Серебряный Разум (СИ) - Сысоев Алексей - Страница 34

— Что?

— Да, я тоже удивился, почему они это не обсудили с тобой.

— Метхк… пресловутые маги…

— Ты не говорила с другими Высшими Магами?

Нарана поморщилась:

— Эти повелители не слишком словоохотливы, когда дело касается судьбы мироздания. К тому же во дворце только Приниприс и Этерзи, другие по своим мирам, и с ними бывает сложно выйти на связь… особенно с некоторыми.

— У вас всегда так?

— Не знаю, я раньше не вращалась в столь высоких кругах, хотя бывала во дворце и работала в разведке. Но из наших семи Высших Магов один в Совете ни разу не появился и его никто не видел, а Виктаор может обозвать самых уважаемых хэмфингов сбродом.

— Ох, на что рассчитывал Ильтерникс, когда задумал сделать меня Наследником? Я не тот человек, который может подчинять. Ваши маги не станут меня слушаться. — Сергей вспомнил этого крайне недружелюбного типа Виктаора. — Они из меня просто котлету сделают.

— Маги никого не слушают, не беспокойся на этот счет, — сказала Нарана. — Сергей, несмотря на все причуды, Ильтерникс очень мудр. Он видит, куда идут все наши миры. Он увидел в тебе что-то, качества, которые более важны, чем сила или умение командовать. Вот что в тебе есть хорошего, расскажи?

— Ну… Не знаю… У меня получается ладить с людьми. Я всегда всех понимаю. Дипломатия, наверное, развита.

— Вот видишь, — Нарана улыбнулась. — А еще, мне показалось, что в тебе есть какая-то необъяснимая доброта.

Она странно на него посмотрела, в глазах появилась теплота.

— Э-э… — Сергей почувствовал, что краснеет. — Да ну, ты преувеличиваешь… В любом есть доброта.

— Твои слова только подтверждают то, что я только что сказала.

— Я думаю, ты очень хорошая и в тебе тоже есть доброта.

Нарана засмеялась:

— О нет, Сергей, я не такая добрая, как ты. Я вообще очень плохая.

— Не может быть, я же вижу, что ты добрая.

— Я, например, не умею видеть в каждом добро. Скорее даже наоборот. — Она перестала смеяться и сказала: — Я никогда не видела таких людей, как ты.

Уже покраснев, как лампочка в комнате для проявки фотографий, Сергей пробормотал:

— Э-э… я же маг.

— А вот на мага ты как раз совсем непохож.

— Можно подумать, ваши маги походят на магов! Я таких даже по телевизору не видел!

— Не обижайся, это был комплимент. Я не люблю магов… А ты мне нравишься.

Сергей секунду смотрел на нее.

Девушка не сводила глаз и улыбалась.

«Так она же со мной флиртует!» — от этой мысли он готов был упасть под стол.

— Э-э…

Сергей схватил стакан — в горле совсем пересохло, — но он оказался уже пуст.

— Э-э…

Тогда Сергей взял вилку, но есть тоже уже не хотелось и он выпустил ее.

Блин, вот почему он в таких ситуациях так теряется?..

Чтобы что-нибудь сказать, Сергей проговорил:

— Похоже, я не такой добрый. Что-то случилось с целой планетой, возможно, там умирают люди, а я ничего не чувствую.

Девушка тяжело вздохнула:

— Наверное, ты и не должен переживать, ты всего несколько дней в нашем мире. А я… мне, конечно, тяжело на душе, но я научилась блокировать это. Слишком рано я начала видеть смерть и жестокость. — Нарана грустно улыбнулась: — Вот видишь, никакая я не добрая. Я могу забыть, что где-то гибнут люди и беззаботно болтать с тобой.

Сергей возразил:

— Миры жестоки, потому что так люди представляют себе их. Нам остается простить их, и простить себя. Я знаю один секрет. Если начать видеть счастье, оно будет везде, так можно изменить весь мир.

Нарана улыбнулась.

Сергей тоже улыбнулся:

— Вот, магия действует!

— Уже применяешь магию мысли? — засмеялась она. — Научился Высшей Магии? А все говорил, что не умеешь.

— Лучше бы мне научится как можно скорее. Ты разбираешься во всех этих типах магии? Ты же не маг.

— Сергей, все сотрудники службы безопасности обязаны разбираться. Я проходила магию в Академии и знаю всю теорию наизусть.

— И что говорит теория?

— Магия делится на два типа: материальная и нематериальная. Магия материи управляет энергией и физическими законами, нематериальная магия оперирует неосязаемым: эмоциями и мыслями. В свою очередь, нематериальная магия делится на Магию Судьбы и Высшую Магию. Нематериальная магия обладает большей силой, поскольку меняет мысли, и, через них, реальность в обход физических законов.

Сергей поднял руки:

— Ладно-ладно, я тебе верю, ты разбираешься.

Девушка проговорила:

— Значит, за всеми нашими проблемами скрывается непросто предатель, а некая сила, сам этот разумный туман?

— Ну, мне так показалось. Я слышал, как Бертиболь бормотал, что только истинные боги могут схлопнуть миры.

Нарана сказала:

— Зачем богам — столь великим сущностям, делать что-то подобное на нашем уровне жизни?

— А неистинные боги — это кто?

— Высшие Маги. Их часто называют полубогами, — ответила Нарана, а потом задумчиво проговорила: — А что, если этот предатель Высший Маг беспрецедентной силы, почти бог, умеющий играть с судьбой? Тогда он мог наслать туман, чтобы схлопнуть проходы между мирами по ему одному ведомым причинам.

А вполне может быть, подумал Сергей. Эта теория легко и без всякой мистики объясняла многие вещи. Конечно, одному из высокопоставленных магов могло не понравиться, что Ильтерникс решил назначить вместо себя какого-то мальчишку непонятно откуда. И Сергей даже вспомнил одного подходящего мага.

— Почему бы не рассмотреть этого надутого типа в библиотеке? — поинтересовался он.

Нарана, успевшая еще о чем-то задуматься, подняла брови:

— Виктаор? Я говорила, что Ильтерникс очень ему доверяет. Я не думаю…

— Но ты же сама упоминала, что он равный по силе Ильтерниксу.

— Это он так про себя заявляет.

— Скажи-ка, ведь я ему глубоко несимпатичен?

— Я еще не видела, чтобы Повелителю Виктаору был кто-нибудь симпатичен. Но да, он довольно пренебрежительно отнесся к тому, что Ильтерникс сделал тебя своим Наследником. Я слышала, что Виктаор сам не прочь стать Великим Повелителем.

— Многое сходится!

— Сергей, Повелитель Виктаор когда-то был кошмаром четырех миров, но это в прошлом.

Подозрительно, рядом есть плохой персонаж, которому все грехи приписываются автоматически. Но правильно ли это?

— Что такое? — спросила Нарана. — У тебя какой-то странный вид.

— Я просто подумал, когда это я успел превратить свою жизнь в фантастическую сказку.

— Очень смешно. Послушай, Сергей, когда ты заговорил о Виктаоре, я вспомнила, Этерзи упоминал его, когда мы сидели в кафе космопорта Кайан на Пануке, что старший братец заинтересовался движением в рисунке судеб. Повелитель Виктаор известен особой любовью к Магии Судьбы. Умея менять реальность мгновенно одной мыслью он, все же, предпочитает тонкие и неторопливые манипуляции с судьбами, цепочками событий, линями судьбы. Он абсолютный мастер в этом.

— Мне тоже показалось, что в этой истории с журналистами, какая-то сила создала каскад нелепых случайностей.

Нарана кивнула:

— Это тонкое изменение программы судьбы. Очень искусная магия вероятностей.

— Но я не понимаю, два Высших Мага были там и ничего не поняли? А потом, когда случился сбой компьютера во дворце и на меня напали роботы, он тоже отирался там и наблюдал, а Ильтерникс потом ничего не предпринял.

— У Высших Магов всегда какие-то собственные внутренние секреты и дела.

— Ты отправила его на изолированную планету, а потом весь тот мир таинственно исчез, — хмыкнул Сергей. — И, похоже, у него хватило на это сил.

Нарана раздосадовано застучала пальцами по столу.

Он продолжил свою мысль:

— Это могло входить в планы мага. И мы теперь не знаем, чем он там занимается.

Сергей вздохнул и посмотрел на плещущиеся волны моря. Он вспомнил Виктаора, как тот стоял у стола, его взгляд. Нет, что-то тут не так. Он может быть тем предателем, который выдал информацию журналистам и испортил суперкомпьютер, но при чем тут Игра? Если предлагаешь сыграть в игру, значит, признаешь оппонента достойным, а этот напыщенный маг взглянул на Сергея, как на букашку. Айсберг проблемы гораздо больше, чем кажется. Что ж, если ответов пока нет, то нужно подождать каких-нибудь событий, которые прояснят ситуацию.