Проклятье Персефоны (СИ) - Харос Рина - Страница 9

— В морях сейчас неспокойно. Дав ему корабль и команду, ты приговариваешь его к верной смерти, — не сдавалась я.

— Твоего отца убьют. Завтра, послезавтра, это только вопрос времени, — равнодушно ответил незнакомец. — Так какая разница: умереть на корабле или от рук головорезов?

Звук пощечины рассек зал. Я, все это время пытливо рассматривая гостя и прокручивая в уме разные образы, вдруг все вспомнила. Удушающая волна давно минувших событий накрыла с головой, и я вцепилась пальцами в дверной косяк, чтобы меня не унесло.

— Не смей произносить такие слова в этом доме. Не знаю, чего ты добиваешься, но убирайся отсюда как можно быстрее.

Резко развернувшись и выпрямив спину, я быстрым шагом направилась в свою комнату, больно вонзив ногти в ладони. Громко захлопнув за собой дверь, я устало прикрыла глаза и тяжело выдохнула, собравшись снять платье, как послышался стук в дверь. Затем еще и еще — с каждым разом удар становился все громче. На десятом ударе я резко открыла дверь и увидела незнакомца. Нет… не незнакомца. Скрестив руки на груди, я облокотилась о дверной косяк, преграждая мужчине дорогу.

Не противься… он поможет…

Голос, прозвучавший в голове, заставил меня еще раз внимательно изучить мужчину. Тот немного замялся, будто опасаясь, что я наброшусь на него, но убедившись, что ему ничего не грозит, кивнул в сторону комнаты. Немного отступив, я сделала небольшой зазор, отчего мужчине пришлось проходить мимо меня боком, стараясь не задеть. Засунув руки в карманы, он осмотрел мою комнату, повернулся и неожиданно подмигнул. Я раздраженно закатила глаза, ясно давая понять, чтобы он оставил такие уловки для кого-нибудь другого, и, закрыв дверь, села на кровать, поджав ноги под себя.

— Может, прекратим играть в эти глупые игры и раскроем все карты сразу? — голос прозвучал резче, чем я рассчитывала.

Мужчина взглядом показал на кровать, молча спрашивая разрешения. Подождав несколько секунд, я медленно кивнула, после чего гость присел на самый краешек и сложил руки в замок.

— Я не буду скрывать от тебя то, что я действительно оказался на той ярмарке не случайно. Я надеялся, что ты сразу узнаешь меня, но, может, тебя смутил шрам, не знаю… Я несколько лет пытался тебя найти, но все было безуспешно, — сердце пропустило удар от услышанных ласковых слов, но я взяла себя в руки: мой план не был реализован даже наполовину. Охотник еще не нашел меня, значит, есть время, чтобы подготовиться к встрече.

Из размышлений меня вывел вопрос гостя:

— Неужели ты совсем меня не помнишь?

Ненадолго задумавшись, я внимательно посмотрела в глаза мужчины, подобные кусочкам льда.

Я на мгновение задержала дыхание и замерла.

Уильям.

Голову пронзила острая боль, одна картинка из прошлого сменялась другой, а тело наполнялось обидой, горечью и невысказанной ненавистью. С трудом подавив нахлынувшие чувства, я натянуто улыбнулась: эта встреча не должна нарушить изначальный план.

Притворись, что ты не помнишь этого человека.

Стараясь скрыть волнение, я осторожно поднялась с кресла и вплотную подошла к Уильяму. Мужчина жадно осмотрел каждый сантиметр моего тело, и не подозревая, что я узнала его.

Что ж, тем лучше. Такая игра мне нравилась.

Сирена внутри ликовала и рвалась наружу, ощущая мое возбуждение и наслаждение сложившейся ситуацией. Медленно приспустив лямки платья, я повернулась к Уильяму спиной и жестом попросила расстегнуть молнию.

— Я пойду с тобой, — произнесла я, — но дай мне проститься с отцом, я не хочу так быстро покидать дом, в котором провела столько лет. Жду тебя в полночь, — не дав Уильяму расстегнуть молнию до конца, я резким движением спихнула его с кровати и выгнала за дверь.

К счастью, все мужчины устроены просто: достаточно дать им лишь толику внимания и шанс дотронуться до тела, насладиться его теплом, как они падают к твоим ногам.

Прислонившись спиной к двери, я запрокинула голову и закрыла глаза. Уильям появился совершенно некстати, ведь у меня уже была проблема куда серьезнее в лице Охотника. Я чувствовала, что он сдержит слово, ловко манипулируя человеческими чувствами и пороками, но быть уверенной в этом не могла. Однако я знала наверняка, что наша встреча будет неизбежной. Платье, которое он мне прислал, говорило лишь об одном: он знает, что я переродилась, вселилась в человеческое тело, и он сделает все, чтобы найти меня.

Стараясь не думать о будущем, я осторожно сняла кулон и, не торопясь, окатила себя прохладной водой, покрываясь мурашками. Откинув ракушку в сторону, я подошла к зеркалу и обнажила два ряда острых зубов в подобие улыбки, наблюдая, как глаза заполняет алая поволока.

Что ж, Уильям Грей, игра началась.

УИЛЬЯМ

Буквально секунду назад я расстегивал платье, осторожно касаясь пальцами нежной прохладной кожи, и вот уже стою за дверью и не понимаю, как все произошло.

Подняв руку, чтобы снова постучать, я сразу же передумал.

Нет, Уильям, держи себя в руках.

Неужели ты, моя дорогая Эмилия, действительно думаешь, что я тебе поверил? Ты слишком любишь свободу, чтобы так легко позволить заковать себя в оковы.

Спустившись вниз, я не застал в общем зале Генри и посчитал, что это даже к лучшему. Покинув дом, я сделал несколько шагов по тропинке и остановился. Обернувшись, чтобы посмотреть на окно в спальню девушки, я почувствовал на губах лукавую улыбку.

Игра началась, Эмилия Сагр.

Часть 1. Глава 6. Пытаясь обхитрить сирену, не угоди в ловушку сам.

Бегая между разбросанными вещами, я совсем забыла про время. Выглянув в окно, я заметила, что уже смеркается — значит, времени до полуночи осталось совсем мало. У меня есть часа три, не больше.

За ужином мы с Генри молчали, и каждый раз, когда я пыталась завести разговор, он поднимал ладонь, давая понять, что не стоит начинать диалог и потрошить душу. Он пытался уберечь меня и мои чувства от тех слов, которые он готов был произнести. Во взгляде отца, который он то и дело кидал в мою сторону, все говорило о том, что он готов бросить все, упасть на колени и умолять остаться с ним, зажить прежней жизнью, где есть только я и он. Но это невозможно. Уже нет. Он погряз в долгах, секретах и обмане, среди которых мне не было места.

После третьей попытки я швырнула салфетку на стол, громко отодвинула стул и гордо вышла из кухни. Я старалась приглушить нарастающую панику, но мне это удавалось с трудом. Не в силах сдержать гнев, я поднялась по лестнице и с силой хлопнула дверью, огородив себя от внешнего мира. Сирена, дремавшая внутри, слабо колыхнулась, почувствовав мое настроение, и замурчала, подобно кошке, предвкушая скорую свободу.

Я сползла спиной по двери и села на пол. Перед глазами пронеслось воспоминание: спасший меня от неминуемой расправы Генри, средних лет с темными волосами, в которых уже прослеживалась седина, нежно взяв меня за руку, привел на порог этого дома. Он всегда улыбался, рассказывал несуразные истории каждый раз, когда подмечал, что у меня испортилось настроение или я была погружена в свои мысли, отдаляясь от внешнего мира. Несмотря на все трудности и невзгоды, Генри всегда создавал в доме атмосферу уюта, смеха и веселья. Где тот радостный, добросердечный мужчина, которого я знала? Сейчас Генри превратился в собственную тень: постоянный запах перегара, сутулая спина, дрожащие руки, круги под глазами и множество морщин.

Странное чувство внутри меня, настаивало, что все идет правильно, все идет так, как надо. Моя судьба тонкими, почти невидимыми нитями была связана с Охотником. Однако я пока не была готова к встрече с ним, да и в мой план никак не вписывался сегодняшний гость, который внезапно предъявил на меня свои права. Поэтому побег казался наилучшим решением в данной щекотливой ситуации.

Порывшись в шкафу, я сняла с вешалки старое платье и пальто с капюшоном и накинула их на себя. Красное платье, лежащее на полу, словно алое пятно крови, заставило меня поежиться и обхватить себя руками. Недолго думая, я схватила его и, скомкав, засунула в придорожную сумку, не забыв прихватить с собой все имеющиеся деньги, хотя понимала, что они мне вряд ли понадобятся. Приятная тяжесть наполняла душу спокойствием, и я, осторожно выйдя в темноту коридора, прикрыла за собой дверь в комнату.