Научи меня жить (СИ) - Маликова Ирина - Страница 10

— Кэтрин Тейлор, свекровь.

Ох, как она выделила последнее слово! Но церберша могла и не стараться, Барри и так словно водой окатило. Вот, значит, в чём дело! И в чём причина её отказа…

— Что ж…. Было приятно увидится, Барри.

— Да…. Встретимся в школе.

— Передавайте мои наилучшие пожелания своему брату. Всего доброго.

Вот так, за каких-то десять минут, очаровательная девушка с блестящими глазами и заливистым смехом превратилась в вышколенную, без эмоциональную особу. Они ушли — каждая к своей машине, а Барри ещё какое-то время стоял и смотрел вслед той, которая сделала это утро чуточку лучше.

Глава 8

Итак, этот день настал.

Средняя школа представляла из себя то самое место, в котором, как надеялись родители, обучение их детей будет максимально простыми, что, в свою очередь, значительно облегчит и их жизни. Снобизм и надменность в разной мере присущи всем без исключения англичанам, и в этом учебном заведении собирались, в основном, те, у кого эти качества были сильно разбавлены. Конечно, нередко их заменяли неуправляемость, лень и так далее… но идеала не существует, поэтому работали с тем, что есть. Во всяком случае, в этой школе особо не выделяли отличников и не гнобили отстающих.

Оливия была убеждена: средняя школа — это джунгли, где каждый день похож на полосу препятствий. Здесь ни на секунду нельзя терять бдительность, ради собственного же блага. И не важно, что она возвращается сюда уже не ученицей, а учителем. Наверное, даже неизвестно, что в данной ситуации хуже. Впрочем, сейчас больше всего её пугала неизвестность, поэтому здравыми свои размышления Лив назвать не могла.

Спустя шесть дней, которые ушли на оформление необходимых бумаг, прохождение медосмотра, ознакомление с учебной программой и прочими организационными вопросами, Оливия Тейлор-Томпсон стояла на парковке у своего автомобиля и понимала, что всё, приплыли. Назад дороги нет.

Она не зря это затеяла, она не зря это затеяла…. Продолжая мысленно повторять эту фразу, Лив нарисовала перед собой воображаемый коридорчик и тронулась с места, больше всего на свете боясь споткнуться и упасть плашмя перед всеми учениками, которые сейчас, не слишком торопясь, шли туда же, куда и она. Короткая бетонная дорожка, засыпанная редкими пожелтевшими листьями, казалась бесконечной длинной, и Лив, понимая, насколько это глупо, считала её препятствием номер один.

Но она пройдёт его и все последующие, чтобы доказать в первую очередь себе, что сможет. Чтобы доказать, что они все — Майлз, его мать и сестра — ошибаются. Она — не пустышка, а эта работа — не простая прихоть. Оливия крепче сжала увесистую папку, вспомнив то утро возле торгового центра. Пока она доехала до дома, свекровь уже успела растрезвонить о том, что видела их с Барри на парковке, вот только история вдруг обросла такими подробностями — впору фильм для взрослых снимать! В итоге — головомойка от матери, что легче всего наделать глупостей, когда эмоции не в ладу с разумом; нотации от свекрови, что не допустит вольного поведения невестки на всеобщем обозрении.

Лив, тогда, так и подмывало спросить: а такое поведение допускается, если она укроется от любопытных глаз? Еле сдержалась, и остаток разговора мысленно развлекалась, представляя реакцию свекрови, если бы ей всё же не удалось вовремя прикусить язык.

Странно, что сестрица Майлза пока ещё не выступила, зато сам Майлз отнёсся к этой истории со снисхождением, сказав, что наверняка его мать слишком сгустила краски, и что он ни за что не поверит, что Оливия позволит себе подобное поведение.

Ей бы радоваться, подумала Лив, но вместо этого и неделю спустя готова была вцепиться мужу в горло. Да, у них состоялся «Тот-Самый-Разговор» и они выяснили, что любовью в их браке и не пахло, но какой смысл тянуть эту лямку, если у него даже не срабатывает чувство собственника, когда ему говорят о его жене и другом мужчине?! Это и обижало Оливию сильнее всего: она молодая женщина, она хотела быть желанной, а ей в очередной раз указали на то, что её желание — её проблема.

Однако был ещё один человек, замешанный в этом недо-конфликте — Барри. Подходя к учительской, Оливия на мгновение остановилась. Меньше всего ей хотелось, чтобы их знакомство завязалось на дурной ноте. Он ведь приглашал её выпить, а перед этим — прокатиться на байке, а на языке общения между мужчиной и женщиной, если Лив его ещё не забыла, это означает, что она ему понравилась.

А теперь он узнал, что она замужем, да не во время дружеской беседы, а из неприятной сцены на парковке от женщины, которую едва ли можно считать лучше гадюки.

— Оливия, доброе утро!

Она обернулась и увидела поднимающуюся по лестнице миссис Мюррей. Когда они поравнялись, женщина прошлась по ней цепким взглядом, словно оценивая, годится ли её внешний вид для работы. Она «просканировала» всё от волос, заплетённых в замысловатую косу и персикового жакета с рукавом три четверти, надетого поверх блузы, до укороченных чёрных брюк и лодочек в тон. Одобрительно кивнув, директор сказала:

— Вы выглядите красиво и по-деловому. Пожалуй, другие учителя либо возьмут с Вас пример и тоже станут одеваться наряднее, либо возненавидят.

Лив нервно усмехнулась и пожалуй, слишком громко сглотнула.

— Это… не вселяет оптимизма.

— Ох, я напугала Вас. Ну ничего, это как и в любом коллективе — встречают всегда по одёжке, но в дальнейшем…. — Директор легонько подтолкнула Лив к двери, но прежде, чем открыть её, сказала: — В конце концов, если кто-то захочет Вас возненавидеть, он сделает это, даже будь Вы послом доброй воли. Так что выше нос.

После таких наставлений Оливия потеряла было уверенность в том, что делает, но потом представила лица своих родственников, когда выяснится, что в последний момент она спасовала, и буквально заставила себя сделать шаг вперёд.

Учительская представляла из себя квадратную комнату со множеством столов и стульев. Утренние лучи осеннего солнца заполняли собой помещение сквозь два огромных окна в стене напротив, наличие разнообразных ярких фигурок на столах и многочисленных полках с книгами говорило о том, что кто-то относится к своей работе с душой.

— Коллеги, позвольте представить вам нашего нового преподавателя — миссис Оливия Тейлор-Томпсон.

Лив почувствовала, как запылали щёки, но улыбнулась и выдавила из себя «Здравствуйте», окинув взглядом людей перед собой. Первое, на что она обратила внимание — практически все присутствующие были сильно старше неё. Она слушала миссис Мюррей, представлявшую ей учителей, как голос за кадром, пока осматривала коллег: учитель истории миссис Уоллис — тонкая женщина немного за сорок с худым, суровым лицом и каштановым с проседью каре — кивнула и поджала почти невидимые губы; мистер Билл, который выглядел как типичный учитель физики и химии — «профессорская» залысина, пышные усы, очки, и вязаная безрукавка поверх болотного цвета рубашки — бросил на неё лишь мимолётный взгляд, после чего продолжил созерцать что-то в окне.

Она почувствовала себя немного увереннее, когда уже знакомая миссис Свон доброжелательно помахала ей и улыбнулась, когда прозвучала её фамилия. К своему стыду, ей не удалось запомнить всех учителей, но по счастью это было вовсе не обязательно в данный момент. Прозвучал звонок, что положило конец вступительной части её возвращения в школу.

Предстояло самое сложное. Миссис Мюррей повернулась к ней и пригвоздила к месту взглядом.

— У Вас сегодня три урока, верно?

Лив кивнула.

— Тогда приступайте. Ученики уже в кабинете литературы. Или должны быть там…. Вы ведь помните дорогу? Планы занятий у Вас приличные, хотя вскоре Вы поймёте, что не всегда получится неукоснительно следовать им. Я дам Вам несколько дней на то, чтобы освоиться и познакомиться с детьми, а потом мы поговорим. Если возникнут сложности, Вы знаете, где меня найти. Хорошего дня.

Интересно, что она подразумевала под «сложностями»? На негнущихся ногах, Лив поднялась на третий этаж, чувствуя, как с каждым шагом всё тело словно наливается свинцом. Дойдя до нужного кабинета, она на мгновение остановилась. Сделав глубокий вдох, силясь унять бушующее сердце, девушка решила: сейчас она войдёт туда, и не будет выглядеть дрожащей амёбой. Пусть ей страшно, но о страхе в её сердце будет знать лишь она, и после этого урока ученики не пойдут рассказывать своим друзьям о том, что новая учительница едва не хлопнулась в обморок, стоило ей переступить порог класса!