Клетка для эгоиста (СИ) - Светлова Грушенька - Страница 70

— В чем дело, Кристина? — недовольно прорычал Лука, удерживая ее за плечи.

— Это у тебя нужно спросить, — отчеканила она зло. — С чего ты взял, что можешь вот так мной командовать?

— Потому что я устал от твоих выходок!

— От моих отказов, если быть точнее? Не нравится, когда тебя отвергают? Так, может быть, пора уже принять тот факт, что я не твоя собственность?

— Очень спорный факт, солнышко… Учитывая, как ты постоянно на меня реагируешь. — В темном взгляде появились опасные всполохи желания, а соблазнительные губы скривились в привычной ухмылке. Разжав болезненную хватку, Лука тихонько вздернул ее лицо за подбородок краем указательного пальца, затем убрал руки в карманы, будто предоставляя ей полную свободу действий. — Если я попрошу тебя вежливо и учтиво, как джентльмен, коим не являюсь, ты соблаговолишь последовать за мной?

Глядя на него снизу вверх, Кристина пыталась совладать с неправильными чувствами, всегда бушующими рядом с ним. Затем краем глаза вдруг заметила их отражение в огромном зеркале. Он — высокий статный матерый красавец, со стильной идеальной укладкой, в дорогом костюме с бабочкой, вальяжный и полный нахальства как всегда. Она — эффектная яркая блондинка в экстравагантном черном платье в пол, которое постепенно перетекает в огненно-вишневый внизу подола. От левого бедра — длинный вызывающий разрез, стройные ножки обуты в вишневые туфельки, усыпанные крупными декоративными камушками. Талия перетянута витым золоченым пояском. Дух захватывало от такой красивой пары… и на них сегодня многие бросали восхищенно-завистливые взгляды…

— Красиво смотримся вместе, не так ли? — усмехнулся Лука, разворачиваясь к зеркалу и притягивая к себе девушку со спины. — У меня сегодня тоже вечер воспоминаний… — добавил он. — Только разница теперь в том, что моя малышка стала слишком строптивой, чтобы признать, как ей нравится подчиняться…

Кристина возмущенно покачала головой, но все же позволила взять себя за руку.

— Пойдем, заберем мое приобретение. Потом отвезу тебя домой и провожу до подъезда как галантный кавалер, коим тоже не являюсь.

По-прежнему борясь с безумными всполохами противоречивых эмоций и страхов, Кристина последовала за ним, терпеливо дожидаясь, пока он оформит сделку по покупке. Когда все было закончено, Лука приблизился к ней с черной бархатной коробочкой, поставил ее на ближайший столик, раскрыл и достал ожерелье.

— Разреши? — произнес Лука, хотя разрешение ему на самом деле вовсе не требовалось. Подойдя к Кристине сзади, аккуратно застегнул роскошное украшение на ее шейке, поцеловал и развернул к ближайшему зеркалу. — Ты прекрасна. Прошу, надень серьги. Я хочу, чтобы все это стало твоим… — прошептал он ей на ухо, едва заметно сжимая волосы у нее на затылке и чуть закидывая назад голову. Его повелевающий взгляд облил кипящим металлом, будто предупреждая, что возражать чревато. Кристина растерянно смотрела на свое, на их отражение. Камни и правда смотрелись на ней как влитые… особенно с этим платьем… на белой нежной коже, оттененные шелковыми светлыми волосами. Во рту пересохло. Уже предвидя очередной конфликт, опустила глаза, беспомощно облизывая губы.

— Прости, не нужно было… — прошептала едва слышно.

— Кристина… — раздался в ухе предупреждающий горячий рык.

— Я не могу это надеть и… принять… — выдавила она из себя.

— Что это значит? — мужской голос резко похолодел, брови нахмурились, глаза потемнели, пальцы крепче сжали волосы на затылке, и мужское лицо нависло над ее, вынуждая залиться жаром.

— Эт-то значит, что я не могу принять… т-такой дорогой подарок от тебя… — наконец высказала она все, что должна была.

— Что, прости? — в резком голосе послышались высокие нотки недопонимания и низкие глубокие ноты нанесенного оскорбления. Кристина высвободилась из его хватки и отступила спиной к зеркалу, замечая, что на них смотрит находящийся неподалеку персонал и случайно вышедшие прогуляться гости. Девушка стала судорожно расстегивать ожерелье, сняла и тут же протянула ему, а когда он не взял, положила в коробочку на столе, чувствуя, как пальцы предательски дрожат.

— Я правда не могу, Лука… — тряхнув головой, на этот раз уверенно и даже упрямо произнесла она. Мужчина заставил себя набрать в грудь побольше воздуха, чтобы утихомирить поднимающуюся ярость.

— Может, объяснишь вразумительно почему? — стальные глаза смотрели отчужденно, дико, хищно.

— Потому что у нас с тобой не те отношения, чтобы… — начала она, но договорить не успела.

— А какие у нас должны быть отношения, чтобы ты наконец поняла, что мне дорога? — рявкнул он, заставив вздрогнуть.

— Я… я не знаю… я просто… — По коже пробежался ледяной озноб при виде исказившегося в гневе мужского лица.

— Тогда убирайся! — прошипел он вдруг яростно и презрительно, демонстрируя звериный оскал.

— Что?.. — тут же взвилась на этот резкий окрик.

— Ты слышала! Пошла вон со своей чертовой гордыней!

— Да ты просто… — договорить не смогла, захлебнулась изумлением, потом стыдом, оттого что все это происходило на глазах у посторонних людей, потом гневом. Кровь разом отлила от лица, от рук и ног, вместе с ней отхлынули и силы, вызывая дрожь и слабость во всем теле. — Сам иди к черту! — прокричала сквозь слезы, развернулась и стремительно понеслась к выходу.

— Да! Да, Кристина! И я пойду! — закричал он ей вслед, оглушая и добивая. — Я именно такой! Какое бы ты оскорбление ни придумала! Поэтому пошла к черту! Мне надоели эти игры в ледяную статую! Чего тебе еще нужно?! Я развелся! Я хрен знает сколько времени ищу с тобой встречи! Чего ты хочешь? Чтобы на коленях перед тобой ползал и прощения просил?!

Слезы пеленой заволокли глаза, когда она, ничего не соображая, на бегу накинула на себя полушубок, выскочила на улицу и нырнула в ближайшее такси, дверь которого услужливо открыл швейцар.

— Кристина! Кристина! — догнали ее из-за спины новые яростные окрики, но за ней захлопнули дверь, отсекая эти ужасные звуки.

— Пожалуйста! Поезжайте! — потребовала она у водителя. Тот послушно вырулил с парковки. Пустые ночные улицы услужливо расстелили ленты дорог, не задерживая и не давая задуматься и оглянуться.

Глава 18

Резкий звук будильника донесся будто из другого измерения. Обычно Кристину и от четверти дозы снотворного срубало наповал, а от полной она с трудом могла вспомнить, где она и кто она, когда пыталась разлепить глаза. Еле подняв руку, дотянулась до будильника и заставила его замолкнуть. Потом тут же принудила непослушное, будто не свое, тело сесть на край кровати, свесив ноги и опираясь локтями о колени. Боже, это было в миллион раз хуже похмелья… зато и эффект в миллион раз круче… После вчерашнего она предпочла пустоту забытья без снов и пробуждений вместо бесконечных копаний в себе ночь напролет… Теперь же мысли ворочались так же нехотя и неподъемно, как и тело, так что нет, ей сейчас точно было не до Луки… А через пару часов она уже будет на работе, и для того, чтобы сходить по нему с ума, попросту не останется свободного времени…

Доплелась до душа, борясь с головокружением и пятнами перед глазами. Как же хорошо, что кто-то изобрел ударные дозы химии, способной отключить голову и предоставить психике возможность взять таймаут. Больше она не верила психологам с их занудными и однотипными упражнениями для самоанализа и с выворачиванием души наизнанку… а вот в силу фармацевтики верила. Весьма экономило время и нервы…

Включив теплую воду, позволила себе расслабиться, потом стала потихоньку будить не желающий просыпаться организм контрастным ледяным душем. Захода с пятого нервная дрожь ушла, да и голова прочистилась… Правда и воспоминания тоже набросились те же самые и начали жужжать, как стая ос в осином гнезде, ос злых, просто разъяренных, кусачих… Что, что, что еще она должна была сделать, чтобы избавиться от этих ужасных чувств к этому человеку?! Он порождал неправильные желания… Он ее саму делал неправильной в своих собственных глазах. Теперь она прекрасно осознавала, что убивало ее в этих отношениях… Она никак не могла позволить ему, тому Луке из прошлого, обидеть ту наивную и по уши влюбленную Кристину. А он обижал… сладко обижал… обижал так, что она хотела еще… умоляла унизительно и жалко… Какого черта он хотел от нее теперь?! Признать, что она слабая?! Что она по-прежнему сходит по нему с ума?! Что он победил?! Кристина выругалась, понимая, что вновь возвращается к самобичеванию, потому что на смену злым обвинениям в его адрес пришло понимание собственного вчерашнего поведения… Кажется, теперь это был настоящий разрыв. Она его довела своим упрямством… Такие, как Лука, не любят слышать слово «нет». Что ж, теперь она должна быть довольна собой, но под ложечкой почему-то мучительно тянуло.