Ведун (СИ) - Черников Константин - Страница 19

Благо, что вятичам дорога была хорошо знакома. И своё недолгое путешествие их маленького отряда благополучно завершил к исходу четвёртого дня у ворот Кричевского городища — столицы большого племени князя Радима.

Сам князь, преклонных лет седобородый, но ещё крепкий старец с властным лицом и довольно суровым взглядом, лично принял послов родственного племени. После обмена приветствиями, он сочувственно развёл руками:

— Знаю наш с вами уговор, братья, — сказал он, — Но, вы опоздали.

— Как так опоздали? — опешил Андрей, — Неужто кому другому Василия продали! — в нем закипела злость. «Вот уж эти радимичи! Прохиндеи форменные, чёрт их дери!» — успел подумать он про себя.

— Как можно?! Что ты? Никому не продавали. Да только нет более вашего Василия.

*****************

Глава 20

Глава 20.

— Да, что ты говоришь?! Как это нет его более? — в отчаянии вскричал Андрей, — Помер, что ли?

— Да нет же! Не помер, пёс его задери! — отвечал Радим, — Кабы помер, так это может и к лучшему было бы. Меньше убытку. А так — сбежал ваш Василий, будь он неладен. Аккурат три дня назад.

— Да, не уж то и правда? — подивился стоявший рядом Микша.

— Истинная правда. Да коли один бы убёг, то не такой уж и убыток. А он подговорил ещё нескольких крепких холопов. И те подались с ним заодно. Теперь, слухи доходят, разбойничать в округе стали. Жрать то им что-то надо, вот они и разорили пару дворов на соседних селищах.

Эта новость не укладывалась в голове бывшего учителя. Как!? Василий — геолог с высшим образованием — и вдруг разбойник с большой дороги. Ну и дела тут творятся, в этом VIII-ом веке. Как же здесь быстро люди, поставленные Судьбой в совершенно другое положение, могут меняться.

— Ну, коли уж приехали, так может кого другого прикупить желаете? — с надеждой спросил князь, — У нас много добрых холопов ещё есть — берите любого, на выбор. Есть даже юные отроковицы, чудо как хороши, — подмигнул он Андрею, — Любую в придачу дам. Девки зело как лепые и по дому помогут и в холода на ложе согреют.

— Верно! Двое — по цене одного. Бери — не прогадаешь! — настоятельно советовали радимичи.

Последние слова утонули в дружном хохоте всех присутствующих. Андрею, конечно, было понятен их соблазн. Уж больно хотелось Радиму освободить его от лишней ноши в полкило серебра. Но никого другого он покупать не собирался.

— Благодарствую, княже, но никто другой мне не надобен, — решительно отвечал он, — Переночуем у вас, ежели позволите, и завтра по утру — в обратный путь.

— Жаль, но ничего не поделать, — князь был явно разочарован, но тут же взял себя в руки и радушно пригласил, — Милости просим, братья. Мой дом — ваш дом.

По случаю приезда гостей из родственного племени был устроен небольшой пир. Князь Радим, одетый в новую цветную рубаху с расписными узорами сидел во главе стола. Теперь он выглядел уже не таким суровым, как при первой встрече. Был весел, много ел, пил и шутил. Хозяева не пожалели доброго хмельного мёда и разнообразной снеди. Были даже мастера игры на различных дуделках и свирелях, развлекавших гостей игрой и пением. Внешний вид и названия этих диковинных инструментов Андрею были мало знакомы. Эх, перенести бы сейчас хоть один образчик в свой ХХI-й век!

Ближе к полуночи разошлись спать. Андрею, как старшему, отвели отдельную комнату на княжьем дворе. В голове сильно гудело от выпитого мёда. «Ну, а теперь, наконец, спать!» — подумал он с наслаждением. Только сейчас Андрей почувствовал, как сильно он устал с дороги. Поставив лампу на стол, он начал раздеваться. Но едва только он блаженно растянулся на ложе, как в дверь тихо постучали. «Чёрт! Кого это ещё принесло на ночь глядючи?» — недовольно подумал он. Быстро натянув портки, он открыл дверь.

В тихом и полутёмным коридоре княжеского дома стояла молоденькая девушка с длинными распущенными волосами и в одной исподней рубахе, чуть ниже колен. В руках она держала восковую свечу, которая скупо освещала миловидное юное личико.

— Ты кто такая? — изумился Андрей, — Тебе чего здесь надо?

— Я — Светла, княжеская холопка. И я к тебе, — тихо отвечала она, опустив глаза, — Ты же — дорогой гость. Вот меня князь к тебе и послал, по традиции, пожелать тебе доброй ночи. Прими мой дар.

На секунду Андрей обомлел. Потом до него дошло. Вероятно, это одна и тех «зело лепых» отроковиц, которых князь обещал дать в нагрузку к сделке если она состоится. Так сказать, «подарок фирмы».

Получив отказ, хитрый Радим, очевидно, хотел показать «товар лицом» и дать покупателю буквальным образом почувствовать, что он теряет и от чего он отказывается. И в этом не было ничего предосудительного. Обычай «ублажать» таким способом, дорогих гостей существовал у многих народов мира. Для чего же ещё нужны нежные юные рабыни и холопки? Не в поле же на них пахать!

— Нет, спасибо, за заботу, — еле выдавил из себя Андрей, — Знаешь, что, Светла, я устал и хочу спать. Но я тронут твоей заботой. Правда. Ступай к себе и передай от меня князю мою благодарность.

Дальнейшая реакция девушки поразила Андрея. Она вдруг вздрогнула и, быстро подняв на него испуганный взгляд, кинулась в ноги:

— Не гони меня от себя, господин! — разрыдалась она, хватая его за колени, — Помилосердствуй. Меня княжеский тиун на конюшне запорет, коли не сумею тебе угодить! Я сделаю всё, что ты захочешь, только не гони меня прочь!

Ну, что ты будешь с ней делать? Он чётко понимал, что если сейчас её прогнать, то девчушке явно не поздоровится. Ему стало её жалко.

— Ладно, заходи быстро, — кивнул он ей.

— Благодарю тебя, добрый господин! — она обрадованно вскочила на ноги и, шмыгнув мимо него в комнату, без лишних слов ловко забралась прямо на ложе.

Андрей закрыл дверь и поднял лампу повыше, чтобы лучше разглядеть нежданную ночную гостью. На вид девчонке было лет четырнадцать или пятнадцать, вполне зрелый возраст по тем временам. Бывший учитель вдруг вспомнил свой 9 «Б», в котором он был классным руководителем. У него в классе половина девочек были примерно такие же. Ему стало немного не по себе.

— Сядь сюда, — указал он ей на широкую лавку под окном, — Давай, давай, шевелись.

Светла, поджав губки, нехотя слезла с его ложа и молча повиновалась. В её больших глазах снова промелькнула тень страха.

— Да не бойся ты, не выгоню, — успокоил её Андрей и заметил, как она вздохнула с облегчением, — Расскажи лучше о себе. Откуда ты родом и как сюда попала?

Светла поначалу очень удивилась такой неожиданной разговорчивости господина, но затем немного успокоилась и даже заулыбалась. Из её короткого рассказа Андрей понял, что она из дальнего селища. Семья было бедной и многодетной. Отец задолжал князю, и чтобы расплатиться отдал ему в долговую кабалу одну из своих повзрослевших дочерей. Главное — сыновья остались в хозяйстве. А девки — какой с них прок. Тем более если их много. Если не замуж за достойного человек, то тогда — на продажу, в счёт долга. А что, удобно, не зря же их рожали? Родители из VIII-го века — те ещё красавцы!

— Вот что Светла, — сказал бывший учитель, — Ты давай ложись спать вот на эту лавку, я тебе сейчас там постелю, а по утру мы выйдем вместе к князю, и я ему расскажу, как ты хорошо меня этой ночью ублажила. То будет наш маленький секрет. Разумеешь?

— Разумею, господин. Да отблагодарят тебя Боги за твою доброту, — проговорила она, кланяясь в пол.

Светла свернулась калачиком на лавке и быстро уснула, видать умаялась за день. Ночь прошла тихо и спокойно. А по утру, они осуществили свой план, и девушка была спасена от наказания. Князь попытался было вернуться ко вчерашней теме. Но, несмотря ни на что, Андрей так и не согласился на другую покупку. Радим был явно расстроен, что его хитрость не сработала, но вида не подал и любезно простившись с гонцами, удалился к себе.

Приняв на дорогу от радушных хозяев немного дорожных припасов и большой глиняный кувшин с медовухой, вятичи двинулись в обратный путь. Ехали легко, обратная-то дорога всегда короче. Теперь уже сильно спешить необходимости не было и ближе к полудню решили сделать привал. Отроки выбрали просторную лесную поляку. Развели костёр и пустили по кругу вожделенный кувшин с добрым мёдом. Андрея ещё со вчерашнего пира слегка мутило от изрядного количества выпитого, и он отказался от своей доли. Но его спутники не стеснялись.