна Лертайн, она пропала. Доктор Сендевиа послал меня проверить ее каюту.

— Майор Ароганта в курсе?

— Не знаю, при мне доктор Сендевиа его не вызывал.

В душе Олисава мысленно возликовала. Наконец-то, нашлось хоть какое-то дело! Отпустив лаборантку, менеджер бодро зашагала в сторону кабинета майора.

Ароганта был на месте, сидел за столом и что-то сосредоточенно писал.

— Майор, разрешите? — учтиво поинтересовалась Сли.

— Проходите. Что-то случилось?

— Жанна Лертайн пропала, — закидывая ногу за ногу, заявила Олисава.

— Лертайн из команды Сендевиа, будь он неладен, он ничего не говорил. Уверены, что с ней что-то случилось?

— Жанна не создала у меня впечатление человека, способного просто так покинуть рабочее место.

— Что вы от меня хотите? — устало перешел сразу к делу Вольдемар.

— Дайте мне семь солдат для поиска девушки.

— Куда ей здесь деваться? К тому же раз Сендевиа мне ничего не сказал, времени прошло немного. Толку ребят гонять? Она, небось, плачет где-нибудь в пустом коридоре, после неудачного разбора полетов.

— Майор, — вкрадчиво начала Олисава. — Вы же умный мужчина, понимаете, что положение наше с вами неустойчиво. Сейчас люди нам подчиняются, но если мы не будет себя проявлять, они поднимут бунт и сбросят нас!

— Вас, — мягко поправил ее военный и нехорошо улыбнулся. — Вас, Олисава, меня они никуда не подвинут, хотя бы потому, что у меня есть автомат и два десятка ребят, способных очень быстро угомонить кого угодно.

— Я бы не полагалась так на автомат и ребят, — покачала головой женщина. — Доктор Сендевиа сильный противник, на его стороне мозги и вся мощь человеческого любопытства! К тому же, есть еще доктор Саджитсо — весьма амбициозная и решительная леди.

— Я вас не совсем понимаю, — откидываясь в кресле, протянул Ароганта. — Неужто вы думаете, что наш замечательный гений и импульсивная врач захотят руководить базой? Это абсурд!

— Мне казалось — это очевидно, — презрительно поджав губы, возразила Сли. — Сендевиа выгодно всем руководить, ведь тогда он сможет провести здесь столько времени, сколько ему хочется. Врач не хочет возвращаться на войну, к тому же насколько я изучила эту девушку, она очень любит руководить. Вы, что же, совсем ослепли, майор?

Воцарилась тишина.

— И что вы предлагаете? — прервал паузу Вольдемар.

— Не дать ему захватить власть. Для начала попробуем мирный путь — дайте мне семь человек для поискового отряда, мы найдем девушку и заслужим всеобщее уважение и любовь. Очень простой план.

— Ладно, — нехотя согласился он. — Выбирайте, каких хотите ребят, все равно все сейчас свободны.

— Очень правильное решение, майор, — усмехнулась Олисава.

До вечера Жанну не нашли. Поисковый отряд из десяти солдат и двадцать добровольцев-гражданских без устали рыскал по бункеру под чутким руководством Олисавы Сли. Нико с Андрианом в знак протеста отказались работать с Конседином до нахождения их коллеги, и ученый остался в Зале Управления один. После удачи со взломом системы, дела не ладились. Сендевиа и так и эдак пытался перенастроить все на свой лад, но упрямая машина не поддавалась. К вечеру он сдался и, подумав, направился в столовую — последний раз он ел утром, тринадцать часов назад.

В столовой было пусто. Лишь за дальним столиком сидела одинокая сгорбленная фигура. Подойдя ближе, Конседин не без удивления узнал в ней доктора Саджитсо. Она мирно посапывала над недопитым чаем с булочкой, забавно уронив голову на грудь. Ученый подошел к окошку раздачи и вежливо постучал по раме.

— Чего? — недовольно пробурчал оттуда голос официанта.

— Что там у нас на ужин? Можно мне одну порцию, пожалуйста? — вежливо попросил Сендевиа, заглядывая внутрь.

— Доктор, нужно вовремя приходить. Ужин у нас в полседьмого, тут вам не ресторан. Я уже помыл все и собираюсь уходить.

— Доктор Саджитсо еще не сдала посуду, как же вы уйдете? — пошел в наступление ученый: оставаться без ужина ему совсем не хотелось.

— Сухвие сказала, что помоет и уберет за собой сама, я ей открыл доступ к посудомоечной.

— Можно, мне тоже так сделать, пожалуйста? Я все уберу и не подведу вас!

Официант подозрительно прищурился и пожевал губами. Было видно, что он слабо верит в способность ученого за собой прибраться и опасался, как бы тот его не подставил.

— Алекс, дайте ему поесть, — насмешливо попросила Су, из-за плеча Конседина. — Я уберу и помою и за ним.

— Ладно, доктор, под вашу ответственность, — нехотя согласился официант и скрылся из виду.

— Спасибо, — немного смущенно поблагодарил Конседин. — А то остался бы я без ужина.

— На здоровье, оставлять вас голодным просто преступление против нашей маленькой общины, так что я выполняю свой гражданский долг, — с нескрываемым сарказмом и насмешкой ответила Су.

Официант с невнятным бурчанием поставил на поднос Конседину миску с гречневой кашей и кусочками мяса, помидор, булочку и чашку с чаем.

— А горячего чая нет? — капризно поинтересовался ученый, прикладывая к чашке пальцы.

— Горячий чай был полтора часа назад, — грубовато ответил ему Алекс и со стуком захлопнул окошко.

— Сервис, блин, — недовольно пробормотал Сендевиа и пошел к столику Сухвие.

Он ел жадно и быстро, как будто боялся, что кто-нибудь придет и отберет у него эту миску с кашей. Врач наблюдала за ним с интересом и примесью нежности. По непонятным причинам он вызывал у нее в душе давно забытое чувство внутреннего комфорта. Конседин справился с кашей и приступил к булочке с чаем. Сделав первый глоток, он слегка поморщился, а потом все же улыбнулся.

— Как продвигаются дела в поиске Жанны? — осторожно спросила Су.

— Без малейшего понятия, — пожал плечами Сендевиа. — Все мои подчиненные самым наглым образом устроили мятеж, и пошли искать эту, простите, курицу, а все остальные, кроме вас, со мной не разговаривают.

— Ты опять меня на «вы» называешь, — мягко укорила его Су.

— Извини, неформальное общение штука для меня необычная.

Разговор затих сам собой. Они молчали довольно долго, при этом не испытывая особого дискомфорта. Ученый допил свой чай и принялся методично выковыривать из булочки изюм.

— Тоже изюм не любишь? — улыбнувшись, спросила Сухвие.

— Люблю, просто хочу съесть его отдельно. Я тебя не смущаю своим поведением?

Даже в полумраке, охватившем столовую, было видно, как он густо покраснел. Сухвие с трудом подавила смех.

— Нет, — она улыбнулась еще шире. — Развлекайся на здоровье.

— Спасибо.

Губы ученого тоже тронула улыбка.

— Извини, что опять возвращаюсь к этой теме, но она мне покоя не дает. С чего это ради твоя помощница куда-то делась?

— Обиделась, наверное, — равнодушно ответил Конседин, складывая весь изюм в аккуратную кучку.

Равнодушие его было наигранным. На деле он очень волновался за судьбу Жанны и корил себя за резкость.

— И на что она обиделась? — продолжала выпытывать Су.

Первым желанием Конседина было мягко послать ее и перевести разговор в другое русло, но потом он решил, что больше ему это обсуждать не с кем и передумал.

— Я был немного резок с ней, — медленно начал он. — Но, видит Бог, она сама меня вынудила. Дипломированный специалист, лучшая ученица курса и все такое, дергает меня каждые десять минут, чтобы я проверил какую-нибудь мелочь. Я ее затем на работу и взял, чтобы она делала за меня всякие нудные и простые операции, а я занимался настоящими исследованиями. А в итоге получается, что я делаю и ее работу, и свою!

— С чего бы это дипломированному специалисту дергать тебя по мелочам каждые десять минут? — прищурившись, спросила врач.

— У нее явно какой-то комплекс неполноценности или, не знаю, я не силен в психологии. У нее феноменальная память и весьма недурные зачатки аналитического мышления, но она не использует свой потенциал. Предпочитает не принимать решений, а просто следовать моим приказам. Думать не надо, ответственность нести не надо, нужно просто извлекать быстро из головы информацию, отдавать ее мне и получать готовый приказ. А самой такое сделать в своей голове она не хочет!