В тени Рюджина (СИ) - Чудинов Халег - Страница 172

— Я переговорю с ним и решу его судьбу, — подытожил я. — Все остается ровно так же, как я говорил ранее.

— Мне было бы спокойнее, если бы вы не везли сюда, к узилищу духа демона, еще и его тело, — заметила Мироку. — Вы собираетесь снять печати, а это опасно даже со всеми предпринятыми предосторожностями. В случае накладок с одним только духом справиться проще.

— Мне приходилось справляться и с более могущественными демонами, — успокоил я жрицу.

— Самоуверенность может помешать…

— Это не самоуверенность. Эти демоны теперь сражаются на моей стороне и помогут сегодня, если это потребуется.

Правда, из двух моих биджу на этом континенте только один. Чомей был тут вместе с Малис с самого начала операции, правда, сейчас ему выпала доля сопровождать Чоду в Страну Болот. И, пока эта экспедиция не вернулась, я все же хотел подкрепиться, так что пришлось поторопиться и распрощаться с Мироку.

С ужином успел расправиться впритык. Группа Чоды вернулась чуть позже запланированного времени, так как была вынуждена задержаться в Аосиме, где сопровождающие их гвардейцы Мироку сменились на новых. Они все-таки не были шиноби в полном смысле этого слова и не имели столь же нечеловеческой выносливости. Да и Чоде тоже нужно было передохнуть.

Их, так же как и меня с отрядом котов Ясунеко, встретила Малис. Ояма со своим отрядом запечатывания, Чомей да Чода. В сопровождении гвардейцев. Последние нужны были только для беспрепятственного преодоления городов и получения в них всего, что только могло потребоваться в пути.

— Наконец-то, — проворчал я, встречая Чомея. — Все-таки есть еще шанс успеть сделать все дела за один день.

— Да несильно и задержались, — оправдался биджу. — Это здесь темно кажется, а на поверхности еще солнце светит.

— Как скажешь, — кивнул я в ответ, не глядя передавая свиток с контрактом воронов молча подошедшему ко мне клону. — Раз уж вы отдохнули в замке, то можно сразу же и приступать.

— Не станешь даже спрашивать, как у нас прошла миссия? — удивленно вскинул бровь Чомей.

— Уже в курсе, — нетерпеливо отмахнувшись, ответил я, мимолетом отметив, что Хвостатому все лучше дается человеческая мимика. — Идем.

Наш путь лежал в недра святилища. Малис успела предупредить задействованные в охране предстоящей операции группы шиноби, так что Дейтан и Инага уже начали: возвели барьерные техники и подготовили запечатывающие, оставив нам лишь небольшую лазейку, которая сразу же за нами захлопнулась. В резерве оставались отряд Оямы и сама Мироку.

Темный зев врат храма поглотил нас в неестественной тишине, образовавшейся из-за взметнувшихся сияющих пламенем стен барьера. Святилище нарочно расселили на время операции, чтобы не рисковать жизнями стражей, так что и внутри стояла тишина, нарушаемая только нашими шагами. Тьма здесь была уже не такой плотной, ее разгоняли пляшущие рядами на стенах язычки пламени без какого-либо явного источника горения — отголосок того буйного огня на вершинах Каензана.

Со мной в храм вошли лишь мой же клон, Чомей и Кайбье Ясунеко, принявший свой более естественный вид. Еще не входили, а въехали на мне три змеюки, но они уже почти как часть моего гардероба везде и всюду сопровождают. Кстати, раз уж речь пошла о них.

— Вы не против войти со мной туда? — поинтересовался я, легонько пощелкав пальцем по серьге в ухе.

— Благодаря тебе, мы бывали уже и в худших местах, — недовольно ответила Тагицухиме.

— Ну, мое дело предложить.

Преодолев небольшой сумрачный зал с голыми каменными стенами, я на миг остановился перед проходом в стене напротив врат святилища. За аркой начиналась лестница, ведущая глубоко вниз, прорубленная прямо в толще скал. Вдоль стен коридора так же пылали огоньки, разгоняя мрак. Но они не позволяли узреть того, что не дано увидеть невооруженным взглядом. Прямо здесь, на этой лестнице проходила граница с преддверием загробного мира. Тут имелась брешь между мирами, которой воспользовались при заточении Морьё.

Насколько я знаю, суть запечатавшей дух демона техники была не только и не столько в сковывании его сил. Фуиндзюцу предполагало ограничение Морьё в пространстве, где его удерживала не сила печатей, а невозможность найти выход ни в мир живых, ни в мир мертвых. Изощренное решение, правда, оно наверняка потребовало в свое время принесения в жертву чьих-то жизней, так как войти в это пространство могло далеко не всякое живое существо.

Правда, я уже бывал в полноценном загробном мире этой реальности, так что какая-то брешь особого дискомфорта не доставляла. Так же, как и моим спутникам, существам совсем не самым обычным.

Лестница вывела нас в огромный зал, в котором уже не было видно огоньков пламени, но он тоже был освещен. В центре пещеры в потолок бил луч света, освещающий все немалое пространство зала. В центре этого луча и был небольшой дольмен, истинное узилище Морьё, выполненное в стиле местных малых святилищ. К нему сквозь пещеру вела тропа, приподнятая над основным полом зала. По нему я уже ходил, чтобы присмотреться к печатям святилища.

Место уникальное, используемые печати тоже, но ключи к ним в целом более или менее знакомы. Вообще, создатели этой тюрьмы не предполагали ее открытие, так что проще всего ее было просто взломать, но это не наш метод. Более того, учитывая, что при создании этого комплекса использовали энергию Каензана, то я плохо представляю последствия неаккуратного обращения с печатями. Не хотелось бы на ровном месте с воронами только-только начатые отношения портить.

В молчании войдя в столб света, я еще раз скептически оглядел монументальный дольмен. К нам он был обращен как раз вратами, над которыми висела толстая охранная веревка, шименавой, и на которых был начертан хидари-футацу-домое. Две томое, закрученные влево и заключенные в круг. Символизировали они инь и ян, а так же являлись классическим оберегающим символом.

— Есть кто? — обратился я к усевшемуся позади меня двухметровому в холке полосатому котяре.

— Не ощущаю чужого присутствия, — сверкая блюдцами глаз, ответил Кайбьо.

Некомата был способен ощущать потустороннее, так как сам был в некоторой степени уже мертв несколько раз, но настойчиво возвращался к жизни. Такая особенная кошачья техника, которая требует отдельного внимания. Именно с помощью своих особенностей, полученных благодаря этому дзюцу, некомата был способен поднимать мертвецов, подчинять мертвые тела, вдыхая некое подобие жизни в не до конца опустевшие каналы чакры, чем пользовался во время инцидента с джашинитами в Стране Мороза.

— Хорошо, значит, помешать никто не должен, — кивнул я.

Это, конечно, маловероятно, но здесь уж слишком близок мир мертвых, а там полно всяких духов, иногда довольно мерзких, так что лучше, чтобы поблизости таковых не было.

— Чомей, будь наготове, если что-то пойдет не по плану. Как договаривались, — предупредил я биджу.

— Пока еще есть время, хочу напомнить, что ты слишком рискуешь своим сыном, — спокойным тоном заметил Чомей.

Немногие были в курсе истинной природы Чоды, и просвещать я их не торопился, поэтому просто кивком показал, что принял к сведению слова Семихвостого. Но зато не промолчал мой клон:

— Не нужно меня недооценивать. Я еще многих успею поразить своими умениями.

Чомей в ответ пробормотал невнятно что-то про чрезмерную детскую наивность, но на этом успокоился. План был оговорен заранее, так что Чомей в целом был с ним согласен. И, кстати, он переживал пока не совсем за здоровье ребенка, а за успешность миссии. Нужно будет в будущем подсказать ему, что это не совсем правильно, но в данном случае меня его отношение устраивает. С людьми было бы сложнее договориться.

Да, договориться. Сегодня вообще день какой-то такой, переговорный. Впрочем, язык и речь в какой-то мере — это главное оружие шиноби, потому что именно в их пользу шиноби отказались от ниншу, умения общаться напрямую, фактически некоего аналога телепатии. А уж Стране Звука само название велит развить это оружие.