Амсдамский гамбит (СИ) - Демченко Антон - Страница 54

— Я на это надеялся, — горько усмехнулся Рид. — Впрочем, после переезда в Новый свет, это перестало быть для меня проблемой. Отсюда выдачи нет, иначе я и не подумал бы возвращать себе прежнюю фамилию.

— Собственно, потому мы и собирались договориться с вами полюбовно, а не стали пытаться вытащить на территорию империи как преступника, — покивала Минна и нервно всплеснула руками. — Но… вот какому радеющему о секретности умнику пришло в голову поручить переговоры с вами временному послу, да ещё и под соусом предложения работы на адмираала Ириенталя?! Это был чудовищный прокол… или провокация. Насколько мне известно, расследование по этому делу идёт до сих пор. Как бы то ни было, задание я выполнила, и личность вашу установили со стопроцентной точностью. Да толку-то? Переговоры не удались, вокруг вас началась какая-то нездоровая суета… и в результате, было принято решение подождать, пока ситуация не прояснится. В конце концов, куда бы вы не исчезли, но с друзьями-то, уехавшими в Новоземье, наверняка встретились бы. Рано или поздно. А там, глядишь, мы бы организовали ещё одни переговоры. Время терпит.

— Складно получается, — кивнул ван Лоу. — Но одна деталь напрочь выбивается из описанной вами пасторали, госпожа Минна.

— Какая же? — приподняла одну бровь Лиден.

— В числе тех действий, которые вы так точно назвали нездоровой суетой, было давление на мою контору со стороны властей республики, участие в котором принимали те же сотрудники РСУ, что работали как с вами, так и с послом. И они, кстати, совершенно уверены, что приказ об оказании этого самого давления, был получен их начальством по той же линии сотрудничества между Империей и Республикой. В негласном порядке, разумеется, но уверенность у них стопроцентная. Уж поверьте. Занятное совпадение, не находите?

— Нахожу, — медленно проговорила Минна, вперив задумчивый взгляд куда-то в стену. Чуть помолчав, она договорила: — это, конечно, бездоказательно, но… говорят же: один раз — случайность, два раза — совпадение, три — закономерность. Я всё больше убеждаюсь, что налицо серьёзнейшая провокация.

— Ну, пока мы имеем лишь «два», — усмехнулся Рид.

— Три, йор Ридан, — вздохнула Минна. — Третьим, точнее первым, стала внезапная болезнь изначально назначенного переговорщика. С вами должен был разговаривать не посол, а совсем иной… разумный. Но в связи с болезнью, он передал все документы по этому делу в контору. Там их должны были передать другому исполнителю, но вместо этого, ввиду жёсткого цейтнота и отсутствия свободных сотрудников на замену заболевшему, поручение о переговорах ушло в посольский аппарат. Обычная практика, когда речь не идёт о серьёзных тайнах. Но вот тото факт, что вместо реальных документов, необходимых послу для ведения переговоров, вместе с вашим кратким досье ему передали документы «легенды»… В общем, результат известен.

— Весело, — протянул Рид. — То есть, помимо империи, республики и бандитов всех мастей, мне ещё нужно беречься неких неизвестных ухарей, что легко и непринуждённо водят за нос имперские специальные службы?!

— Империи вам опасаться не стоит вовсе, — отмахнулась Лиден. — Никаких коварных планов корона в вашем отношении не имеет. Наоборот, мы бы желали сотрудничества. Открытого и честного.

— С приговорённым к смерти? — изобразил удивление Рид. — Насколько мне помнится, единственный предполагаемый способ сотрудничества империи и вашего покорного слуги, был озвучен на моём судилище. Как же там было-то, подождите… А, вот! «Рекомый Ридан Лоу, согласно приговору суда, Вас доставят к месту казни, где вы будете повешены за шею и провисите так, пока не умрёте, после чего тело ваше будет предано огню. Да смилуется Вечность над Вашей заблудшей душой. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит». Или я слишком долго не был на родине, и теперь сотрудничество со смертником выглядит как-то иначе?

— Оставьте, йор Ридан, — поморщилась Минна. — Как я уже сказала, в империи вы более не считаетесь преступником. И если бы не этот кавардак с послом, то вы ещё месяц назад получили бы на руки Высочайший рескрипт о помиловании. Подписанный Его Императорским Величеством, документ находится как раз среди тех бумаг…

— Что так и не доехали до адресата, — скривился ван Лоу, но, заметив усталый взгляд собеседницы, решил временно перестать язвить. — Ладно, допустим. Хотя, получить помилование за то, чего не совершал… унизительно. Но оставим это. Лучше ответьте, из-за чего, собственно, весь сыр-бор? Зачем я опять понадобился империи, над которой никогда не заходит солнце?

— Ну уж точно не для вскрытия бункера под руководством Ириенталя, — усмехнулась Минна, но тут же посерьёзнела. — Рид, вы помните ломмовое хранилище на Стиммане?

— Такое забудешь, — ван Лоу передёрнул плечами и… застыл. — Стоп-стоп-стоп. Вы же не хотите…

— Именно, Рид, — кивнула Лиден. — Нам нужна ваша помощь в открытии ещё одного схрона. Подчеркну, нам — это, империи, а не кучке бедующих мятежников.

— Успокоили, ага… и зачем там нужен я? — хмуро осведомился ван Лоу.

— Двери таких схронов, закляты на древнюю кровь… и магию Запределья, — коротко бросила Минна.

— Вот же… дур-а-ак! — чуть ли не простонал Рид, вспомнив приключения на Стиммане.

Глава 5. Туда не ходи, сюда ходи

— Уж извините, Рид, но то, что вы не принадлежите ни одной из династий Нар-Даррейна — факт установленный и сомнению он не подлежит, — проговорила Минна Лиден. — Так что вывод об имеющемся у вас таланте к запретным искусствам напрашивался сам собой.

— И что? — прищурился ван Лоу, справившись с накатившей злостью.

— М-м, — хозяйка номера бросила короткий взгляд на застывших истуканами кадавров, и, вздохнув, всё же заговорила: — Ридан, вы всерьёз думаете, что запретника, чей талант настолько велик, что его, необученного и ничего не знающего о Запределье, признают за своего древние артефакты, пробудить которые зачастую не удаётся даже потомкам их создателей… что такой ресурс империя может позволить себе выбросить на помойку?

— О! Но ведь именно так она со мной и поступила, разве нет? — зло усмехнулся Рид. — Абсолютно ложное обвинение, насквозь фальшивый суд и, как вишенка на торте, единственная настоящая вещь во всём этом фарсе — смертный приговор.

— Не передёргивайте, йор Ридан. Тогда была совершенно иная ситуация, — пожевав губами, произнесла Минна.

— Ну да, тогда не было известно о моём «таланте», — фыркнул Рид. — А если бы знали, то что? Казнили бы сразу?

— С чего бы? — изумилась его собеседница. — Если бы о вашей склонности к Запредельному Имперский круг магов узнал ранее, то учиться бы вам не в Технологическом колледже, а в Таврской академии Искусств, на пятом факультете. И сейчас, скорее всего, сейчас вы были бы не беглым осуждённым и бывшим техфеентригом, а вполне действующим офицером на службе Короне, в чине не ниже твидтовенаармайра. Как минимум, Рид! Как минимум.

— Да? — удивился тот. — Как интересно. А как же все эти истории о страшном запрещённом колдовстве, наказание за которое — смерть на костре? Статьи в газетах о казнях запредельщиков? Кодекс Круга, наконец, где чёрным по белому прописан запрет на практику обращения к Запределью под угрозой смерти?

— Чистая правда, — ничуть не смутившись, кивнула хозяйка номера. — Преступления должны наказываться, а в случае с запретными искусствами — по высшей планке, не иначе. Слишком опасная область. Но кто сказал, что любое действо, имеющее в своей основе обращение к Запределью, есть преступление? Многое зависит от цели колдовства и от того, кто именно колдует.

— Например, если с запретными искусствами «играется» маг, состоящий на имперской службе, ему это прощается, так? — «догадался» ван Лоу.

— Йор Ридан, вы зря иронизируете, — покачала головой Минна Лиден. — Никто не убивает запретников только за имеющийся талант. Частная практика им запрещена, да. Полностью и под угрозой казни через сожжение. Но государственную необходимость никто не отменял. И маг, находящийся на службе, применяющий свои таланты запредельщика по роду службы, не просто будет прощён… ему, в конце концов, деньги платят именно за это! Естественно, об этом не говорится прямо, и подвиги магов-запредельщиков на службе государству не подлежат широкой огласке, и потому, естественно, не получают всеобщего признания. Но поверьте, руководством они от этого ценятся не меньше, а порой и куда больше.