Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ) - Смолин Павел - Страница 199

– Нет! – Возмутился я, – Дельфины умные, дружелюбные и прикольные! Пожалуйста, давайте оставим их в покое!

Точно! В «Южном Парке» же была серия про любовь японцев к убийствам дельфинов! [3. 13 сезон, 11 серия ] Очень, надо признать, оскорбительная для моей японской национальной гордости.

– Ты чего, Иоши? – Спросил меня Кейташи, – Это же просто рыба!

– Не рыба, а млекопитающее! – Поправила его Кохэку, – Но я тоже не понимаю, в чем проблема. Дельфины довольно вкусные!

Ты же девочка! Как ты так можешь!

– Делайте, что хотите, – Махнул я рукой и отошел от них подальше.

– Ну, большинство – за! – Подытожил батя.

Катер свернул в направлении дельфинов. Какой отстой. Взрослые жизнерадостно решали, с каким соусом и как лучше готовить потенциальную добычу. Изверги. Как можно есть такую потешную животину? Ладно бы с голодухи, но мы‑то блин не голодаем!

– Они уплывают! – Поведал обстановку рулевой, – Догонять?

– Умные! – Раздраженно цыкнул батя, – Не стоит, лучше попробуем наловить еще марлинов, – Потом посмотрел на меня и буркнул: – Может, оно и к лучшему.

После получаса вылова тунцов и средних размеров синих марлинов, удилище деда натурально затрещало. Ответственный за штурвал рыбак тут же сменил курс, ослабив давление на удилище. Второй сотрудник подлетел и начал аккуратно крутить лебедку. Забив на все, мы столпились за его спиной – явно грядет что‑то невероятное!

Рыбу пришлось изматывать минут десять, но, в конце концов, получилось подтянуть ее достаточно близко к борту, чтобы рыбак дотянулся дубиной. Из воды рыбину вытащить не получилось – слишком велика, поэтому взяли курс к берегу, закрепив рыбу у борта. Прямо как старик из «Старика и моря».

Весь путь до берега Ринтаро‑сенсея осыпали комплиментами, Кохэку явно ревновала, но смирилась с почетным вторым местом и присоединилась к поздравлениям.

– Вот видишь, сын, как важно довериться профессионалам своего дела! – Выдал мораль нашей рыбалки батя.

– Это не рыбалка, а какой‑то унылый промысловый конвейер, – Вздохнул я.

– Если тебе не повезло, это не значит, что надо портить настроение остальным! – Ответил он.

Выловленная дедом рыбина оказалась черным марлином. Вместе с парой не занятых сторонних рыбаков, наши вытащили рыбу на берег при помощи специального подъемника, измерили рулеткой и взвесили – 4.46 метра, 709 кг. Просто охренеть!

– Поздравляю вас, Аоки‑сенсей! – Низко поклонился деду один из рыбаков, – Вам удалось побить мировой рекорд!

Нифига себе дед дает!

– Прошлый держался с 45 года – тот марлин весил 707.6 кг! – Продолжил рыбак, – Не хотите ли принять участие в мждународном турнире по ловле марлинов?

– Боюсь, после такого улова мне долго ничего не попадется, – Отказался Ринтаро‑сенсей, потом обвел нас гордым взглядом и широко улыбнулся: – Учитесь, молодежь!

После этого мы все с удовольствием пофотографировались с такой мощной рыбиной. Кроме того, один из рыбаков записал все на видео – чтобы подтвердить рекорд. Помимо этого, улов Ринтаро‑сенсея вписали в специальную таблицу, расположенную в порту – чтобы все видели кто, когда, а главное – где, выловил такую большую рыбу.

Суммарный вес всей сегодняшней добычи получился больше полутора тонн. Я впечатлился и приуныл – даже после дележки и угощения всех, кого можно, окинавской рыбкой предстоит питаться несколько ближайших месяцев. Может, «забыть» закрыть дверь морозилки?

* * *

Когда мы вернулись домой, Хэруки и Чико еще не вернулись. После короткого диалога с Кейташи и Кохэку, которые пожаловались на усталость и решили остаться дома, я переоделся, собрал рюкзак и отправился на пляж – искать девушку и девочек. Добравшись до места, сразу же разглядел лежащее на покрывале спиной вверх зеленое пятно. Не удержавшись, подкрался и шлепнул по попке. Хэруки дернулась, и в следующую секунду щеку обожгло болью, а мир покачнулся.

– Ой, Иоши, прости, я не знала, что это ты! – Извинилась Хэруки, испуганно глядя на меня.

– Ничего, – Смаргивая слезы, потер я щеку и попытался улыбнуться: – Неплохой удар!

– Дай посмотрю! – Попросила она и приблизилась, – Не поцарапала, слава богу! – Облегченно выдохнула она.

– Переживаешь о сохранности моего лица? – Улыбнулся я.

– Конечно! Я никогда не говорила тебе этого раньше, но ты очень красивый!

– Приятно, – Улыбнулся я и посмотрел на океан, почти сразу найдя на мелководье Чико и одетую в ярко‑красный детский с рюшами купальничек Такаоку‑тян.

– Чико‑тян учит подругу плавать, – Заметив мой интерес, прокомментировала Хэруки, – Хочешь к ним?

– Луче посижу с тобой, – Улыбнулся я и сел на покрывало.

Девушка уселась рядом и прижалась к плечу.

– Я никому не позволю себя так трогать, кроме тебя! – С неожиданным жаром сказала она.

– И правильно! – Не менее горячо поддержал ее я, – Абсолютно правильная реакция! В следующий раз буду тебя предупреждать.

Немного помолчали, глядя на воду.

– Ты так и не подарил мне кактус, – Смущенно сказала Хэруки.

– А это вообще нужно? – Хохотнул я, – Что ж, если так, подарю по возвращении в Уцуномию.

– Знаешь, я даже рада, что нам помешали, – Вдруг посмотрела она мне в глаза. Видимо, мое лицо в этот момент стало очень красноречивым, потому что девушка поспешила оправдаться: – Нет, не подумай, дело вовсе не в том, что мне не хочется! Просто это было бы нечестно по отношению к тебе – ты ведь так и не узнал мой секрет, – Пояснила она.

– Готова рассказать? – Обняв Хэруки, спросил я.

– Не здесь, – Покачала она головой.

– Тогда давай после пляжа сходим в тот парк, – Предложил я, – Подойдет?

– Да, деревья придадут мне уверенности! – Кивнула она.

Глава признаний и просьб

– Братик, сестренка, смотрите, сколько всего мы нашли! – Подбежали к нам девочки, демонстрируя полные ладони ракушек.

– Прекрасный улов! – С улыбкой отозвался я.

– Сестренка Хэруки, а чьи это раковины? – Они разложили принесенное на одеяле. Ракушки в основном были конусовидные – пятнистые, полосатые, все – разных цветов. Подводный мир Окинавы очень разнообразен.

– Прости, Чико‑тян, я не очень разбираюсь в морских обитателях, – Немного смущенно ответила Хэруки.

– Братик с мангой, ты тоже не знаешь? – С надеждой обратилась ко мне Такаока‑тян.

– Увы, – Развел я руками, – Но наш с Чико отец – заядлый рыбак, попробуйте спросить его.

– Такаока‑тян, ты хочешь еще покупаться? – Спросила сестренка подружку.

– Нет, я немного устала и проголодалась, – Ответила та.

– Тогда можно идти домой! – Подвела итог Чико, – Братик, можно сложить ракушки в твой рюкзак? – Заметила она подходящую ёмкость.

– Без проблем, – Пожал я плечами.

– Тогда, Такаока‑тян, давай принесем остальное! – Предложила сестренка, девочки побежали к сложенной на песке у воды кучке ракушек и в два захода принесли остальное. Эти ракушки были больше и другой формы – у части из них торчали угрожающие шипы. Сколько же тут улиток и всяческих раков?

Взяв ракушку самого знакомого вида, приложил к уху и послушал «море», потом дал послушать Хэруки – внезапно она о таком не знала. Закончив, девочки в сопровождении девушки пошли переодеваться, а я завернул ракушки в одеяло и сунул в рюкзак. Задумчиво посмотрел на океан – странно, но купаться почему‑то вовсе не хотелось. Возможно, дело во внутреннем волнении – не думаю, что секрет Хэруки так уж ужасен – не поубивала же она одноклассников, в самом деле! С удивлением понял, что даже если она перерезала всех учеников своей прошлой школы, мне по большому счету будет наплевать. Без причины она «жестить» не станет. «Будет нечестно…» – Прозвучал в голове голос Хэруки, и по спине пробежал холодок. Это же не потому, что она не девочка? Хентай учит нас, что японская система образования зиждется на изнасилованиях. Да ну, бред! Я уже понял, что «анимешная» Япония от реальной отличается очень сильно, причем не всегда в худшую сторону. Кроме того, даже если кто‑то попытался – огреб по полной. Хэруки сильна!