Дорога домой (СИ) - "Son Golifreya" - Страница 209

— Да…

— Ну тогда ты можешь поухаживать за мной. Поехали, — Тео потянул Лиама к выходу.

— Придурок, — сказал Лиам, но руку не вырвал.

Где-то вдали улыбнулась Лидия.

Комментарий к Птичья Лихорадка

У нас пополнение в команде бет! Встречайте!

Хочу поделиться тем, что это 16-ая глава, а в эту секунду я дописал 20.

Скоро мы приблизимся к ситуации, написал, выложил!

Приятного прочтения, надеюсь вам зайдет :)

========== Правильный уход за больными ==========

Терпение — это то, чего Лиаму всегда не хватало. В этом вопросе много факторов, которые могут повлечь за собой разрушение и катастрофу. Во-первых, жара: еще при жизни в Калифорнии он возненавидел её, поэтому, когда шкала градусника в Нью-Йорке подползла к отметке тридцать, Лиам автоматически то и дело рычал, стирая пот со лба. Хотелось сбросить с себя одежду и, наплевав на правила приличия, ходить в школу голым. С открытием волчьей сущности стеснения поубавилось, а бицепсы росли, как на дрожжах и без тренировок. Во-вторых, эта ситуация с Джексоном. После нападения Гарпии все резко стихло. Словно попугай переросток сдох. Уиттмор очнулся лишь к вечеру следующего дня, а сегодня его обещали отправить домой. Парень был слишком молчалив и спокоен. Отсутствие сарказма нервировало каждого в группе. Стайлз три раза называл его самовлюбленным выскочкой, но ни одна шпилька не достигла цели. Лиам уже начал сомневаться, не вспомнил ли Джексон себя. И третье, что бесило Данбара до скрежета зубов, до желания разорвать первого встречного на куски — Тео. Больной Тео — это почти также плохо, как и попасть в Лабиринт.

— Знаешь, я вчера смотрел фильм. В полном одиночестве, — Принцесса Диана заскулила под столом, — Ладно не в полном одиночестве, — он погладил собаку. — Там умирала пара в войну. Это было очень грустно. Лежали такие под цветущим яблоком и захлебывались кровью. Молодые. Это так неосторожно наводит на мысли о ценности жизни, — он вздохнул чересчур драматично. — Никогда не знаешь, какой поворот или болезнь станут последними для тебя. Жизнь так сложна и скоротечна.

— Тео.

— Да?

— Этот стакан, он откуда? Важный? Сколько стоит? — Лиам глубоко вздохнул.

— Не знаю. Обычный стакан для воды. У нас таких еще два набора. Они узкие и очень часто бьются, — без объявления войны Лиам схватил стакан и запустил его на встречу кафельного пола. Принцесса Диана заскулила и поплелась на свою лежанку. Осколки разлетелись по всему полу, повисла гробовая тишина. — Мне кажется ты чем-то недоволен…

— Да я тебя сейчас вместо яиц взбивать буду! Сколько можно ныть?! Второй день, что я прихожу, ты устраиваешь панихиду. Заткнись, Тео, я тебя по-хорошему предупреждаю! Не доводи до греха! — Рейкен открыл рот, но Лиам повернулся к нему и махнул в него грязным венчиком. На лицо попало пару капель. Однако он не стал ничего говорить, следующий этап гнева Данбара — это запустить в него тазик. — Вопросы?

— Нет! — он широко и натянуто улыбнулся, попутно шмыгая носом. — Как прошел твой день?

— Целый день насмарку. В прямом и переносном смысле! Сижу после школы с инвалидом и на тело, и на голову. Готовлю ему тут, чай завариваю, дверь открываю почтальону, а вместо этого мог пойти покататься на скейте! — Лиам никогда в жизни не вставал на скейт и был практически уверен, первая попытка станет последней. Однако Стайлз и Скотт так рьяно уговаривали бросить ноющего Тео, что захотелось попробовать. Только вот куда же он его бросит? Может в пекло. — И вот стою я уже третий раз замешиваю тесто для вафель, потому что никогда не делал этого. А ты все ноешь и несешь бред.

— Любой болеющий человек имеет право чуть-чуть поныть…

— Чуть-чуть! Ты явно не знаешь значение этого слова! Когда я сегодня пришел ты заставил меня искать сосновый лес в Нью-Йорке! — Лиам вернулся к взбиванию яиц. Еще немного, и у него получится безе. — «Похороните меня под сосной» сказал сегодня ты! Нет уж, Тео, я задушу тебя и оставлю как есть.

— Можешь не марать свои руки, горло все равно так сильно болит, что кашель справиться и без твоей помощи, — в подтверждении своих слов он начал хрипеть, как конь после трех дней галопа. Лиам бросил венчик и, не наступая на осколки, пошел в коридор. Вернулся он уже с таблеткой. — Что это?

— Цианистый калий, — хмуро бросил Лиам. — Свой я уже выпил. — На секунду он задумался, успеет ли оборотня убить цианистый калий. — Тео, это таблетка от горла. Пей. Она далась мне ценой нападения диких пернатых.

— Я не фанат таблеток.

— Тео, дорогой, — Рейкен от милого обращения возвел к нему глаза. — Если ты сейчас не съешь эту таблетку, я засуну её в твое тело другим способом. И поверь, каким бы ты не был извращенцем, я сделаю так, что тебе не понравится. Усек? — он схватил его за шею специально. Стараясь незаметно забрать боль. — Жри таблетку, придурок. Не испытывай мое терпение! Не доводи до греха! Глотай!

— Мне нужна вода!

— Я тебе сейчас из сада принесу шланг и включу напор на максимум. Таблетку в рот, немедленно, — по руке Лиама побежали черные дорожки. Он закатил глаза от чересчур ребяческого поведения Тео. Однако стоить признаться, ему нравилось ухаживать за этим недоразумением. Рейкен засунул таблетку в рот и принялся ждать стакан с водой. — Да сколько тебе лет! Пойди и возьми!

— Ты разбил стакан! — Тео вылупил свои глаза, осознавая, что тугое кольцо боли больше не сжимает ему горло, а голос практически вернулся к обычному. — Пожалуйста, убери осколки. Я сам возьму воды.

— Хорошо, — Лиам вздохнул и нехотя выпустил шею Тео. Как бы сильно и часто они не ругались, не было ничего приятнее, чем находится с ним наедине. Только здесь Данбар ощущал себя по-настоящему целым. Он принялся сметать осколки в небольшой совок и постоянно прокручивать милые моменты с той секунды, как к нему вернулись воспоминания. Ему нужно успокоиться, иначе он рискует убить Тео. — Ладно, хорошо, давай по серьезному. Как ты себя чувствуешь?

— Я до сих пор считаю, что не стоило пробивать ухо и настаивать на собственной лжи, Лиам, — он выгнул бровь и сложил руки на груди. Данбар шумно выдохнул. — Но не могу не отметить, тебе идет этот тюнинг. Давай мы еще виски тебе сбреем и набьем татуировку. Тогда все попадают… Со смеху.

— Так тебе нравится мой пирсинг или нет?!

— Нравится! Нравится! — всплеснул руками Рейкен. — Сейчас намного лучше. День, когда у меня была температура, совпал с нападением орлов. После этого только кашель и горло болит. Думаю, послезавтра пойду в школу. Скоро финальная игра и нужно быть в форме.

— Скоро вообще все закончится, — Лиам выбросил осколки и вернулся к тарелке, снова начиная взбивать. Смесь уже была готова, но ему жизненно необходимо отвернуться от Тео. Знал бы Рейкен, насколько много значат эти слова для Лиама. Прозвучало так драматично, что парень поспешил исправиться. — Скоро финальная игра, последний урок и выпускной у старшекурсников. А я до сих пор, словно новенький…

— Не говори ерунды, пожалуйста, — Лиам слышал, как сердце Тео дернулось, и улыбнулся. — Зачем тебе кто-то кроме нас? — Данбар отчетливо слышал, «кроме меня». И черт, Лиам был полностью согласен. Возможно, прозвучит по-скотски, но только Тео ему и нужен. — Мы, может, и не самая популярная группировка в школе… Зато с нами весело. Ты думал, куда будешь поступать в следующем году?

— Ну, на исторический. Логично. Правда, куда угодно, только не на греческую мифологию. Не хочется, как-то, — он отставил миску. И посмотрел на Тео. Принцесса Диана так и не вернулась. Обычно собака ни на секунду не отходила от хозяина. Неужели даже животное решило не мешать им флиртовать? — А ты? — почему Лиаму казалось, он знает ответ на этот вопрос.

— Я хочу стать врачом, — Данбар улыбнулся так искренне и по-доброму, что Тео и под страхом смерти не смог бы оторвать от него глаз. Яркий, невероятный и по-настоящему родной. Каждый день после школы он приходил к нему и делал то, что не обязан. Вряд ли Лиаму нечем заняться. — Я могу задать тебе откровенный вопрос? Личный?