Исход (СИ) - Холмогоров Валентин - Страница 39

Светка сидела на диване, поджав ноги и уткнувшись в телефон. На мое появление отреагировала коротким кивком, впрочем, как и всегда. Аура свидетельствовала о том, что она уже полностью оправилась от недавних событий.

Я остановился чуть поодаль, не зная, как начать разговор. Тот же Дракон намного более могучий прорицатель, чем я сам, однако совершенно не нужно быть прорицателем, чтобы понять одну нехитрую истину: очень скоро нам с ней предстоит расстаться. Надолго.

Может статься, навсегда. Есть у меня и такие подозрения.

— Судя по твоему молчанию, в Россию мы вернемся не скоро, — успела первой дочь.

— Я всё-таки надеюсь на лучшее. Но если честно, мне будет спокойнее знать, что ты в безопасности, пока я разбираюсь, что происходит в верхах.

— Ха! Так это наши натравили на тебя того духа! Вот видишь, а ты мне не верил! — торжествующе закричала Светка.

— «Наши» — понятие многогранное. У Кремля много башен, знаешь ли. Но вообще ты права, — признал я. — Не ожидал от них такого идиотизма.

Хотя он пошел мне на пользу. Узнав о происшедшем, многие псионы восприняли арест Светы как нарушение привычных правил игры — каковым он и являлся. Им и раньше не нравились тенденции ужесточения законодательства, но до определенного момента серьёзных поводов для беспокойства не возникало. Сейчас противоречия обострились, в попытках скинуть ответственность группировки в верхах грызутся, ретивые исполнители творчески интерпретируют спускаемые сверху противоречащие друг другу приказы начальства… Бардак, одним словом.

— То-то же, — довольно откинулась назад дочь. — Что теперь будешь делать?

Я немного помедлил, размышляя: стоит ли делиться собственными планами прямо сейчас? Да и планов-то конкретных ещё нет. Все может измениться в последний момент и повернуться самым неожиданным образом. Конечно, я знаю, что нужно делать, но в этом уравнении пока еще слишком много неизвестных. Если брать колонизацию мира чужаков, то для начала следует донести сведения до массы значимых личностей, убедить их, что действовать надо именно так, а не бомбами швыряться. Чем, собственно, сейчас Монах с Паладином и занимаются, и мне пора.

Если же говорить о Князе, мешающем мне вернуться в обычное состояние, то не уверен, что хочу разбираться с ним на данном этапе. Моим планам Зона выгодна, она вносит толику хаоса и напоминает псионам, что безопасность и комфорт — иллюзия. Утратить их можно в любой момент. Имея живой пример перед глазами, поневоле задумаешься о том, чтобы стать сильнее, наплевав на законодательство. Правительство наверняка попробует решить проблему в лоб, а именно, остановить разрастание Зоны, уничтожив бывшее капище. Мне почему-то кажется, что из этой затеи ничего не выйдет. В схожих ситуациях выход один — разыскать и уничтожить проведшего обряд шамана, тогда призванный им дух должен вернуться в ментал. Это, как говорится, программа минимум.

— Скорее всего, мне придется уехать. Так получилось, что недавно я совершенно случайно обнаружил одно интересное место. Где многим псионам, по крайне мере, тем, что выше шестого уровня, будет намного лучше, чем здесь.

Чтобы не вдаваться в долгие объяснения, я отправил ей сжатый мыслеобраз — заброшенное Амазонское Гнездо, миг перехода, бескрайняя степь с редким кустарником и колышущимися травами, чадящее жерло вулкана на горизонте…

— Ух ты! — Светка в восторге совсем по-детски подскочила на ноги и запрыгала на диване. — Это какой-то другой мир, да?

Удивительно, насколько пластичен разум у молодых людей, особенно если они — псионы. Светлана приняла идею существования другого мира, даже более того: доступного нам другого мира сразу, быстро и без малейших сомнений. Ну и знает она меня неплохо. Понимает, что в данном случае шутить я бы не стал.

— Да. Но есть нюанс. Там живут коренные обитатели.

Снова мыслеобраз. Светка сразу сжалась и поникла, аура полыхнула красным, на скулах заиграли желваки. Не удивительно: ее настоящих родителей твари растерзали буквально у нее на глазах, и эта детская травма неизбежно будет сопровождать Светку на протяжении всей жизни. Слишком глубоко въелись страх и ненависть, коррекция опасна сломом личности. Я, конечно, сделал что мог, но вглубь лезть опасаюсь.

— Они не опасны. Нам удалось договориться.

— Договориться? С ними?!

— Да. Просто поверь. Это было непросто, но нам, кажется, удалось.

Девушка уселась на диван, подтянула колени и обхватила их руками.

— Я туда не пойду.

— Тебе и не нужно. Просто пережди какое-то время в Китае, пока все не уляжется, а потом сможешь приехать в Москву, или куда захочешь, и жить как раньше. Мне придется помочь другим обустроиться там. Так надо.

— Но потом ты ведь вернешься? Да?

Ее огромные глаза испытующе смотрели на меня в упор, и, кажется, в них блеснула влага.

— Скажи, что ты обещаешь!

Пробудились способности пророка? Да нет, скорее, та самая пресловутая женская интуиция. Не желая спорить, я ответил, сам не зная, говорю правду или лгу:

— Хорошо. Обещаю.

Никогда не занимался организацией крупных проектов с нуля. Если подумать, я всегда в той или иной мере был частью системы, рассчитывал на её поддержку.

Чего мы хотим добиться? Фактически — появления государства псионов. Что для этого требуется? Люди и, на начальном этапе, ресурсы. Ни того, ни того сейчас нет, хотя постепенно информация среди наших расползается и в целом реакция положительна. Ограничения надоели даже тем, кто к творческим идеям властей относится лояльно. Так что мысль о наличии места, где никто не станет требовать использовать процентов десять своих способностей, а остальные ни-ни, народу импонирует.

Но от начального одобрения до конкретного результата — дорога долгая. Нужен расписанный по этапам план и список готовых принять участие специалистов, на что, в сущности, Монах и намекал. Поэтому сейчас я снова сижу в гостях у Ольги-Белоснежки и беспощадно эксплуатирую таланты её Дракона.

— Дед?

— Согласится. Ему новые формы отчетности навесили, на эксперименты времени не остается. Буквально.

Я поставил в списке плюсик. Тоже раб привычек — способен запоминать наизусть многостраничные тома, но для текучки предпочитаю записывать дела на бумажке.

— Черныш?

— Сейчас в армии, на Дальнем Востоке. Задолбался, подумывает об увольнении. Скорее всего, согласится.

— Завулон?

— Злится на тебя. Его в зону направили на очередную попытку закрыть проход, не слушая возражений. Считает, что ты медлишь из каких-то своих соображений.

— Так и есть, — признал я. — Кто нагадил, тот пускай и прибирает. Всю эту историю с обвинением меня в сумасшествии и призывом Князя организовали вполне определенные люди в силовых структурах. Пусть они страдают. На них сейчас сыплются требования очистить Москву от духов и вернуть столицу к нормальной деятельности, а результата те дать не могут. Рано или поздно они придут ко мне на поклон — или начнут делать глупости. Второй вариант меня устраивает даже больше.

— Почему? — спросила Ольга.

— Потому что тогда больше псионов задумаются о переезде.

Взгляд Мальцева на мгновение расфокусировался, затем он подтверждающе кивнул. Хорошо, когда можно обратиться за помощью к одному из сильнейших пророков мира. Правда, Дракон больше специализируется на коротких предсказаниях, в пределах суток, бойцовское прошлое даёт себя знать.

— Ты бы поговорил с ним, — предложил Саша. — А то он не понимает, что происходит. Или нет, лучше я его навещу вместе со Злобным.

Злобный — бывший командир Завулона, тот ему доверяет больше, чем мне. Да, так будет надежнее.

В нашей среде важнейшее значение имеет мнение тех, кто выше тебя по уровню. У начинающих, с первого по третий уровень, это не особенно ярко выражено, но чем выше поднимаешься по уровням, тем рациональнее действуешь. Шаманы призывают более сильных духов, дающих лучшие советы; ментаты и аналитики лучше обрабатывают информационный поток; даже обычные боевики приобретают чутье «правильности» поступков. Прибавьте жизненный опыт, присущий высокоуровневым псионам, их силу воли, без которой развитие невозможно или идет медленно, или окружающую каждого из нас оболочку, которую приходится прятать, чтобы не подавлять обычных людей одним своим присутствием. Короче говоря, в обществе псионов авторитет личности имеет огромное значение.