Осажденные камнем (ЛП) - Гудкайнд Терри - Страница 65

— Даже если они будут швырять каменные глыбы, заклинания защитят наши стены и ворота, — сказал Натан. — Что он задумал?

Часовые на внешней стене подали сигнал тревоги, и стражники встали наизготовку, когда катапульта выдвинулась на позицию. Никки прищурила голубые глаза.

— Я думаю, у него на уме что-то другое.

Они с тревогой наблюдали, как воины наматывали канаты катапульты, оттягивая рычаг. Катапульта дернулась, рычаг врезался в останавливающий блок и выбросил груз из корзины. С десяток трупов перелетело через высокую стену и упало на улицы Ильдакара, приземляясь на черепичные крыши и в резервуары с водой. Это были ильдакарские солдаты, убитые во время ночной атаки. Головы их были отрублены, а тела обезображены. Когда первый залп из трупов обрушился на нижние ярусы города, древние воины перезарядили катапульту. К ней подтягивались повозки, нагруженные телами.

Никки стиснула зубы.

— Генерал не настроен вести переговоры.

Ее сердце заледенело. Она ощутила покалывание магии Приращения и Ущерба. Они бьются не только за Ильдакар. Теперь она знала, что делать.

— Весь Древний мир и вся Д'Харианская империя должны знать об этой угрозе. Я займусь этим. — Ветерок на вершине башни трепал ее короткие светлые волосы. — Завтра я воспользуюсь сильфидой.

* * *

Ночью, пытаясь отдохнуть перед стремительным путешествием, Никки снова отправилась вместе с Мрра в окрестности огромного лагеря. Темнота воспринималась по-другому через глаза песчаной пумы, но она видела разрушения, чувствовала едкую гарь сгоревших холмов, а также запах крови после большой битвы. Мрра вышла из укрытия в заросшей деревьями лощине и направилась к армии Утроса. Большая кошка знала, что у древних воинов слабое даже для людей ночное зрение, поэтому она отважилась подойти еще ближе к лагерю.

Никки мысленно направляла пуму, пока ее тело в беспокойном полусне лежало на кровати в роскошном особняке. Ее по-прежнему тревожили огромные потери прошлой ночи.

Днем жители Ильдакара приходили в себя и пытались оценить, какой урон сумели нанести врагу, но изуродованные тела, выпущенные из катапульт, вызвали смятение и шок. Люди изо всех сил старались ощутить вкус победы, но не могли не подсчитывать своих павших, хотя опознать изуродованные трупы было невозможно. Никки даже не знала, было ли среди них тело Бэннона.

Однако с помощью песчаной пумы Никки могла увидеть истинный ущерб, нанесенный Утросу. Многие из пылающих огней не были яркими лагерными кострами, как предполагали ильдакарцы. Мрра почуяла запах горящей плоти, увидела груды тел, обуглившуюся кожу и почерневшие кости, превращающиеся в сальные угли. Это были погребальные костры. Хотя кожа древних воинов была твердой из-за последствий заклинания, они все же истекали кровью и умирали. Теперь трупы сжигали, хотя для этого требовалось много дров.

Находясь в состоянии полусна, Никки прикинула, что потери Утроса в три, а то и в пять раз больше, чем потери Ильдакара. Впрочем, это все равно было сомнительным поводом для радости.

Мрра походила на тень в слабом лунном свете, кружа возле войск и погребальных костров, замечая воронки от магических взрывов и разрушения. Когда она подкралась ближе к штабу генерала, Никки ощутила, как ее чувства обострились, а все звуки и запахи десятикратно усилились. Мрра обнаружила несколько больших бочонков, пахнущих кровью. Никки не знала, зачем Утросу понадобились бочки с кровью, а Мрра было все равно. Кровь ее не пугала.

Никки запоминала все детали, пока Мрра продолжала бродить по лагерю. Большая кошка не понимала, что такое человеческая война, но наблюдала, и Никки благодаря связи со своей сестрой-пумой многое выяснила. Помимо всего она заметила странные, знакомые запахи, которые не принадлежали древней армии.

Не имея возможности подойти ближе из-за бодрствующих солдат, Мрра заметила деревянную хижину без окон и с зарешеченной дверью. Она услышала шевеление, приглушенные голоса, почуяла иной запах. Внутри были люди, но не пахнущие пылью, а теплокровные. Пленники? Заложники, которых Утрос держит в качестве козыря?

Конечно же, не было никакого способа спасти их из самого сердца вражеского лагеря.

Утром, перед тем как идти к сильфиде, Никки должна сообщить эту новость палате волшебников. Благодаря кошачьему шпиону у нее было много новой информации.

Глава 43

Многие города Древнего мира пострадали от Имперского Ордена, но войско Утроса было совершенно иной угрозой. Части его армии пришли в движение, и Никки должна повсюду распространить предупреждение. Она отправится в Танимуру, Серримунди, на побережье Ларрикан, а может, даже в Эйдиндрил или Народный Дворец, если сильфида сможет доставить ее так далеко. Она обо всем расскажет, поднимет тревогу и сплотит людей любыми способами.

Но нужны доказательства. В ее дикую историю могут не поверить.

На следующее утро Никки доложила палате волшебников о том, что видела Мрра, и рассказала о своем плане распространить тревожную весть в другие города. Когда Никки с Натаном вышли из башни властителей, к ним присоединилась Эльза, одетая в чистое пурпурное платье. Ее тронутые сединой волосы были заколоты на затылке.

Пожилая женщина улыбнулась и медленно кивнула.

— Думаю, у меня есть нужное тебе доказательство. Я знаю способ взять с собой древнюю армию и показать всем, сколь велика угроза. Они не смогут отрицать опасность. — Она приподняла небольшой кусок стекла, который принесла с собой. — Мы можем использовать магию переноса.

Острием кинжала Эльза нацарапала руны в каждом углу стеклянного прямоугольника и критически осмотрела свою работу.

— Я могу перенести на стекло изображение, которое мы видим, и сохранить его на этой панели. Получится живая картина.

Никки и Натан смотрели, как она подняла прямоугольную панель в вытянутой руке и медленно провела ею слева направо, глядя через стекло на обгоревшие холмы, на бесчисленных солдат и палатки необъятной осаждающей армии. Затем она коснулась нацарапанной руны в левом нижнем углу и передала стекло Никки.

— Это должно убедить любого, кто посмотрит на изображение.

Никки держала панель, пораженная тем, как точно здесь запечатлен открывавшийся от башни вид — неоспоримое и пугающее свидетельство присутствия огромной армии под стенами Ильдакара.

— Да, это очень поможет. — Она завернула стекло в тряпицу. — Теперь я пойду к сильфиде.

— Мы с тобой, — сказал Натан. — Вдруг понадобится помощь.

Никки бросила на него скептический взгляд, но воздержалась от комментариев. Целеустремленно шагая по крутым улицам в сопровождении Натана и Эльзы, она думала о сильфиде.

— Я могу быстро преодолеть большое расстояние, но не смогу взять с собой никакой помощи. Ильдакар все еще предоставлен сам себе.

Эльза взяла Натана за руку:

— Мы были сами по себе очень долго. — Она выглядела уверенной и даже величественной. — В течение многих веков под саваном я мечтала о внешнем мире. Я читала описания других городов, шахтерских поселений в горах, центров торговли у океана. Эти места казались волшебными, и очень немногие ильдакарцы помнили, что когда-то видели их. Если бы я знала о сильфиде и о том, что можно путешествовать с такой легкостью, я могла бы исследовать их. — Они прошли через квартал торговцев и оказались в многолюдном жилом районе низших классов. — Но я полагаю, даже сильфида не смогла бы пройти сквозь временной пузырь. Наш саван непроницаем.

Никки не сбавляла шаг.

— Это не главная проблема. В сильфиде может путешествовать только тот, кто владеет обеими сторонами дара — магией Приращения и Ущерба. Тысячелетия назад было полно таких волшебников, но сейчас очень немногие могут использовать магию Ущерба.

— Но как ты воспользуешься сильфидой? — спросила Эльза.

— Я была сестрой тьмы и служила Владетелю. Я могу использовать магию Ущерба, но заплатила за это страшную цену. — Она подумала о вызванных ею разрушениях, о людях, которым причинила боль, о том, как пыталась уничтожить Ричарда. Хотя она отвергла эту тьму, у нее остались шрамы и губительная сила. — Я могу путешествовать.