Судьбоносные клинки (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 32

Позади нее сражался Матиас, быстрый, точный, и она слепо следовала за ним, вкладывая все свое доверие в связь между ними. Она чувствовала атаку Лукаса и знала контратаку Матиаса. В то время как Лукас хлестал и колол с рассчитанной злобой, ища лазейку, Варден бросался на нее, пытаясь сокрушить ее с помощью чистой силы и свирепости.

Они думают, что я — слабое звено.

Если Варден сможет сломить ее своим блицем, Матиас окажется зажат между двумя братьями. Они думали, что она долго не протянет. Они были космонавтами. Ни один из братьев никогда не пробегал пятнадцать километров в гору с тяжелым рюкзаком, а потом ему говорили возвращаться, если ему была нужна вода.

Добро пожаловать в Далию. Никто из вас не уйдет отсюда живым.

Матиас нанес удар левым секо, изогнув его в середине удара. Лукас обрушил свой короткий клинок секо на меч Матиаса и нанес удар другим секо, превратив его в узкий шип. Матиас наклонился вправо, она наклонилась вместе с ним, и секо промахнулся мимо них на пять сантиметров. Это было так близко, что она краем глаза увидела его глубокий, яростный красный цвет.

Жгучая боль пронзила ее плечо. В воздухе разнесся запах крови, и на мгновение она не поняла, кто из них получил рану.

Матиас. Секо Лукаса поцарапало ему руку и ранил его. Она не могла сказать, насколько сильно. Это могла быть царапина, или его рука могла висеть на волоске.

Лукас зарычал, как зверь, и начал шквал атак, бросаясь на раненый бок Матиаса. Матиас парировал удары. Варден набросился на нее, каждый удар был рассчитан на то, чтобы ошеломить. Мир растворился в битве.

Бей, руби, уклоняйся, защищайся, руби, бей…

Она понятия не имела, сколько времени прошло, но все они начинали уставать. Ее дыхание было затрудненным. На лбу Вардена выступили капельки пота. Напряжение от повторения его движений истощало ее силы. Это было не похоже ни на один бой, который она когда-либо проходила.

Он предпринял контратаку, целясь ей в грудь. Она сформировала из своего секо два круглых щита и выставила их перед собой.

Секо Вардена сверкнуло, когда тяжелые клинки превратились в рапиры. Они скользнули между ее щитами, изогнулись, и Варден дернул их назад, сцепив свой секо с ее, пытаясь вывести ее из равновесия. Она отбросила свой левый щит, и освободившись, превратила его в широкий клинок, хлестнув им. Он ударил по нему другим своим секо, вложив в удар весь свой вес. Ее рука опустилась. Она видела, как приближается его второй клинок, но времени уклониться от него не оставалось. Она вывернула руку, пытаясь заблокировать его своим секо.

Недостаточно быстро. Красный клинок Вардена отскочил от ее секо и рассек ей правое предплечье.

Она отшатнулась назад, Матиас двинулся вместе с ней. Горячая кровь залила руку, капая на камни. Рамона усилием воли превратила правый секо в щит, и красное силовое поле повиновалось. Рука все еще двигалась. Он не задел ничего жизненно важного.

Варден улыбнулся ей.

Ярость затопила ее, кипящая и горячая, не ее собственная, а исходящая от Матиаса через их связь.

Они должны были положить этому конец.

Варден прыгнул. Мир замедлился, каждое мгновение растягивалось, каждая линия его тела была кристально четкой. Его секо превратились в узкие изогнутые лезвия, проходящие по всей длине его предплечий, как два огромных топора. Она видела его над ними с Матиасом, знала, что он рухнет на них, но ей некуда было деться. Она подняла свои щиты, готовая к удару. Он собьет ее с ног. В этом не было никаких сомнений.

Падай.

Это был не голос и не мысль. Это был порыв, и он исходил не от нее.

Двойной секо врезался в ее щиты с весом Вардена.

Вместо того, чтобы напрячься, она упала, позволив ему опустить ее на колени. Лицо Вардена нависло над ней, окрашенное в красный цвет ее секо-щитами. Его зубы были оскалены, глаза горели безумным, голодным огнем. Он выглядел демонически.

Матиас изогнулся всем телом. Из него вырвалась красная полоса, образовав длинное тонкое лезвие, и впилась в горло Вардена. Она убрала свое секо, пригнувшись, развернулась вокруг ног Матиаса и ударила своим правым секо вверх, рассекая пах и живот Лукаса одним сокрушительным ударом.

Лукас рухнул в фонтане крови и внутренностей. Позади нее тело Вардена опустилось на землю, его руки были прижаты к шее в тщетной попытке остановить кровь, льющуюся из второго рта, который Матиас открыл в его горле.

Все было кончено. Она так чертовски устала.

Тишина была оглушительной.

Прошло мгновение. Еще одно…

Толпа взревела.

Матиас протянул ей руку. Она подхватила ее и поднялась на ноги.

Матиас шагнул к Вардену. Упавший секаре был все еще жив и зажимал себе горло.

— Никола конвой. Восемь лет назад.

Глаза Вардена выпучились.

— Курт Саммерс и его команда ждут тебя на другой стороне. Передай им от меня привет.

Он перерезал Вардену горло. Его голова и отрубленные пальцы откатились в сторону.

В пятнадцати метрах от них шеренга вандалов уставилась на своего обезглавленного командира.

— Убить! — с балкона донесся чей-то голос.

Рамона подняла свои щиты за долю секунды до того, как в них попал энергетический огонь вандалов.

— Рамона? — спросил Матиас, блокируя шквал рядом с ней.

— Насколько плохо?

— Я нормально. А ты?

Она стиснула зубы от боли, пульсирующей в руке.

— Лучше не бывает.

— Хорошо. Давай, к черту, покончим с этим.

Они двигались в унисон, врезаясь в линию вандалов перед собой, защищенные от перекрестного огня массой тел солдат. Они проложили себе путь, развернулись, уничтожили группу у другой стены, развернулись и прорвались через главные двери. Они срезали себе путь вверх по лестнице и ворвались на балкон.

Два офицера Вардена и третий солдат слева от них, Габриэль и Кассида сзади, справа от них.

Громила вандал прижимал к груди массивную пушку. Плазменная установка выстрелила с характерным звоном. Она бросилась вправо, Матиас побежал влево. Заряд плазмы приземлился между ними в ослепительной вспышке белого цвета.

Она помчалась вперед, петляя зигзагом. Справа Матиас прорвался мимо группы и удвоил оборону. Они обрушились на трех оставшихся вандалов, как смыкающиеся лезвия ножниц. У всех троих были боевые имплантаты. Ни один из них не оказал достойного сопротивления, и когда она разделила последнего из них пополам, смотреть, как он падает на землю, было почти запоздалой мыслью.

* * *

Матиас отпустил свою помощницу и выпрямился. Его плечо ужасно болело. Секо лишь слегка коснулось его кожи, но оставило после себя десятисантиметровую рану, которая горела огнем. Несколько миллиметров в сторону, и он бы уже истек кровью.

Рамона воткнула шприц с первой помощью ему в руку. Он видел, как она приближается, и позволил ей это сделать. Прохлада потекла по его венам, успокаивая боль.

— Оу, — произнес он.

Она закатила глаза. Кровь пропитала ее правое предплечье и запеклась на тыльной стороне ладони. Гнев ударил его так же, как во время боя, когда он впервые понял, что они причинили ей боль. Он никому не позволит снова причинить ей боль.

Она заметила, что он смотрит на ее руку, и пожала плечами.

— Бывает.

— Дай посмотреть.

Она подняла руку — выглядело не особо хорошо.

— Тебе нужна медицинская помощь.

Она сжала кулак.

— Все в порядке. Я накачала ее коагулянтом и обезболивающими. То же самое, что я дала тебе. Перестань пялиться на мою руку, Матиас. У нас есть незаконченное дело.

Что?

Упс.

Он повернулся к жене. Телохранитель рядом с ней двумя пальцами взял свое огнестрельное оружие за ствол и осторожно опустил его на землю.

— Я сваливаю.

Матиас посмотрел на оставшегося охранника.

— Ты?

— Бегу. — Телохранитель почти побежал, огибая окровавленные тела. Его приятель последовал за ним.