Верни нас (СИ) - Кабацкая Ольга - Страница 39

Я знала, что друг Глеба всерьёз взялся за местные органы правопорядка и уже сместил несколько начальников с должностей. Так же я знала, что у Валеры проблемы из-за того, что он так бездумно поверил Олегу и подсуетился, чтобы Глебу досталось.

Я всё это знала.

Но помогать Оксане в мои планы не входило. Кажется, нашей дружбе пришёл конец. И самое ужасное — зарывшись по самую макушку в свои переживания, связанные с Глебом, я приняла разрыв отношений с Оксаной просто как данность. Безэмоционально.

— Сегодня закончим, — заметив меня, ко мне подошёл один из рабочих, дежурно улыбнувшись.

— Я вижу, — кивнула я. — Спасибо.

Мне нравилось, во что превратился ресторан внутри. Светлые стены, деревянные декоративные балки на потолке и стенах…

— Анастасия Сергеевна, — позвали меня от дверей. — Тут девушка просится к вам. Впустить?

— Девушка? — я направилась к главному входу, и с каждым шагом последующий давался мне труднее.

Первой мыслью было, что пришла Оксана, узнав, что я пробую себя в роли ресторатора. Второй мыслью, что кто-то пришёл узнать про вакансии.

Но — нет.

Стройная блондинка, скептично осматривающая покрытые строительной пылью окна, в работе точно не нуждалась.

— Что тебе нужно? — сухо спросила я, остановившись в паре метров от незваной гостьи.

— Поговорить, — коротко кивнула она. — Желательно наедине. Ты… узнала меня?

— Узнала, — не стала отрицать я.

Сложно забыть лицо той, которую я ненавидела не меньше Глеба. Её образ отпечатался в памяти так же остро, как и сухие фразы Глеба в тот день, когда я застукала их вместе.

Глава 38

— А разве есть о чём? — я едва сдерживала клокотавшую в душе злость.

Зачем она сейчас пришла ко мне? О чём, чёрт возьми, хочет поговорить? Если о Глебе — то пусть забирает его! Я, вроде как, не претендую!

— Ты удивишься, — тихо отозвалась она, делая шаг мне на встречу. — Просто дай мне несколько минут. Если не захочешь слушать дальше, как я начну — я сразу уйду.

Первым порывом было выставить её вон. Зачем мне что-то слушать? Что она может мне сказать? Что любит Глеба? Или вообще, у них там семья, любовь и прочее… А может, мне и нужно это услышать?

Мысль была такой острой, что я не стала ей сопротивляться, сухо кивнув бывшей любовнице Глеба. А может и действующей. Не зря же она пришла…

Чёрт… да она из Москвы за ним сюда притащилась!

Возможно мне действительно это нужно сейчас — выслушать его любовницу, чтобы перестать сомневаться в собственном решении и навсегда вычеркнуть Глеба из сердца. Пока же я, словно собака на сене, днём запрещала себе даже мимолётно думать в его сторону, в то время как ночью память сама мне подсовывала связанные с ним воспоминания. Всегда только хорошие. И не всегда приличные…

— Проходи, — встряхнув головой, я открыла дверь кабинета, который предназначался для меня, как только ресторан заработает.

— Спасибо, — проскользнула она внутрь, осматривая светлые стены, небольшой диванчик, пару стеллажей и угловой компьютерный стол с удобным креслом.

Я же придирчиво смотрела на неё.

Красивая, этого было не отнять. А ещё подлая. Я прекрасно помнила, с каким лицом она на меня посмотрела, когда мы впервые встретились.

Как она тогда сказала? Как неудобно получилось? Действительно, неудобно. Она ведь сразу поняла тогда, кто я такая. Значит, о наличии у Глеба жены прекрасно знала. Что, впрочем, не помешало ей спать с ним.

— Так и зачем ты пришла? — я осталась стоять в дверях, в то время как сама девушка осторожно присела на край дивана.

— Может, присядешь? — попросила она меня, но стоило мне чуть прищуриться, как она и без слов поняла мой ответ. — Я — Екатерина, можно просто Катя.

— Моё имя тебе известно, — я медленно выдохнула и скрестила руки на груди. — Что тебе нужно?

— Это тяжелее, чем я думала, — она нервно усмехнулась, откинувшись на спинку дивана. — Я жена Никиты. Никиты Воронцова, друга Глеба, — пояснила она.

Мне стало противно от услышанного. Господи, это же как нужно низко пасть! Я не понимала ни Глеба, ни жену Никиты. Это же верх лицемерия какой-то!

— И ты боишься, что я расскажу твоему мужу о…

— Господи, нет! — Катя поспешно перебила мою единственную мысль о цели подобного визита. — Не было никакой измены! Ни в тот день, ни до него, ни после, — чётко произнесла Катя. — Сама подумай. Никита же был там, когда ты пришла. Или ты думаешь, что он стал бы так спокойно на всё реагировать, застукай меня со своим другом?

— Я не понимаю, — устало выдохнула я.

Я помнила, как вошла. Как испугался Никита, как Катя отошла от Глеба… какие ещё варианты могли быть? Кто знает, может тогда у Никиты с женой был сложный период. Или вообще, поженились они позже. Вот и причина отсутствия праведного гнева! Да и вообще…

— Бред какой-то, — встряхнув головой, я выжидающе посмотрела на девушку. — Зачем ты пришла? Это Глеб попросил обелить его? Если так, то он зря старается. Или…

Мысли метались в голове, я пыталась выстроить логическую цепочку, но никак не могла ничего понять. Больше у меня вариантов, зачем я понадобилась этой Кате, просто не было.

— Глеб с Никитой сейчас загородом, кушают шашлык и ждут меня, — бросив взгляд на наручные часы, Катя слегка наморщила нос. — Опаздываю.

— Я не задерживаю, — искренне ответила я ей, сделав шаг в сторону от двери. — Всё равно не понимаю, зачем ты…

— Глеб рассказал тебе про аварию, верно? — Катя сделала вид, что не поняла мой намёк.

— Да, — не стала я отрицать очевидное.

— Вот только он тебя немного обманул со временем, — Катя понизила голос. — Всё это произошло семь лет назад.

— Бред, — я прошла к своему столу и села на стул, почувствовав лёгкое головокружение.

Этот разговор выматывал меня сильнее, чем я могла себе представить.

— Настя, вспомни, пожалуйста, — Катя шумно выдохнула. — Как не могла до него дозвониться, когда они только перебрались в Москву. Как звонила Никите. Как Никита ссылался на кучу работы… Глеб же как безумный тебя любил. У него все мысли и слова только о тебе были. Он так мечтал, что скоро сможет перевезти тебя. Никита тогда смеялся, что семьями дружить будем. Они с Глебом на работе круглосуточно, а мы с тобой… не суть, — она покачала головой. — Он попал в аварию и запретил Никите говорить тебе. Сначала ждал, что скажут врачи. А потом… когда ему сказали, что шансов встать на ноги у него нет, он…

Я слушала Катю, и каждое слово отдавалось болью в груди.

Вспомнился наш разговор с Глебом на кухне, когда он рассказывал мне про аварию. Я же ещё тогда чувствовала, что он что-то недоговаривает. Так почему…

— Почему он не рассказал мне? — вырвался из меня вопрос.

Я не хотела верить. Не хотела, но… что-то щёлкало в голове, заставляя задуматься.

— Сейчас? — переспросила Катя. — Потому что дурак. Другого варианта у меня нет. А тогда, — девушка замолчала, с сожалением смотря мне в глаза. И как я не старалась, я не могла уловить признаков лжи. — Тогда он сглупил. Он решил поступить благородно и не связывать тебя на всю жизнь с инвалидом.

— А у меня он спросил? — сипло выдохнула я, кадр за кадром прокручивая тот день в голове.

Он не встал с кровати.

Он говорил со мной, словно…

— Я не представляю, что сейчас чувствуешь ты, — продолжила говорить Катя. — Но могу рассказать, что чувствовал он. Это… — она замялась, пытаясь подобрать слова. — Так получилось, что я постоянно была с ним. В качестве сиделки, ты не подумай лишнего, я медик, — затараторила она. — Он страдал, Насть. И дело не в физической боли, или в общем его состоянии. Он очень любил тебя, да и сейчас любит. Иначе для чего это всё?

— Для чего? — заторможено повторила я за ней.

— После того, как врачи поставили на нём крест, Глеб изводил себя, не зная, как сказать тебе правду. Иногда мне казалось, что он ненавидел себя, за то, что так получилось. Что придётся ставить тебя перед выбором. Впрочем, он не сомневался, что ты его не бросишь. Но именно этого он и не мог тебе позволить. Считал, что так ты сломаешь себе жизнь, а потом начнёшь жалеть, что выбрала Глеба и обрекла себя на существование с калекой.