Гусары, молчать!. Тетралогия (СИ) - Мацко Владислав "Разящий" - Страница 57

Дал каких‑то таблеток, вроде и снимают неприятные чувства, но я от них становлюсь заторможенным и вялым. Антидепрессанты умудрился подсунуть что ли? Я бы возмутился, если бы находился в адекватном состоянии, но как‑то всё настолько пофиг…

Хорошо, что полковник умудрился заметить моё состояние, после чего в приказном тоне заявил, что все мои дальнейшие тренировки должны проходить за переделами лагеря.

Я, по его словам, должен появляться тут всего два раза в сутки – во время утренних и вечерних построений. Даже ночевать советовал в одной из ближайших деревень. Проще, мол, будет.

А толку от этого? Доктор хоть уверил меня, что я должен привыкнуть к концу недели, после чего все это моральное напряжение на спад пойдёт. Буду бегать и прятаться – ничего не добьюсь, всё так же хреново будет и через неделю, и через месяц.

Вот и пришлось издеваться над самим собой, пытаясь игнорировать головную боль. А это тяжело. Такое чувство, словно какая‑то наглая и упорная скотина прижала дрель к моему виску и сверлит, не давая себе ни секунды отдыха. Быстрее бы он уже нужное отверстие пробил, я бы только выдохнул с облегчением.

Единственное послабление, что я себе позволил – после обеда покидаю лагерь и тренируюсь километрах в сорока отсюда. Если с утра ещё можно как‑то всё это перетерпеть, то к концу дня, если все время нахожусь в скоплении народа, выть хочется и на стену лезть от боли.

Мои товарищи сразу планировали составить небольшой график дежурств, чтобы определить, кто будет заниматься со мной по вечерам, но Софья с Софией уверенно заявили, что берут это на себя.

Надо будет их за это как‑то потом отблагодарить. Странная штука, но в их присутствии все эти противные ощущения проходят быстрее, да и не столь сильно по голове бьют. Такое чувство, словно они каким‑то буфером являются, перекрывая ко мне доступ доброй половины чужих эмоций.

Понятное дело, что о какой‑то высокой эффективности тренировок речи идти не могло. Пять часов с утра я превозмогал боль, потом убегал из лагеря и отходил от этой самой боли. Потом возвращение, быстрая попытка уснуть, и всё по кругу.

Нехорошо будет, если эта тема продлится и дальше. Придется мне навсегда из Москвы свалить. Построить себе домик где‑нибудь в лесу, грядочки вскопать. Засадить небольшое поле картошечкой, не забыть про лучок, редиску, чесночок, огурчики. Все своё, домашнее…

Забавно, я реально об этом задумался, эти мысли даже особого отторжения не вызвали. Что только не сделаешь ради того, чтобы избавиться от головной боли.

Так, тренировки… Чем‑то я занимался, да. Тело само делало все на автомате, пока мой разум сражался против этой ненавистной твари, что сверлит и сверлит у меня в висках…

– Оп, не понял, – на шестой день, тридцатого августа, я проснулся и не ощутил присутствия своего соседа с дрелью.

Полнейшая тишина в голове и отсутствие боли. Пришлось пару раз сильно себя ущипнуть, чтобы удостоверится, что я не сплю.

Нет, бодрствую. Ух, давно я так не радовался, чёрт побери! Какое‑то время, правда, все равно ходил в напряжении, ожидая, что ощущения вернутся. Нет, бог миловал, все хорошо и спокойно.

Вся наша команда тоже обрадовалась моему выздоровлению. Мало того, что они не могли тренироваться нормально, так ещё и под вопросом было мое участие в командном турнире. Не хочу выставить себя слишком сильным, но теплится во мне уверенность, что моя личность тут не заменима из‑за своей природной красоты, гениальности, острого ума… Сам себя не похвалишь – никто не похвалит. Я знаю это, так что придерживаюсь данной тактики.

– Так, а что это у нас тут такое происходит? – не понял я, добравшись до нашей тренировочной площадки.

Вокруг уже столпилась куча народа. Стоят и ждут чего‑то. Мне аж самому захотелось стать в очередь. Кто знает, вдруг тут что‑то полезное выдают? Дайте мне сразу два!

– Внимания не обращал что ли? Уже третьи сутки изучают нашу защиту, пытаются понять, что это такое и как её пробить, – самодовольно усмехнулся Никита.

– И как? Успехи есть? – поинтересовался я.

– Фиг его знает, кто тебе скажет, – развёл он руками.

Быстро, блин, сориентировались. Я думал, что на нас никто особо и внимания обращать не будет до начала турнира. Получается, что кто‑то проходил мимо нас со включенным магическим зрением, пока мы тренировались. Просто так такую структуру не заметить, надо весьма серьезно всматриваться. Да и понимание надо, чтобы продраться через тысячи силовых линий. Это вблизи защита выглядит широкой и большой, уже с нескольких метров надо очень сильно постараться, чтобы её разглядеть.

– Мы хоть не особо палимся? – попытался вспомнить я, какие способности активировал по утрам последние дни.

– Вроде нет, кроме защиты используем лишь самый стандарт.

Так, я приходил, садился на землю… Включал щит и ждал, пока резерв практически не опустеет. Не активировал своё ускорение, да и «Пламенное прикосновение» тоже не трогал. Самое главное – никому не показывал, что владею магией разума, то есть иллюзий не создавал. Это хорошо, надо сохранить козырь в рукаве.

Я никогда не был знаменитостью, да и впервые вижу, чтобы такое количество человек следили за каждым моим действием. Странное ощущение. Плечи сами расширяются, грудь колесом, подбородок вздёрнут вверх… Демонстрация максимальной самоуверенности включена.

– Не хочешь сам что‑нибудь атакующее вспомнить? – спросил меня Коля.

– Обойдутся, посижу под защитой, – отмахнулся я, активировал щит и прикрыл глаза.

Полностью не закрыл, лишь сделал вид, что ничего не вижу. Сам же рассматривал этих зевак, пытаясь понять, кто перед нами стоит. Сложно сказать со стопроцентной уверенностью, но кого‑то сильного я не заметил. Плюс‑минус наш уровень, не выше. Первокурсники, получается. Изучают своих потенциальных противников.

Есть ли смысл нам заняться таким же, обойдя все тренировочные поля? Не, бесполезно. Как представлю, сколько на это надо времени и сил, так сразу в сон клонить начинает. Реально лучше подремать, чем заниматься этим неблагодарным делом.

И так понятно, что первые бои будут абсолютно рандомные. Потом уже, надеюсь, будем получать информацию от наших учителей о своих следующих противниках. Не просто же так все они сюда приехали, верно? Буду надеяться, что они планируют поработать в качестве своеобразного аналитического центра, ибо график будет очень плотным.

Центральных арен не так и много, принимают участие в турнире не только первокурсники, но более опытные студенты. Всё это планируют снимать, чуть ли не прямую трансляцию устраивать по всем телеканалам Российской Империи.

Более того, уже ближе к финалу подкатят и зарубежные репортёры! Понятия не имею, зачем их сюда позвали, но и они будут снимать нас, пуская все эти бои в эфир в своих странах.

Уже чуть позже понял, что их больше всего заинтересовало командное соревнование. Решили из нас сделать какое‑то реалити‑шоу? У нас всякие сериалы очень популярны были, сомневаюсь, что тут иная тема. Забавно, в общем…

Никита с Колей начали закидывать мой щит самыми простенькими заклинаниями из своих стихий.

«Бляха муха, бесполезная тренировка», едва я удержался, чтобы не скривиться.

Надо, чтобы они свой максимум в меня сливали, причем одновременно и в одну точку. Тогда можно и поведение самого щита отследить, проверить, как он на подобное реагирует, да и некоторые наиболее слабые места укрепить.

Толку от огромного огненного шара, который врезается в мою броню и сползает по ней вниз? Тут защита показывает свой максимум, не прогибаясь и не забирая у меня даже капли энергии. Скукота, и только.

Некоторые время я пытался придумать, как бы этих зевак выгнать… Сам не заметил, как задремал.

Проснулся из‑за того, что меня тряс за плечо Никита, сообщая, что скоро обед.

– А щит чего стоит? Совсем расслабились? – недовольно покачал я головой, деактивируя защиту.

– Мы все отстрелялись только в тебя, друг в друга ничего не запускали. Это ты нам ответь, с чего твой щит, вдруг, выдержал это? – удивила меня подошедшая Наташа.