Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ) - Смолин Павел - Страница 210

– А почему он орал на тебя даже больше, чем на остальных? – Спросил я.

– Приказ отца, – Дал Кеиджи ожидаемый ответ, – И я этому рад! Так будет честно!

– Уважаю! – Кивнул я и протянул другу руку, – Тогда постараемся вместе заслужить право называться мужчинами, подруга!

Кейджи хохтнул и пожал руку.

Поблагодарив друга и знакомого водителя – он возил нас нас на тот давнишний турнир, попрощался и пошел домой на подкашивающихся ногах. Вот это я понимаю тренировка! Завтра все будет болеть! Надо кушать больше белка, тогда к окончанию курса я изрядно "закабанею". Миновав наполненный суетящимися строителями двор, открыл дверь своим ключом и зашел в коридор.

– Я дома! – Крикнул я ритуальную фразу.

На верхнем этаже тут же послышался топот ножек, и на лестницу выбежала Чико.

– С возвращением, братик! – С улыбкой глядя на меня с лестницы, поприветствовала она меня, – Ты уже стал машиной?

Хохотнув, я ответил:

– Машиной за один день не становятся!

– Добрый день, Иоши‑кун! – Появилась на лестнице одетая в бежевую юбку чуть выше колена и бежевую же футболку Есикава‑сан. Рад ее видеть – с утра встретиться не успели.

– Добрый день, Есикава‑сан! – Поклонился я няне, – Я по вам скучал!

– Неужели? – Хихикнула она, – Приму это как комплимент! Ты так загорел! Тебе идет!

– Спасибо! – Поблагодарил я за ответный комплимент и пошел в душ.

Смыв пот и частично усталость, пошел на кухню, где меня дожидался жаренный Есикавой‑сан тунец и рис. От души компенсировав потраченные калории, поднялся наверх, принял душ, переоделся в чистое и направился в комнату Чико, где заказал няниной матери пару кигуруми – Годзиллу и цветочек. Согласовали эскизы (Чико принимала в обсуждении деятельное участие), посмотрел на часы – половина третьего. Синохара‑сан заедет за мной в три, поэтому отправился в комнату и повалялся на кровати, накапливая стамину на поход к "Альдекальдо".

* * *

– Значит, теперь ты у нас композитор? – С ехидной улыбкой спросил меня как всегда безукоризненно выглядящий Синохара‑сан.

– Я от скуки – на все руки! – Улыбнулся сидящий рядом на переднем сиденье я ему в ответ.

– Твой отец немного ввел меня в курс дела, но можешь объяснить подробнее? – Попросил он.

Я с готовностью объяснил.

– Вот как, – Кивнул он, – С творческими людьми работать сложно – один мой коллега работает с продюссерским центром, он такого нарассказывал! – Вздохнул Синохара‑сан, – Но не переживай, – Похлопал он меня по плечу, – Мы с твоим отцом обо всем позаботимся.

– Я и не переживал бы, – Вздохнул я, – Не будь Акира братом моей подруги.

– Нельзя быть хорошим для всех, Иоши‑кун, – С неожданным сочувствием посмотрел он мне в глаза, – Особенно там, куда ты стремительно врываешься – в мире больших денег.

– Да, там рулят социопаты, – Вздохнул я снова, – Впрочем, как и везде. Будете моим ручным тигром, Синохара‑сан?

– Для такого выгодного клиента – запросто! – Хохотнул он.

Доехав до репточки, припарковались и покинули транспорт. Подойдя к двери, музыки не услышал и нажал на звонок.

Дверь открыл Акира, причем почти сразу.

– А, Иоши! – С каким‑то лихорадочным блеском в глазах поприветствовал он меня, потом заметил стоящего за моим плечом с каменной мордой (отыгрывает ручного тигра) Синохару‑сана.

– Акира, познакомься – это мой адвокат Синохара Керо‑сан. Синохара‑сан – это Фукуда Акира, лидер группы "Альдекальдо".

– Крутишь по радио песни моего клиента без разрешения? – Просверлил Акиру тяжелым взглядом Синохара‑сан.

– Что? Я?.. – Стушевался тот.

– Ну зачем вы так, Синохара‑сан, я же сказал, что с этим проблем у нас нет! – Примирительно улыбнулся я, – Акира, вся группа в сборе? Не переживай, в суд на вас никто не подавал, Синохара‑сан здесь по другой причине.

– Все в сборе, да, пойдемте, – С видимым облегчением на лице Акира провел нас внутрь, где, как он и обещал, все уже были в сборе.

Поздоровались, я представил всем адвоката – ребята посерели. Я прокашлялся и начал вещать:

– Говорю сразу – никаких притензий по поводу песен на радио у меня нет!

Ребята расслабились.

– Однако я бы не хотел, чтобы все узнали, кто скрывается за моим творческим псевдонимом – я очень дорожу своей спокойной тихой жизнью.

Синохара‑сан едва слышно хохотнул, умудрившись сохранить покер‑фейс.

– Я никому не говорил! – Тут же выпалил Акира.

– Я тоже!

– И я! – Эхом откликнулись другие участники группы.

– И я за это очень вам благодарен, – Поклонился я, – Однако… – Я дал отмашку Синохаре‑сану, и тот начал вынимать из портфеля бумаги, поясняя:

– Это – документальное подтверждение того, что "Хацуне Мику" – официальный творческий псевдоним моего клиента Одзавы Иоши. Кроме того, вся интеллектуальная собственность, произведенная под этим псевдонимом, принадлежит фирме "Одзава и сын", – Он достал следующую бумагу, – А это – соглашении о неразглашении истинной личности Хацуне Мику, которое вы все сейчас и подпишите. Надеюсь, личные печати у всех с собой?

– Что за ерунда? Почему я должен подписывать какую‑то мутную бумагу?! – Сагрился Акира, – Иоши, ты чего? Мы ведь отлично сработались!

– Я не спорю, Акира, – Грустно улыбнулся я ему, – Простите, ребята, но пока вы не подпишите соглашение, двигаться дальше мы не сможем.

– А что такого? Мальчик хочет удостовериться, что его оставят в покое! – Решился гитарист, чье имя я, к своему стыду, забыл, – Синохара‑сан, куда ставить печать?

Вслед за гитаристом отпечатки на листе оставили и остальные. Интересный аналог подписи у японцев, конечно, когда буду получать такую, попробую намошнить себе дизайн поприкольнее.

– Отлично! – Хлопнул я в ладоши, когда процесс завершился и Синохара‑сан убрал бумаги обратно в портфель, – Теперь часть вторая – работать с "Фабрикой игрушек" я не буду.

На репточке поднялся возмущенно‑жалобный гвалт, молчала только Сара, сидя на диванчике и буря своего мужа каким‑то злорадным взглядом.

– Да как же так? Я приложил столько усилий, чтобы протолкнуть те песни на радио! Думаешь, это так просто? – Оформил гвалт во фразу Акира.

– Говоришь так, будто ты делал это ради меня, – Отмахнулся я от слабого аргумента.

– Я делал это ради нас всех! – Укоризнено ткнул в мою сторону пальцем Акира, – И ради тебя, и ради "Альдекальдо"!

– Ну, пусть будет так, – Кивнул я и посмотрел на его жену, – Сара, ты готова покинуть группу?

– Мы уже обсудили все дома. Отговорить эту… Рок‑звезду! – Фыркнула она, – У меня не получится. Так что, боюсь, выбора у меня нет! – Она поднялась с дивана и со словами: – Прощайте, ребята, было весело! – Покинула репточку.

Мне стало супер стыдно и совестно – трещина в их маленькой семье – моя вина. С другой стороны – да какого черта? Я же не святой и даже примерно не мог предполагать, что Акира побежит на радио. "Альдекальдо" выглядели такими взрослыми и вполне довольными жизнью, что у меня и мысли не возникло, что Акире так мощно вожжа под хвост попадет!

– Значит так, – Кашлянул я, привлекая общее внимание, – Я готов работать с вами, но только на своих условиях.

– Ха! – Презрительно фыркнул Акира, – Да что ты вообще знаешь о шоу‑бизнесе!

– Я – не особо много, – Покивал я, – Но твердо уверен, что работать с "Фабрикой игрушек" гораздо менее перспективно, чем с "Хондой".

– Э?! – Удивленно воскликнул гитарист.

– В общем, я даю вам время подумать. Посоветуйтесь, прикиньте все "за" и "против", и решите, стоит ли так резко менять свою жизнь. Особенно ты, Акира! Ребенку очень важна забота обоих родителей!

– А теперь ты будешь учить меня, как строить семью?! – Тригернуло явно чувствовавшего себя виноватым перед Сарой и потому старательно себя оправдывающего Акиру, – Если я стану звездой, у моего ребенка будет все, чего никогда не было у меня!