Нам не понять друг друга сразу. Дилогия (СИ) - Медведева Алена Ильинична - Страница 40

Еда обнаружилась уже готовой.

— Время поджимает, дел очень много, поэтому выбрал и для тебя пищевой набор. Ты же не против?

Даже будь я против — возразить не смогла бы, Алади уж слишком серьезно взялась за меня. Он совсем рядом, а голос не вернулся! Чего хочет богиня? Мне что серьезно придется теперь запрыгивать на руки Леакрэ, чтобы сказать хоть что-то? Вот напасть!

— Ой, в самом деле, у тебя же нет слов от восторга, — единственное что спасло мужчину, это неизменно безэмоциональное лицо — не похоже было, что неймарец издевался. В изломе его губ я скорее рассмотрела горечь. — Ну, если что, ты знаешь, как накричать на меня, — и он невозмутимо постучал указательным пальцем по губам.

Мне отчаянно захотелось стукнуть кулаком по столу, но… пальцы не желали сжиматься. Вот реши я ими приласкать выбившиеся алые прядки возле мужского уха — почему-то не сомневалась в успехе.

— Впрочем, в твоем безмолвии есть очевидные плюсы. — и вновь он говорил деловито и сдержанно, не похоже, что упивался моим бессилием. — Слушай и запоминай. Раз я теперь для тебя единственный способ выслужиться перед. ээ… патронессой, то придется и мои интересы учесть. Иначе, помнишь? Она может пойти дальше.

Самое мерзкое, что чуждая воля, направляющая меня, отреагировала на его слова очевидным вниманием. Чудненько, Алади и неймарец уже практически согласуют условия моего использования. Обоюдовыгодного похоже. Лишь мои интересы тут никого не волнуют…

— С сегодняшнего дня у нас традиция — вечерние обнимашки. — надеюсь, он почувствовал своей неймарской сверхспособностью, как меня в душе перекосило при этих словах. — И дам тебе шанс наболтаться за весь день — будешь подробно и в деталях описывать мне все, что с тобой произойдет за этот день. События, ощущения… твои и ее, окружение…

Он совсем обнаглел! Вот только Алади, кажется, важнее всего были именно «обнимашки». А значит, она заставит меня болтать без умолку, удовлетворяя интерес Тьер-Тенга.

— И это еще не все.

Ах, серьезно! Ну вы подумайте, как же он скромен в своих запросах. Что еще, «попросит» меня постоять на ушах?

— Есть небольшое задание, которое я тебе сегодня поручу. Возможно, буду поручать что-то и в другие дни, ты все же теперь член экипажа. Но пока… запомни. Сразу после завтрака ты кое-куда со мной пойдешь, я покажу тебе одного… пациента. Ты думаешь об эйшавый? Нет, тут нечто другое. Я бы хотел, чтобы ты попробовала на нем возможности богини. Как тогда, в храме на Альдис…

Воспоминания о бессердечном уничтожении ради рядового эксперимента несчастных жертв эйшавый, неумолимая жесткость, продемонстрированная Леакрэ, вызвали озноб, заставив передернуть плечами. Вновь я подумала о том почему вопреки многим опровергающим это ощущение поступкам неймарца, продолжаю воспринимать его как вселенское зло? Страшиться и желать удрать?

Интуиция при второй нашей встрече и сейчас упорно твердила мне одно: он опасен. Опасен для меня! Впрочем, его народ же не признает какое-то там шестое чувство…

— Кивни, если все уяснила. Моргни? — чувствуя себя безвольным болванчиком, я немедленно продемонстрировала упомянутый жест. — Умница, Ари, — немедленно хмыкнул Леакрэ. — твоя богиня, должно быть, рада обрести такую верную… последовательницу.

При этих словах впервые за утро он взгляд отвел: сожалеет?

Но возмущение не успело расцвести в моей душе, я бросила взгляд за плечо мужчины, отреагировав на движение и резко замерла на месте. Это в помещение проскользнул… неймарский питомец. Я не видела его лишь сутки?! Да эта шипастая живность стала с меня ростом! Такое вообще возможно?

Вдруг испугавшись непонятно чего, я пулей подскочила со стула и… прижалась к губам Леакрэ! Даже для меня это импульсивное движение стало неожиданностью, у неймарца же чуть расширился алый зрачок. Но природная ответственность не позволили проигнорировать значительные перемены.

Воздаяние Алади за шаг в нужном ей направлении не заставило себя ждать — голос прорвался!

— Здесь что, зашкаливает радиация? Это нормально для него, так расти?

Вскрикнув, я нервно тыкала пальцем в направлении гирденции.

— Понятия не имею, — Леакрэ даже не обернулся, словно для него не было тайной причина моей паники. Вместо этого вдруг перехватил мое запястье и… каким-то непостижимым образом обогнув стол притянул к себе. — Твой питомец, сама и разбирайся.

— Не мой!

Не ожидая толчка, я не устояла на ногах и плюхнулась прямо на колени капитана. Это он так помогает мне с восстановившейся речевой функцией? Ох, как я на это надеялась!

— Он так не считает, — подбородок мужчины качнулся куда-то рядом со мной. — И мы обо всем вчера договорились, не рассчитывай и здесь развести повторный спор.

С опаской покосившись в том же направлении, я не сдержала испуганного визга — растение коварно подкралось вплотную, и норовило… что? Обхватить меня усеянными острейшими колючками лапа… ээ… ветвями?

— Спаси меня! — выкрикнула в никуда и добровольно прижалась к мужской груди, уже гирденции пригрозив: — Кыш!

— Вот, вот, — со смехом прокомментировал мои попытки приструнить живность Леакрэ, одновременно успокаивающе погладив по спине, — займись уже его воспитанием. Как и положено ответственной хозяйке. И так проблем выше головы, не доставляй новых?

— Я не…

Заверещала было я, но треклятое растение отреагировало на повышенные частоты слишком рьяно, моментально прильнув ко мне с другой стороны немногим не в успокаивающем прикосновении. И почему это я вчера решила, что он не так и опасен? И даже не смертельно ядовит?

Просто вчера он был ма-а-аленьким, сегодня же все виделось мне в менее радужном свете.

Испуганно шарахнувшись, я соскочила с колен неймарца и понеслась назад, решив забаррикадироваться в санитарной зоне: хватит с меня общества этих двоих.

— А доесть завтрак? — донеслось мне в след. — Как проголодаешься — выходи. Заодно и обсудим подробнее твои задачи на сегодня.

— Я жрица Алади, — на бегу выкрикнула ответ, радуясь, что речь еще при мне. Позади раздавалось шуршание, наводящее на мысль о преследовании. — Мне не привыкать воздерживаться от пищи!

В самом деле, неймарец не провел последний год в холодном и больше похожем на склеп чреве храма богини. Многие из привитых послушницам за это время техник были направлены именно на подавление чувства голода.

— Выходи уже, Ари?

Раздался спокойный голос Леакрэ из-за плотно задвинутой двери, к которой я привалилась.

— А… это… эта… ну, гирденция где?

Возможно, тонкая преграда двери для Алади все же достаточно близкая дистанция? Я все еще говорила.

— Как и положено идеальному питомцу, охраняет подступы к хозяйскому логову.

— В смысле?

— Она здесь, прямо за дверью. Так что или решайся и выходи, или в самом деле придется объявлять голодовку. Только помни, что прийти тебе здесь на помощь кроме меня некому. А мне пора на рабочее место.

— Погоди! — подскочив, я проверила все крепления форменного костюма члена экипажа, который натянула на себя. — Пойдем вместе, только отгони этого монстра.

— Это твой монстр, сама и договаривайся, — последовал безразличный ответ. — Хватит бегать от сложностей, учись разбираться со всем сама. Начни с гирденции.

Решил уткнуть меня носом в мою трусость? Он же уверен, что именно эта черта у меня вместо здравомыслия. Разгневавшись, я решительно толкнула дверную пластину: жрице Алади никакой кактус не страшен. Надо только повторять себе это почаще.

Омг… Гигантский кактус компактным шипастым ковриком свернулся у входа. Жуть… Метнувшись как лань, перемахнула через бесформенную растительную массу и подскочила к неймарцу. Следуя наказу и немного труся, обхватила его руками за плечо.

— Почему он стал больше?

— Наверное, слишком много ел, — немногим не по слогам как слабоумной поведал он мне «версию».

Издевается?

— А зачем?

— Неверный вопрос. Надо было спросить: почему? А потому, что кто-то слишком «умный» обеспечил ему прямой доступ к пропитанию.