Настоящая фантастика – 2010 - Шмалько Андрей - Страница 138

«Понаехали тут…» — незримый, но четкий лозунг, проступающий сквозь столь неуместные в подобных Палестинах рекламные щиты. Явление местного репортера, в прошлом — бухгалтера, по совместительству — сторожа (в редакции?), желавшего написать (и написавшего, и даже опубликовавшего в газете «Патриот») статью о «маститых людях, таких как А. Г. Голди (Д. Громов и О. Олдижинский) и А. Валентинов» (конец цитаты), лишь добавило перцу в помянутые макароны. Надеюсь, мы изрядно растревожили здешних старожилов — сторожей крымской Вечности.

И низкий поклон кариатиде с атлантом — Светлане Поздняковой и Глебу Гусакову, — вознесшим на своих плечах махину под названием «литературный семинар „Партенит-2009“» Сколько говорилось, что надо. Сколько обещалось: ужо сотворим. А эти — сделали.

Заметки на полях Интернета:

— …им, Олди и Валентинову, учиццо надо, а не мастер классы давать.

Надо. Учимся. А вы?

Как проводить подобный семинар, мы и знали, и не знали. Уже много лет мы подсказывали коллегам — и они нам подсказывали, чего в книжках не так, что бы в тексте улучшить, заострить и огранить. Но это коллеги — жизнью битые, тиражами испытанные, толстокожие носороги от Фантастики. Категория же «молодых авторов» при всей ее условности представлялась чем-то трепетным, ярко-зеленым, словно спаржа на грядке, почти что Смольным институтом. Что с ними делать, как помочь? Научить — в классе у доски — писать Фантастику невозможно, талант инъекцией не ввести, графоманию из башки колом не выбить. Фэнье же из сетевого болотца заранее лягушачьим хором пугало. Мол, «им» (нам, то есть) самим бы «учиццо», а не прочим мозги промывать. И как ответить? Что авторы всегда друг у друга совета спрашивали, но не всегда такой совет получить легко из-за занятости и больших расстояний? Что потребность «учиццо» не освобождает от обязанности помочь, подсказать? Поделиться — не Истиной, которая по-прежнему «где-то рядом», но собственным мнением, раз это кому-то интересно? Но ведь слово — не воробей, иногда оно — пуля в спину, иногда же — глоток воды в пустыне.

Сомнения, сомнения…

Заметки на полях Интернета:

— …никогда не понимал, в чем смысл таких семинаров, ну, кроме веселой тусовки на морях:) писать тебя там все равно не научат, частные ошибки могут вычитать и друзья по ЖЖ. впрочем, я оброс именно той, бронебойной, и на критику не реагирую:)

…и заглавных букв не расставляю.

Прежние семинары-«малеевки» оставили после себя славу, но не летописи. На вопрос же «что там было» ветераны обычно вспоминают писателя Р., чуть не утонувшего в снегу по дороге в сельмаг. А литература… Разумеется, читали, обсуждали. Проявилась деталь — тексты, ввиду отсутствия Интернета, поступали для изучения только по приезде, что в любом случае «не есть гут». Организаторы Партенита сие учли — хоть сколько-то недель, но время для чтения повестей и романов все же имелось. Отрадная подробность — «семинаристы» отнеслись к делу серьезно, тексты коллег проштудировали «от и до», что и позволило достичь нужной ярости при обсуждениях. В общем, подготовились неплохо — и они, и, надеюсь, мы, те, что у доски.

Наверное, в прошлом и трава была чудесней, и фантастика шедевральней. Даже наверняка. Но мы-то встретились здесь и сейчас…

Заметки на полях Интернета:

— …на семинар были приглашены авторы, считающиеся у любителей современной русскоязычной фантастики живыми иконами, — Дмитрий Громов и Олег Ладыженский…

Иконы, говорите? А как за мускатом сбегать, так не дозовешься…

Патриархальность Партенита ничуть не помешала сонмищу. Напротив, соблазнов меньше — ни тебе казино, ни гей-парада. Парк на берегу с головой Фрунзе на постаменте-плахе, пляж у не по-весеннему холодного Понта, силуэт Аю-Дага на весь горизонт — вот, пожалуй, и все. Крымское винидло (не «бест», но все-таки «гуд») наличествовало, однако потреблялось в меру. Даже известный критик В., прогудев по-конвентному первый вечер, в дальнейшем пил «в плепорцию», пояснив, что так интереснее будет. Работали же трезвыми и строгими, в самые напряженные дни — с 10 утра до 5 вечера с не слишком долгим перерывом.

Поначалу народ шарахался от скучно-казенных слов: «идейно-тематический анализ», «сквозная линия действия», «архитектоника произведения», «зерно основного конфликта», «авторский стиль», «экспозиция», «кульминация», «развязка»… Но потом оказалось — или нам это показалось? — что в этом есть свой интерес, и «литературные посиделки» на веранде гостиницы продолжались дотемна. Под разнообразные мускаты, «Каберне» и «Пино-Гри» — но «без фанатизма», как любит говорить известный писатель В.

Разве что — в литературном смысле.

Это уже отдавало марафоном.

Заметки на полях Интернета:

— Просто литературная работа. И вот, я был свидетелем обучения. ПТУ для писателей.

А хочется университета. Академии. Сразу. Ибо достоин. И чтоб никто из обиженных не ушел.

Что именно говорилось на семинарах, какие лыки из строк извлекались — врачебная тайна. Итог, впрочем, известен: из тринадцати текстов два рекомендованы к изданию после минимальной доработки. Остальные — все еще корабли на стапелях разной степени незавершенности. В принципе до ума довести можно практически все, дело только за корабелами. Как это оценить, на каких весах взвесить? Если в процентах — одно, если в усердии и старании «семинаристов» — совсем иное. В принципе есть еще Справедливый Человек — Время, остается доверить ему окончательное резюме. Жаль только, если через четверть века от Партенита останется лишь рассказ о писателе П., в самый разгар вечернего возлияния агитировавшего за всеобщий переход на «твердую» НФ с уклоном в энергетические вопросы. Дамы пугались.

Заметки на полях Интернета:

— Конечно, несколько удивило то, что авторы, даже и столь умелые, не пытаются соотнести собственные произведения с мерками так называемой у фантастов «Большой» литературы…

Соотнести с мерками? Надо запомнить. Батальное полотно маслом: кооперируются Олди с Валентиновым, берут по мерке так называемой — и со-относят…

Единственный неприехавший много потерял — во всех смыслах. Его гениальному творению был устроен великий «грыз» (силами самих «семинаристов») с привлечением не только литературоведческого, но и психотерапевтического арсенала. «Главгеру» предписали посещение тренинга для хронических неудачников, книга была приговорена к изданию с обложкой из двойного глянца.