Власть книжного червя. Том 3 (ЛП) - Kazuki Miya - Страница 122

После того, как Фран, Моника и Бригитта вышли из пандомобиля, я вернула того в форму магического камня, после чего поместила в украшение, похожее на птичью клетку, что висело на моём поясе. Так как мне доводилось проделывать это уже много раз, вся процедура не заняла много времени.

— Глава храма, главный священник, приветствую вас.

У двери нас встретил человек по имени Рихт. Я не видела его раньше, но он, судя по всему, был родственником мэра и помогал ему с делами. Возможно, он даже выполнял большую часть работы мэра, да и, как мне кажется, справлялся с его обязанностями лучше, чем сам мэр. Он был примерно того же возраста, что и Карстед — лет тридцать пять-сорок. Он напоминал мне менеджера среднего звена, который занимался как работой подчинённых, так и своего руководителя.

— Позвольте узнать, что привело вас сюда сегодня? — спросил он, закончив обычное дворянское приветствие.

Фран вышел вперёд, чтобы сообщить ему о сегодняшнем деле.

— Как и было изложено в письме с уведомлением о встрече, мы здесь, чтобы официально купить сирот.

Рихт кивнул, но в то же время казался немного встревоженным. Как будто он не совсем понимал, как всё до этого дошло.

— Мы очень ценим ваше внимание, но не могли бы вы рассказать подробности?

— К сожалению, госпожа Розмайн не подозревала, что деньги с продажи сирот требовались, чтобы горожане Хассе могли пережить зиму, пока благосклонный к нам торговец не сообщил об этом. Мы намеревались забрать сирот, которых горожанам Хассе приходилось кормить, предполагая, что это уменьшит нагрузку на Хассе, — объяснил Фран.

Это правда. Как директор приюта, я хорошо понимала, насколько тяжело содержать сирот. Я считала, что если у них не хватало денег даже на то, чтобы как следует прокормить своих сирот, то они должны были поддержать нас, когда мы решили забрать некоторых из них в монастырь.

— Торговец любезно проинформировал меня, что если забрать сирот, на которых заключен договор с дворянином, то Хассе может оказаться в очень неблагоприятном положении. Я выросла в храме, а потому ничего не знаю о мире, — сказала я, и, изображая беспокойство, приложила руку к щеке.

Фердинанд бросил на меня холодный взгляд, в котором читалось: «действительно ли ты ничего не знаешь о мире», но я полностью его проигнорировала.

— Поэтому, госпожа Розмайн связалась со служащим, господином Кантоной, и он согласился расторгнуть договор, — сказал Фран, показывая договор Кантоны.

После того, как Рихт увидел договор, выражение его лица сразу смягчилось. У меня не было сомнений в том, что он сильно тревожился возможным конфликтом с дворянами из-за того, что мы забрали сирот.

— Теперь, когда договор расторгнут, я хотела бы официально купить Нору и остальных, — сказала я. — Надеюсь, вы не возражаете?

— Конечно нет. Прошу вас, следуйте за мной.

Судя по тону и поведению Рихта, слухи, распространяемые через торговцев, ещё не дошли до Хассе. Я не могла не задаться вопросом, как здесь обычно расходится информация. Раньше я никогда не покидала город, а потому слухи доходили до меня только через мою семью и Лутца. В связи с этим, я не представляла, как осуществляется передача каких-либо новостей в сельской местности.

Меня отвели в кабинет мэра и предложили присесть, после чего вместо чая подали свежевыжатый сок из растущих здесь феридзинов. Розовую жидкость налили в серебряную чашу, которая, несомненно, предназначалась для приёма дворян. Чтобы приготовить вкусный чай требовалось знать правильную технику его заваривания, а также иметь качественные листья. Вероятно, они здесь не могут позволить себе подавать дорогой чай дворянам, которые лишь изредка посещают город.

— Какое вино вы предпочитаете? — поинтересовался Рихт у Фердинанда, после того, как я получила сок.

Предлагать вино в полдень? Хотя мы прибыли сюда по делам? Мы с Фердинандом удивлённо моргнули и наклонили головы. Рихт явно не ожидал такой реакции, а потому тоже моргнул. Судя по всему, бывший глава храма и посещавшие город служащие были не против выпить вина в любое время.

— Я не желаю вина. Можете подать мне то же, что и главе храма, — ответил Фердинанд.

После этого ему тоже принесли такую же как и у меня серебряную чашу и налили туда сок.

Взяв чашу, Фран понюхал её, проверил цвет, слегка взболтнул жидкость, а затем сделал глоток. Он медленно проглотил сок, после чего провёл пальцем по краю чаши, которого касался губами, и посмотрел, нет ли изменений на серебряной поверхности.

Закончив проверку на яд, Фран вытер чашу тканью, а затем подал напитки Фердинанду и мне. Краем глаза я заметила, что Моника записывала его действия в свой диптих. Однако попытавшись поднять чашу, я внезапно замерла. Какая же она тяжелая!

В отличие от посуды, которой я обычно пользовалась, эта серебряная чаша была до смешного тяжёлая. Я не могла поднять её одной рукой, и даже когда я пыталась держать её двумя, у меня дрожали руки. Я сейчас всё пролью! Уверена, что стоит мне наклонить её, как я разолью весь сок.

Фран сразу заметив, что у меня возникли трудности, протянул руку, чтобы помочь. Точнее, он придержал чашу, чтобы я смогла поднести её ко рту. После того, как я сделала глоток, во рту распространился освежающий вкус цитрусовых с приятной кислинкой.

Закончив с напитками, мы, наконец, перешли к делу. Фран дал мэру то же объяснение, что и Рихту, и показал договор Кантоны.

— Правильно ли я понимаю, что госпожа Розмайн и главный священник хотят, чтобы договор с господином Кантоной был расторгнут, после чего они сами купят сирот? — спросил мэр.

— Всё верно, — подтвердил Фран.

Мэр согласился на расторжение договора, а затем подготовил новый на официальную покупку Норы и остальных. Его подписали я, как глава храма, и мэр. Наконец, Фран заплатил деньги, и на этом всё завершилось. Я вздохнула с облегчением, поскольку всё закончилось без особых проблем.

Думаю, мэр тоже был рад, ведь хотя его договор со служащим и был расторгнут, но он всё равно успешно смог получить за сирот деньги. Я заметила, как его плечи расслабились. Вот только затем он неприятно ухмыльнулся, из-за чего мне захотелось отвернуться от него.

— Тем не менее, бывший глава храма, безусловно, имеет огромное влияние даже после того, как вышел в отставку. Я не ожидал меньшего от дяди герцога. Он действительно могущественный человек, — надменно сказал мэр.

Судя по всему, мэр не смог понять то, что было написано в письме, а потому до сих пор не подозревает, что бывший глава храма умер. Он даже подчеркнул, что тот был дядей герцога. Вот только, пусть он и был дядей Сильвестра, это нисколько не повлияло на то, что его в итоге казнили. И кажется, мэр ещё не знал, что я — дочь герцога, и что меня назначили на должность главы храма. Однако он выглядел настолько самодовольным, что мне не хотелось его исправлять.

— Я даже не знала, что он был настолько уважаемым человеком, — ответила я, наигранно кивая, пока мэр продолжал хвалить бывшего главу храма.

«Пожалуйста, замолчи уже», — думала я, ощущая сбоку холод. Дело в том, что сидящий справа от меня и улыбающийся Фердинанд излучал леденящую ауру. Это было довольно пугающе. Однако мэр, похоже, этого совсем не заметил. Не то, чтобы я возражала, чтобы он прокладывал себе путь на эшафот, но мне бы очень хотелось, чтобы он это делал тогда, когда меня не будет с ним рядом.

— Скажу вам по секрету, у меня тесные связи с бывшим главой храма, и он не раз оказывал мне услуги. На самом деле, он говорил с вами по моей просьбе, — гордо сказал мэр.

Судя по всему, мэр, не сумев понять, что было написано в моём письме, решил, что его собственное письмо, которое он отправил в храм, было благополучно доставлено бывшему главе храма, после чего тот отругал нас и заставил прийти и заплатить за сирот.

«Пожалуйста, ни слова больше! Уже решено, что твоя жизнь не будет долгой, так что не делай её ещё короче!» — мысленно кричала я, вот только мэр не мог этого услышать.