Твоя на 7 ночей (СИ) - Кучер Ая - Страница 22

Я возбуждаюсь от одного этого чувства. От того, как бешено он двигается, обхватывает поперёк груди, прижимаясь ближе.

– Блять, такая тугая, Мио.

Мне хочется съязвить, сказать что-то остроумное. Но все слова тонут в стоне желания и похоти. Как это возможно? Он зло, жестоко трахает меня, наказывает за упрямство, а я возбуждаюсь. Задыхаюсь от сильных толчков и жаркого шепота. Он тянет за волосы и у меня всё сводит внутри.

Мурашки бегут по коже, когда он опаляет дыханием шею. Кусает, целует и зализывает отметины, словно зверь. Он впивается в выемку под челюстью, самое сокровенное местечко, и у меня всю подкашивается.

В груди образуется вакуум. Всё сметает туда, все чувства, страхи, мысли. Совершенная порочная пустота, которая трясёт и выворачивает. Меня бьёт дрожью и пальцы сжимаются от грани удовольствия.

– Кончаешь, Мио?

Я стараюсь сжаться, чтобы не подпустить разрядку, чтобы не дать этому самодовольному дьяволу то, чего он хочет. Но это движение только подталкивает к краю, заставляя выгибаться со стонами.

Мир перестаёт существовать, засосанный в той же вакуум. Я перестаю слышать, видеть, дышать от того, как всё внутри сжимается и взрывается яркими красками. Громко. Долго.

Мысли путаются и накатывает усталость. Может из-за стресса и переживаний, или из-за того, что секс с этим мужчиной настолько сильно выматывает. Или всё вместе.

Но суть в том, что я буквально растекаюсь по дивану, измотанным телом, в то время как Эрик выглядит так, будто ночь только начинается.

Глава 23. Мина

Я утыкаюсь лбом в подлокотник, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Без понятия, сколько времени приходит перед тем, как мысли перестают быть похожими на кисель. Эрик давно отстранился и что-то говорил, но я никак не могла понять, что он хочет.

– Порядок? – его ладонь надавливает на мой подбородок, щеки касается дыхание. – Мио, не слишком?

– Порядок.

Отвечаю рвано, потому что не порядок. Как-то слишком, много. Не больно, а скорее… Интенсивно. Подбираю под себя ноги, стараюсь отдышаться и понять, что только что было.

Эрик курит возле бесшумной вытяжки и посматривает на меня. Абсолютно не стесняется своей наготы, выставляя мышцы для любования. Я же подтягиваю к себе халат, кутаясь в него. Хреновый из этой вещицы защитник, не в силах сдержать раздевающий взгляд мужчины и похотливую улыбку.

Боже, откуда у него столько сил и энергии? Разве мужчинам не нужно время на передышку? Или хотя бы раза два, а после на край кровати и храпеть? С внешностью Эрика не представлялся храп, но образно говоря.

Он не выглядит уставшим. И хуже всего, не выглядит насытившимся. Наоборот, глазеет не прекращая, проходиться взглядом по ногам и задерживается в области груди.

– Пить больше не предлагаю, - мужчина улыбается и будто… любуется мной? – Точно всё нормально? Нужно немного времени прийти в себя?

– Много, - стараюсь улыбнуться и качаю головой. – Это было…

Не подбираю слов, опуская голову. Сложно придумать ответ, когда сама не понимаешь, что произошло. Эрик был грубоват, и давил, на контрасте с той нежностью, что была в первый раз.

Но не могу сказать, что это было слишком или неправильно, или ужасно. Непривычно и неожиданно, но мне даже понравилось. В момент, когда Эрик коснулся с поцелуем к коже, когда пальцы надавили сильнее – он будто сломал что-то, выпустил наружу желание.

А после оргазма пришло сожаление. И непонимание самой себя, которое накрывает лавиной, сдавливает в тиски. Стыдно смотреть на Эрика, думать, что могла завестись от грубости.

– Много? – мужчина усмехается, протягивает мне руку с зажатой сигаретой. – Куришь?

– Не особо, нет. Только когда нервничаю.

– Рад, что со мной не нервничаешь.

Дьявол, без сомнений. Только у хвостатого могло получаться так легко пробираться в чужую душу. Выуживать из меня то, что я ещё не сказала, просто по наитию понимает.

– Не смущайся, - намеренно же подкалывает меня. – Мне нравится твоя честность. Хочешь кофе?

– Среди ночи?

– А ты собираешься спать?

Наклоняю голову, признавая поражение. Поднимаю с дивана, делая неспешные шаги к мужчине. Спать, очевидно, никто мне не даст. Зачем, если можно сполна воспользоваться своей «покупкой».

– Хмуришься, - Эрик надавливает на мою переносицу, прижимает к барной стойке. – О чём ты думаешь?

– О нашей сделке.

– Думаешь, продешевила? Или жалеешь, что пошла на подобное ради подруги?

– Ни то, ни другое. Неважно. Так, где мой кофе?

– Хочешь взбодриться? Предлагаю другой способ.

Как у этого мужчины может все ещё стоять? Эрику ведь явно не двадцать, не молодой парень, чтобы возбуждаться так быстро и часто. А ему все ещё не хватает.

Это ощущается в том, как сжимает мои бёдра, тянет на себя. Его глаза опять застилает то дьявольское марево, от которого мне так страшно и так жарко внутри.

Эрик улыбается, наслаждаясь тем, как легко он заводит меня. Я ведь не нимфоманка, а на него реагирую. На собственное воображение с мыслясм, что он сделает дальше.

Мужчина подхватывает меня под задницу, усаживая на столешницу. Устраивается рядом, задирая подол халата. Касания его пальцев внизу резки, бодрящие, идеальны.

Он быстро входит, не медля. В этот раз не так больно, лишь немного саднит и давит. Я представить не могу, как он помещается во мне. Эрик двигается резко и жёстко, вдавливая себя в меня. Он контролирует каждое движение, не давая шанса на инициативу.

Мафиоцци заставляет наклонить голову, открывая больше доступа к шее. Он покрывает её укусами, поцелуями, ставит засос на ключице, впиваясь в нежную кожу. Меня ведёт от этих жарких касаний, на грани с болью.

Напряжение всё нарастает и нарастает, давит изнутри, заставляя хныкать и дрожать. Мне никуда не деться от этого, и я сильнее подаюсь вперёд, стараюсь надавить так, как мне нужно.

– Да, да, - не узнаю свой голос, такой жалкий и просящий. – Пожалуйста.

Всё тело горит спазмами, меня лихорадит и колотит в накрывающем оргазме. По телу просто несёт вспышки молний и взрывов, заставляя выгибаться и кричать, не в силах сдерживаться.

Меня трясёт и трясёт, выгибая от удовольствия, длинного и опустошающего.

– Мио, - Эрик издал протяжный рык, вдалбываясь в меня. Я чувствую, как его член сокращается во мне, как скользит по мокрым складкам. – Вот так, детка. А ночь ведь только началась.

Глава 24. Мина

Эта ночь сливается в непонятный коктейль из похоти, стонов, жара по всему телу, ощущения невесомости. Эрик не успокаивается ни на минуту – изучает моё тело, покрывает укусами, как заведённый. Будто тысячи лет девушку не видел.

Мы больше не занимаемся сексом, но губы жжёт от поцелуев, а внутри всё перманентно сдавлено от чужой близости. В какие-то моменты я словно впадаю в полудрёму, просто отключаюсь от переизбытка чувств. Всё существует сквозь марево жара и желания.

–  Устала, Мио? – ласково убирает влажные волосы с моего лица, обхватывает ладонями скулы. – Слишком для первой ночи. Измоталась, да?

– Нет.

Упрямство погубило её. Это высекут на моей могиле когда-то. Кивни, согласись и отдайся сновидениям. Но упрямо смотрю на улыбающегося мужчину и гну свою линию.

Эрик ухмыляется – хищно, развратно, победно. Подхватывает меня на руки, унося наверх. Диван, кажется, уже навсегда сохранил отпечатки наших тел.  Мужчина опускает меня на нежные простыни.

Я отчаянно борюсь со сном и заставляю открыть глаза, смотря на него. Вряд ли ему понравится, если я отключусь во время секса. С другой стороны, уже практически утро и меня просто вырубает.

Мафиоцци подбирается ко мне, нависая. Мне кажется нет той клеточки его мощного тела, которого я бы уже не рассмотрела. Россыпь мелких шрамов на левом предплечье, перекрытый крылом ворона.

Тату огромное и недавно корректированное, раскидывающееся на спину и словно обнимающая крыльями мужчину. Бледный след от аппендицита, старый и грубый. Ни единого лишнего волоска на торсе, идеальный и прекрасный.