Хозяйка приюта магических существ 2 (СИ) - "Лира Алая" - Страница 77

— Как бы тебе ответить, мой любопытный страж? Если говорить общими словами, то есть магия, которая больше подходит для атаки, а есть та, что меньше. Если первый тип магии столкнется друг с другом, то получится конфликт. Например, как у тебя или меня. А вот со вторым типом все будет иначе — либо сольется, либо рассеется, но никакого противостояния не будет. Если тебе интересен вопрос, то лучше задать его нашему отделению ученых, которые исследуют энергию, потоки и судьбы, я не смогу дать тебе достаточно полный ответ. Да и я бы вообще порекомендовал тебе к ним сходить: они весьма продуктивно поработали за последний месяц, значительно расширив наши знания о магии как таковой.

Я согласно кивнула: совет главы Астора я автоматически приравнивала к приказу.

— Тогда почему вы говорите, что мне стоит опасаться этих Видящих, если они не могут нормально атаковать?

— Потому что они те, о ком заботится сама судьба, — снисходительно улыбнулся Астор. — Да, им не дали силы для защиты, но наделили особым даром. Для него нет какого-то конкретного названия, но я бы описал этот дар как способность вызывать любовь у сильных людей. Чем ты сильнее, чем больше в тебе магии, тем сильнее тебе будет нравиться тот или иной Видящий.

— Я все еще не понимаю, почему должна их опасаться, — откровенно сказала я, вызвав легкий смех со стороны главы.

— Сначала ты увидишь Видящего, который тебе улыбнется. И ты улыбнешься в ответ. Невольно, но улыбнешься: потому что таковы инстинкты любого мага. Потому ты заметишь, что ему холодно или жарко. И наложишь заклинание, чтобы уменьшить дискомфорт. Потом он попросит у тебя что-то незначительное... И ты не откажешь. С каждым своим действием, которое ты будешь совершать для блага и удобства Видящего, ты будешь привязываться к нему все сильнее и сильнее. Пока однажды не предашь саму организацию и меня, чтобы выполнить просьбу этого слабого и беспомощного Видящего, — закончил глава, а я невольно вздрогнула.

Сама мысль о том, что я — великий страж главы, который бросает все силы на защиту мироздания — вдруг предам его, пугала. А потому я задала единственно правильный на тот момент вопрос:

— Как мне не поддаться возможному влиянию Видящего? Амулет? Заклинание? Сопротивляться их пожеланиям?

— Ничего из перечисленного не поможет, — глава развел руками. — Им покровительствует сама судьба, а потому любая магия бесполезна. Инстинкт, который практически невозможно обмануть.

— Практически? — тут же я уцепилась за слово, дающее надежду.

— Верно. Практически. У тех, кто посещает бесконечное пространство, есть что-то сродни небольшого иммунитета к Видящим. Поэтому, когда встретишь Видящего, то не сопротивляйся его влиянию, не думай, что не хочешь помогать. Наоборот, представь мысленно, как ты хочешь помочь. Вообрази в своем разуме картинку, где ты помогаешь. Выполняешь желания или улыбаешься в ответ. И оставь все эти действия в воображении, не перенося в реальность. Сложно, но возможно.

— Это сработает? — спросила я потерянно.

— Если это ты, то обязательно. Не забывай, Александра, что я тебе говорил ранее: ты самый талантливый страж, которого я встречал на своем веку, а встречал я немало. Если у других что-то получалось, то и у тебя это получится. Я практически уверен, что ты будешь тем стражем, который никогда не поддастся пагубному влиянию Видящих.

Я согласно кивнула: если глава так говорит, значит, так оно и будет. Что ж, его совет сработал и на первой моей встрече с Видящей. И на многих последующих. К моему счастью и своему несчастью, Астор все еще оставался человеком, а потому ошибался. И то, что казалось непоколебимым, спустя несколько лет дало сбой.

Видящие, несмотря на всю нелюбовь главы к ним, нужны были организации как воздух. Иначе как понять, что в каком-то из миров возникла проблема и туда нужно отправить наших людей? Поэтому особые маги занимались поиском Видящих, которых впоследствии мы вербовали. Вербовка, впрочем, была довольно широким понятием, в которое входили не только договоры и уговоры, но и шантаж с похищением. Меня это ни капли не волновало: мы ведь спасаем столько людей, а маленькое зло ведет к большому благу. Тогда грань между добром и злом в моем разуме была практически стерта. И когда я получила указание похитить совсем еще маленькую Видящую, то не испытала никаких угрызений совести или отторжения.

— Александра, это очень важное задание, — сказал глава. — Я не могу поручить его никому, кроме тебя, ведь Видящая, за которой ты идешь — особенная. Самая сильная за последние несколько сотен лет, поэтому влияние, которое она способна оказать на других магов, колоссально. Я могу положиться исключительно на тебя и на твою силу воли.

Я кивнула: слова главы воодушевляли. Мне нравилось быть особенной в глазах этого человека, ведь на тот момент он был единственным, кого я уважала, единственным, кто в моих глазах оставался авторитетом. 

Сила, умения и магия — вот и все, что в моем мировоззрении имело значение. Все, кто сильнее — приказывают. Все, кто слабее — подчиняются. При моей нынешней силе единственный, кто был точно сильнее — это глава. Да и равных было не так много: Абель и несколько магов, которые пусть и не были стражами, выглядели весьма сильными и искусными. Все остальные казались слишком слабыми, а потому — незначительными в моих глазах. Потому следующие слова главы порадовали вдвойне:

— Это индивидуальное задание, я знаю, что ты любишь такие.

Я согласно кивнула, чувствуя удовлетворение: я терпеть не могла, когда кого-то приставляли ко мне в пару, чтобы помочь сориентироваться на том или ином месте. И не единожды просила главу давать мне одиночные задания. Иногда Астор соглашался, иногда — нет: все зависело от его настроения. В этот раз мне повезло, хотя... Пожалуй, именно сегодня дело было в здравом смысле, а не в настроении. Мир, где находилась Видящая, оказался безмагическим, а потому я со своим самовосполняющимся центром была идеальным кандидатом.

***

Я была уверена, что мир без магии будет выглядеть ужасно. В моем воображении была либо бесплотная выжженная пустыня, где люди ютились бы в каких-нибудь подземных пещерах, либо река с ужасающе грязной водой, по берегам которой стояли бы старенькие дома. Но... ничего подобного. Чистые асфальтированные дорожки без единой выбоины, уютно мерцающие огоньки в витринах, елки, украшенные забавными игрушками, запах кофе, иногда выпечки или другой еды, смеющиеся люди. И мягкий пушистый белый снег, падающий на дорожки. И тут же тающий, словно его и не было. В мире без магии оказалось на удивление уютно.

Впрочем, этот уют не позволил мне ни на мгновение забыть о моем задании. Я сверилась с бумажкой и свернула с центральной улицы к жилым домам. Можно, разумеется, было и телепортироваться, но я не стала рисковать. Если бы камеры зафиксировали использование магии в безмагическом мире, то я могла бы нарушить ход событий и случайно повлиять на чью-то судьбу. Потому я предпочла до последнего не использовать магию.

Этот последний момент наступил быстро: как только я добралась до бетонного отсека, который назывался квартирой, где жила Видящая со своими родителями. Первым делом — проникнуть в квартиру, используя слабое заклинание. Маленькая прихожая, где висели смешные пухлые одежды людей этого мира, встретила меня запахом пирога с корицей и тихим смехом на кухне. Жаль. Будь здесь только Видящая, мне бы не пришлось забирать чью-то жизнь — если бы я могла хоть что-то ненавидеть, то выбрала бы именно это действо.

Я бесшумно прошла в сторону комнаты, из которой доносились голоса. И замерла на входе, рассматривая объект внимательнее: от силы лет десять, светлые волосы, кукольное личико и заразительный смех. Который, впрочем, быстро оборвался, когда девочка заметила меня.

— Нет, — она растерянно покачала головой. — Нет-нет-нет, ты не должна была приходить!

— Милая? — спросила женщина, которая, если судить по сходству, являлась её матерью. — Ты о чем?..