Осажденные камнем (ЛП) - Гудкайнд Терри - Страница 105

— Быстрее! — крикнула Верна на скаку.

Под прикрытием ливня Ренн застал врагов врасплох, испепелив молнией двадцать крепких солдат. По рядам пронесся удивленный рев, и они обернулись навстречу отряду, атаковавшему их со спины.

Верна пригнулась к спине скакуна, схватившись рукой за поводья. Вторую руку она сжала в кулак и нанесла удар воздухом перед собой. Ее магия породила гулкий ветер, который врезался во врагов, окруживших отряд защитников Ильдакара. Эмбер и еще шесть сестер использовали тот же прием, сметая с пути неповоротливых солдат.

Волшебник в центре отряда не сражался при помощи магии и сосредоточенно рисовал на земле замысловатый рисунок. Его длинные грязно-желтые волосы были заплетены в толстую косу. Он быстро работал, не обращая внимания на бедлам вокруг. Верна поняла, что он чертит красной краской некое заклинание.

Вырвавшись вперед, Ренн крикнул:

— Похоже, это Орон, волшебник из гильдии скорняков! Он использует магию, чтобы защитить рисунок от дождя.

Все восемь сестер Света ударили ветром. Верна выпустила зазубренную молнию, которая испарила высокого воина в кожаных доспехах. Генерал Зиммер ехал с поднятым мечом, как и д'харианские солдаты позади него. Капитан Тревор и городские стражники с покрасневшими лицами не отставали, решительно настроенные сражаться. Они врезались в солдат осаждающей армии.

— Мы поможем тебе, Орон! — завопил Ренн.

Вокруг Верны царил хаос, но она заметила, что другие отряды отчаянно обороняются, заняв позиции на равноудаленных точках. Они сформировали петлю размером с почти четверть древней армии. Верна все еще не понимала, что они делают, но группы твердо удерживали позиции, давая одаренным лидерам возможность начертить на земле заклинание, похожее на то, что рисовал Орон.

Защитники Орона попятились, делая последние отчаянные попытки его уберечь, но отряд из Твердыни разметал врагов и освободил волшебнику место. Верна и Ренн поспешили к нему. Начертанная на земле руна казалась Верне совершенно не знакомой.

— Похоже на руну переноса, — сказал Ренн.

Орон выжал на притоптанную грязь последние капли краски, закончив рисунок. Когда он поднял взгляд, на его серьезном лице не было удивления или радости.

— Ренн, ты вернулся вовремя. Нам нужны волшебники, чтобы сражаться.

— Я привел с собой одаренных. Они тоже помогут.

Обессилевший Орон посмотрел на рисунок на земле и простер над ним ладони, словно грел руки над огнем. Он надавил вниз, встречая некое невидимое сопротивление, и краска начала источать призрачное сияние.

— Теперь руна будет в целости и сохранности. Утрос не сможет повредить ее, пока Эльза не закончит работу. — Он вытер испарину со лба. — Если ее план сработает, нам не понадобится еще одна армия. — Он оглядел долину и увидел, что другие отряды тоже заканчивают работу. Орон быстро объяснил, зачем нужны пять отрядов во главе с одаренными: — Каждая группа рисует пограничную руну, пока Эльза и волшебник Натан пробираются в сердце лагеря. Эльза установит якорную руну магии переноса и задействует ее. Мы можем уничтожить немалую часть вражеского войска.

— Тогда мы тем более должны помочь, — сказал Ренн.

Орон резко поднял руку к небу и подал сигнал, создав яркий огненный шар, который поднимался все выше и выше.

— Теперь они знают, что моя руна готова. — Тысячи вражеских солдат наступали, оправившись от неожиданной атаки. Орон перекинул на спину толстую соломенную косу. — Я хочу прожить достаточно долго, чтобы увидеть ее в действии.

* * *

К тому времени, как Бэннон и Лила вернулись к утесу, первые пять кораблей норукайцев врезались в доки внизу.

Бэннон стиснул зубы:

— Я даже отсюда чую их вонь. Запах крови, боли и уродства.

Лила сверкнула улыбкой:

— Я с удовольствием убью их, но, если ты дашь мне повод их ненавидеть, я получу от битвы еще больше удовольствия.

Налетчики бросали веревки, швартуя змеиные корабли к причалу у подножия обрыва, и высаживались. Река позади безобразных воинов была запружена змеиными кораблями, и все они шли к Ильдакару.

Больше сотни городских бойцов появилось у входов в служебные туннели. Они держали в руках оружие и были готовы отбивать нападение с реки. Бэннон, стоя у края, глядел на изощренную руну переноса, которую помогал рисовать. Но на вершине утеса не было видно волшебников палаты, которых он ждал.

— Где Деймон и Квентин? Они должны сражаться, нам нужна их магия!

Норукайцы начали карабкаться по платформам и высеченным в камне ступеням, напоминая вереницу диких муравьев. Лила держала на изготовку короткий меч и кинжал, но потом вернула их в ножны.

— Воспользуюсь оружием позже.

Она взяла бочку муки из припасов, хранившихся в туннеле, и швырнула ее вниз. Снаряд попал в двух норукайцев на нижних ступенях. Из разбитых голов брызнула кровь, перемешиваясь с белым облаком муки, и захватчики упали с утеса, сшибая тех, кто шел за ними. Бэннону понравилась идея, и он последовал примеру Лилы, сбросив на норукайцев небольшой бочонок.

Ильдакарские бойцы в других туннелях тоже принялись скидывать со скалы бочонки, булыжники и даже ящики с залежавшейся рыбой, метя в приближающихся норукайцев. Но налетчики продолжали сходить с кораблей и лезть вверх, не обращая внимания на потери.

Наконец, волна магии хлынула с верха стены из песчаника, сопровождаемая треском и вибрацией. Бэннон вытянул шею и увидел на вершине утеса несколько фигур в шелковых балахонах, которые использовали свой дар.

— А вот и подмога, — сказала Лила.

Причалы на речном берегу оторвались от скалы, и потерявшие опору змеиные корабли сбились в кучу. Корпуса их затрещали. Остававшиеся на палубах норукайцы, завопив от ужаса, стали перебираться с одного корабля на другой. Кто-то прыгал в реку.

Норукайские корабли продолжали прибывать, врезаясь друг в друга и перегораживая реку, пока захватчикам не удалось пришвартовать судна друг к другу и сформировать некий трап. Теперь они могли перемещаться между кораблями, чтобы добраться до утеса.

Волшебники наверху усилили напор магии, и из поверхности скалы вырвались струи воды. Вода с улиц и сточных канав хлынула на карабкающихся норукайцев. Скала и так была влажной из-за утреннего дождя, и сточные воды затруднили подъем.

Бэннон подкатил к отверстию тяжелую бочку.

— Пресвятая Мать морей, в ней что, камни?

Впрочем, главное, что бочка была тяжелой. Пошатнувшись, он скинул бочку с края и посмотрел, как она упала на одну из платформ далеко внизу, на которую как раз пытались забраться норукайцы.

Лила была весьма довольна собой.

— Давай проделаем это еще по сто раз. Но даже так нам все равно придется биться с оставшимися норукайцами. — Она усмехнулась. — И тогда начнется настоящее веселье.

* * *

Тяжелая дверь темницы рывком распахнулась, и Тора вскочила на ноги. На пороге стояли Квентин и Деймон, вспотевшие и напуганные.

— Время пришло, властительница! Если мы сейчас не задействуем магию крови, Ильдакар падет.

— Генерал Утрос проломил стену?

— Советники сейчас сражаются с армией, пытаясь осуществить план с магией переноса, предложенный Эльзой, — сказал Квентин.

— А по реке только что прибыл боевой флот норукайцев! — перебил его Деймон. — Пятьдесят змеиных кораблей и тысячи налетчиков пытаются прорваться через утес. Мы не переживем обеих атак.

Тора выгнула бровь:

— Значит, вы решили поднять саван раз и навсегда?

— Нужно сделать это немедленно, — быстро кивнул Квентин. — Все советники, у которых были возражения, сейчас на поле битвы, а Никки еще не вернулась. Можем преуспеть, если будем действовать быстро. Нужно что-то предпринять, пока Ильдакар еще не пал.

Деймон сцепил руки:

— Пожалуйста, властительница, нам нужна помощь. Вы самая искусная в обращении с магией крови и уже поднимали саван.

— Я обещала помочь, — сказала она, шагнув к дверному проему.

Квентин поспешил вперед.