Имба (СИ) - Кицунэ Миято - Страница 29

Глава 17. Интересы клана

ИМБА: Итачи Мангекё Бьёт Автоматически

— Шисуи-сан, в лагере Скрытого Тумана наметилось какое-то движение, — сообщил сенсор команды.

— Выступаем, — скомандовал Шисуи, активировав шаринган.

Четыре дня назад расширенным составом они прибыли на восточную границу в провинцию Тообу близ озера Канмури: были подозрения, что со стороны Страны Горячих Источников могут быть провокации от Скрытого Тумана. Чужие шиноби были замечены местными рыбаками, которые донесли о своих наблюдениях в гарнизон Минамото, а те в свою очередь отправили почтового ястреба в Коноху.

Пока никаких попыток пересечь границу «туманники» не предпринимали, но с каждым днём их становилось больше. Сейчас в их лагере Сайко насчитал два десятка шиноби с весьма неплохим потенциалом.

Подобные «провокации» и «прощупывания границ» происходили нередко. Как минимум для сбора информации о времени реагирования или просто чтобы «выгулять» генинов и дать им «понюхать крови». У Скрытого Тумана, который ещё называли «Кровавым Туманом», были свои методы работы с молодняком, судя по тому, что многие прибывшие шиноби были явно младше тринадцати-четырнадцати.

Впрочем, Шисуи самому совсем недавно исполнилось шестнадцать, а он уже два года владел Мангекё шаринганом, а после операции обмена глаз с Итачи — и его Вечной формой, позволяющей использовать техники высшего додзюцу без ущерба для зрения. Они с Итачи и так считались гениями, а после такого усиления все в клане Учиха, кроме ближайших родственников, называли их только с приставкой «-сама», словно подражали Кабуто.

— Демоническая иллюзия: техника огненного безумия Хоори… — активировал Мангекё Шисуи, захватывая сразу десяток бегущих на них «туманников».

Отовсюду начали раздаваться крики боли. Хоори в буквальном смысле могла «прожарить мозги», впрочем, Шисуи пока лишь демонстрировал силу, не забирая жизнь.

— Призрак Шисуи! — затормозил, похоже, главный, направивший молодняк на «прогулку». — Отходим! Живо! Живо!

Приятно, когда тебя узнают. Впрочем, через миг и к Шисуи пришло «узнавание». Нет, этого человека он не видел раньше, но…

«Шиноби Тумана с повязкой на правом глазу, который носит в ушах особые серьги фуин-талисманы. Под повязкой у него бьякуган», — более чем точное описание, которое когда-то сделал иномирянин, поглощённый мечом Тоцука.

Миссия, которая должна была стать чем-то вроде отправной точки для гибели клана Учиха. Вольно или невольно, а проникнешься такими вот «угадываниями» и «совпадениями».

Шисуи прервал технику Хоори и сосредоточился на главном. Ао. Так его должны звать. Иномирянин помнил чьи-то имена, что называется, «шестой чуунин в седьмом ряду, стоящий в толпе», но путался в датах.

Генины Тумана, воспользовавшись заминкой, прихватили своих и дали дёру. Шисуи телепортировался к Ао. С той поры, как умер Данзо, клан Учиха восстанавливал свои позиции и привилегии в деревне, но подарок другому Великому клану Конохи лишним не будет.

Похищенный бьякуган спас Ао от техники Хоори, но… Учиха способны не только на гендзюцу. И в конечном итоге Шисуи было нужно лишь додзюцу Хьюга, а также наказать за вторжение, но и не провоцировать лишних конфликтов.

Те серьги, которые были в ушах Ао, оказались с секретом — закрывали чужой глаз. Но…

— Предпочтёшь лишиться головы или только глаза? — спросил Шисуи у пленного, пока его команда бросала кунаи вслед проигравшим эту короткую битву-разведку.

— Глаза… — хрипло каркнул Ао, которому Шисуи почти раздробил горло при захвате, и сам снял с себя защиту.

— Разумный выбор.

— Это отвадит их от наших границ на какое-то время, — пробормотал Шисуи, наблюдая за тем, как место схватки покидает теперь реально одноглазый «туманник».

«Предсказания» иномирянина начали сбываться, и теперь оставалось лишь ждать, исполнятся ли они полностью или они с Итачи смогли предотвратить угрозу клану Учиха.

— Бьякуган? — заинтересовался Кабуто, когда Шисуи показал свой трофей, специальным образом запечатанный ирьёнином группы. На той миссии по охране границ их сменили через пару дней. Впрочем, шевелений ни от Страны Горячих Источников, в которой была своя маленькая гакурезато, как бы союзная и Листу, и Туману, ни от самого Кровавого Тумана больше не было.

— Да.

— Скорее всего, раз не сработала их печать солнца, глаз принадлежит кому-то из главной ветви, — сказал Итачи. — Единичные утечки случаются.

— Ходили слухи о том, что во время праздника перемирия, когда был заключён союзный договор Листа и Облака, погиб дзёнин Облака. В его смерти обвинили клан Хьюга, которому пришлось выплатить гири, — сказал Кабуто, в который раз поражая Шисуи своей информированностью о разных событиях в деревне. И это при том, что парень ещё не работал в Конохе и не был знаком с иномирянином и его «предсказаниями». Воистину в госпитале собиралась информация обо всём!

— Да, я тоже слышал о таком, — кивнул Итачи, переглянувшись с Шисуи. — Это было около трёх лет назад.

— Возможно, Облако поделилось бьякуганом со своими союзниками.

— Либо шиноби Тумана столкнулись с Хьюга на войне, — кивнул Шисуи. — Впрочем, не помню в их клане одноглазых…

— Интересно, будет ли их додзюцу влиять на мозг подобно шарингану? — заинтересованно спросил Кабуто.

— Тот человек был с повязкой, — пожал плечами Шисуи, — но это могло быть и для того, чтобы наличие додзюцу у него оказалось сюрпризом. А также чтобы никто не отнял…

— Как ты? — хмыкнул Итачи.

— Угу.

— Шаринган видит чужое додзюцу, Итачи-сама? — заинтересовался Кабуто.

— Если нет каких-то скрывающих фуин, — ответил Итачи. — Но и то… для Мангекё они уже не преграда.

— Понятно…

Шисуи молча пил церемониальный чай в резиденции главной семьи клана Хьюга и не собирался открывать рот, передав все полномочия говорить за себя младшему брату, который был старше по клановой иерархии. Иногда это так удобно — переложить на кого-то ответственность.

Учиха тоже считались кланом аристократов, происходящих от Рикудо, и были родственны клану Хьюга. В клане тоже обучали манерам, традициям, всяческим церемониям, даже архаичному языку вежливости, но в основном это была прерогатива главной семьи. Итачи приходилось всё это изучать дополнительно, по-честному, чтобы всё выходило просто и естественно, тогда как сам Шисуи, как и очень многие в клане, просто почитал нужные свитки и запомнил их с помощью шарингана. Вроде как «когда пригодится, тогда и пригодится, а может, вовсе не понадобится». Всё же большинство шиноби люди очень простые, а во время военных действий или миссий невозможно заявить что-то вроде: «Уважаемый Сайко, не могли бы вы уточнить, сколько противников на горизонте? А то я пока занят тем, что вычисляю их лидера с помощью своего додзюцу и хочу отправить его душу в Чистый Мир и избавить от бренности бытия».

Пожалуй, попробуй Шисуи так изъясняться с командой, их мозги бы вскипели и без применения Хоори.

Возможно, поэтому очень многим было сложно работать с Хьюга, которые не делали скидок и не пытались «подстроиться» под остальных.

Итачи с разговором пока справлялся, и за половину стандартного часа ему удалось поведать уважаемым старейшинам и главе клана о том, как к Шисуи попало их клановое додзюцу, замеченное на вражеском шиноби.

Нить разговора, наполненного двусмысленностями и всякими древними конструкциями, значение которых Шисуи не всегда мог вспомнить, дважды терялась. Хьюга вроде и благодарили, и не хотели оставаться должными, и вновь уходили в дебри словесности, которая действовала не хуже демонической иллюзии.

К концу разговора, который Шисуи наполовину пропустил мимо ушей, усиленно стараясь не спать, так как после миссии так и не успел толком отдохнуть, Итачи чуть ли не взмок, но всё ещё держался. Шисуи даже подумал, что Фугаку неспроста отправил именно сына — гения клана — передавать трофейный бьякуган, это могло быть как проверкой на готовность к архаично-аристократичному аду, так и простое нежелание главы клана связываться с занудами-Хьюга.