Интриги двуликих (СИ) - Чудинов Олег - Страница 173

Спустя долгие десять минут, вспомнив об одном важном деле, Лаго потянулся к своему личному комлинку и отписался Падме, что жив-здоров, вернулся домой. Это простое действие сразу взбодрило мужчину и придало сил. Это было похоже на семейную жизнь, на то, о чем он мечтал лет с одиннадцати, как только увидел, тогда еще, Наберри. Однако, как странно повернулась жизнь. Тогда, отвергнутый ею, он в ярости улетел с Набу и клялся навсегда забыть свою любовь. Бросался в авантюры, попал в Судебные силы, влился в Генохарадан, присягнул Куник, стал прокурором, плевался при виде Амидалы на голоэкранах, но продолжал следить за ее жизнью. Несколько раз использовал свое влияние, чтоб помочь ей, но продолжал старательно избегать. А стоило встретить ее лично — и вот тебе на — уже отчитывается ей о своих передвижениях. Как-то это очень странно вышло.

Тренькнувший комлинк вернул мужчину к реальности. Падме письменного сообщения не хватило,

— Привет, — быстро ответив на вызов, радостно поздоровался Ян, чувствуя, как мгновенно начинает уходить из него усталость.

— Здравствуйте, прокурор Лаго, — донеслось в ответ спокойно-ироничное приветствие. — Как ваше здоровье? Не слишком ли вы устали в своей командировке? Много ли борделей встречали на пути?

Богиня! Зачем он тогда сказал ей, что после расставания частенько зажигал с продажными женщинами?! Язык мой — враг мой.

— Падме, дорогая, я очень старался найти в тех местах, где вынужден был побывать, хоть один бордель, но, увы, они не соответствовали моим вкусам, — собирая в кулак все свое ехидство, ответил Ян. — Ни в одном из них не было умных, красивых, обворожительных бывших королев Набу. Даже ни одного сенатора не предлагали.

— Какая незадача! Очень плохой сервис, не могу не согласиться, — сохраняя серьезность, сказала Падме. — Твой изображатель сейчас далеко?

— Если честно, мне настолько лениво вставать с кровати, что да — изображатель сейчас почти так же далеко, как Набу. К тому же, я только что из душа и не совсем одет.

— То есть, под таким жалким предлогом ты отказываешься узнать, насколько не одета я? — провокационно и дерзко заявила Падме.

— Я более чем уверен, что сейчас на тебе самое обычное платье, выполненное в скучной сенатской манере. Балахон. И слава Богине, если он хотя бы приталенный.

— Платье достаточно дорогое, чтоб не считаться обычным, вообще-то.

— Но оно на тебе. И сейчас ты просто хочешь сама посмотреть на меня в одном распахнутом халате.

— М… Не исключено. Знаешь, давай встретимся через час в отеле «Сеер»?

— Ты настолько хочешь посмотреть на меня в халате? — удивленно вскинул бровь Ян, забыв, что изображение сейчас не транслируется.

— Ширайа! — негодующе воскликнула Падме. — У тебя одно на уме? Или ты забыл, какой сегодня день?

— А какой сегодня день? — осторожно спросил мужчина, судорожно пытаясь вспомнить все значимые даты, связанные с Наберри.

— Твой день рождения, остолоп!

— Правда что ли??? — искренне удивился Ян.

— Ты издеваешься? — не на шутку начала злиться сенатор.

— Нет! Просто забыл.

— Смотри у меня! Так что, через час?

— Через час.

По окончанию разговора, Ян озадаченно осмотрелся. Из одежды вокруг него наблюдалась только смердящая рванина, халат и сильно мятый костюм. Не богатый выбор. Но за час заскочить к себе домой и вернутся в «Сеер» он не успеет. Отель находится в десяти минутах полета, а дом в Административном районе. Чтоб туда попасть — это надо всю планету облететь. На аэроспидере не успеть, а использованный для полета к Молавару звездолет он сразу после душа успел сдать на лом, свой личный вызвать тоже не успеет. Незадача. Придется встречать свой день рождения в мятом костюме-тройке. Хотя как раз ему-то до этого дела нет, он о памятной дате и вспомнил-то случайно. Вот Падме может возмутиться таким пренебрежением к празднику. Если, конечно, в ее планы не входит поскорее избавить Лаго от одежды вообще. А намеки на это были.

Не торопясь, Лаго привел себя в порядок — то есть, постарался избавиться от усталости и запаха бакты. С первым справился энергетический коктейль, со вторым, кажется, придется смириться и что-то придумать в оправдание. Никакая парфюмерия не сможет перебить сладкую вонь целебного средства. Все, можно отправляться к месту встречи.

«Сеер» отель не самый престижный, но безопасный. В том плане, что это самое доступное место для тайных встреч. Звезды, сенаторы, бизнесмены — многие его посещают. Журналисты об этом знают, но как-то так выходит, что никаких провокационных сенсаций они узнать не могут. Держатели заведения умеют охранять тайны своих клиентов. С их расценками на обслуживание ничего странного в этом нет.

Добравшись до отеля на двадцать минут раньше назначенного срока, Ян с помощью шифрованного ключа, отправленного ему Падме, узнал нужный ему номер и беспрепятственно в него попал.

— Налево? — удивленно спросил он сам себя, глядя на голограмму мерцающей розовым светом стрелки, встретившей его сразу за дверью в номер.

Осмотревшись по сторонам и увидев лишь самую обычную прихожую гостиничного номера — чисто, прибрано, светло, в наличии шкаф, терминал для связи с дроидами-слугами, зеркало и полное отсутствие ответов на свой вопрос — мужчина просто пожал плечами и последовал туда, куда указывала нетерпеливо подпрыгивающая голограмма. За поворотом в основную комнату номера его, как ни странно, встретил самая обычная комната и еще одна розовая стрелка. И куда на этот раз? Ага, следующий голографический указатель для особо тупых указывает прямо на нужную дверь.

Осторожно огибая стильную, но расставленную в каком-то непонятном порядке, мебель Ян не спеша добрался до двери. Обычная, открывающаяся вручную, на вид деревянная дверь бордового цвета. В номере еще две таких же есть в наличии. Спальня что ли? Это уже интересно!

Аккуратно отворив створку, Лаго заглянул внутрь и удивленно замер, едва не пробив нижней челюстью пол.

— Богиня… — сдавленно прошептал он.

И было от чего удивиться. За дверью была не спальня, а нечто скорее похожее на комнату для уединения в стриптиз-баре или публичном доме. Круглое помещение, по периметру которого встроен обитый кожей диван. Рассеянный свет создавал приятный полумрак, в котором серебристая мягкая обивка стен казалась черной на фоне бордового обрамления. На потолке вместо ламп голограмма солнца, дающего розоватый свет. В центре комнаты круглый прозрачный столик, испускающий слабое голубое свечение. На нем стоит пара пустых бокалов и еще виден круглый влажный след от ведерка, по всей видимости, с игристым вином. А само ведерко где? Ага, справа от входа на узкой тумбочке. Набуанское игристое лотосовое? Недешевое удовольствие. Хотя уж Падме-то точно имела стратегический запас этого вина. По крайней мере, Ян очень хотел в это верить. Ведь с этим напитком так много связано…

Отведенный до встречи час уже почти прошел, поэтому, посчитав, что Падме скоро придет, Ян сноровисто откупорил бутылку, почему-то уже початую — в ней не хватало, как минимум, половины — и разлил содержимое. Ароматный напиток расплавленным золотом перетек в бокалы, без единого всплеска и готовый в любой момент взорваться морем пузырьков, приятно пощипывающим язык. Вкусив дорогой напиток, Лаго уселся на диван напротив двери, ожидая Падме и ответов на свои вопросы. В частности, его очень интересовало, почему она выбрала именно это помещение.

Буквально через пару секунд дверь слегка приоткрылось и в щель заглянула пара карих глаз.

— Привет, — услышал Ян голос Падме из-за двери.

— Привет, — удивленно ответил он. — Заходить будешь?

— Ага.

Ян услышал, как глубоко вздыхает девушка, после чего дверь распахнулась во всю ширь, и мужчина едва не выронил бокал из рук.

Падме была… Богиня! Это было просто нереально! Словно влажный подростковый сон, а не реальность. Залпом выпив остатки вина, даже не заметив его вкуса, Ян со стуком поставил бокал на стол и еще раз посмотрел на Наберри. Ничего не изменилось. Все то же кричащего розового цвета ровное каре на голове, из одежды только сиреневый лифчик с блестящими узорами и свисающими вниз веревочками, прикрывающими гладкий живот сенатора, ниже узкие блестящие трусики и напоследок — серебристые босоножки на шпильке. Слишком нереальный, слишком пошлый, слишком возбуждающий вид.