Не родные (СИ) - Джокер Ольга - Страница 30

— Сокурсник Назар пригласил меня в гости. Его родители улетели в Австрию на конференцию, дом свободен. Будем смотреть кино и есть пиццу.

— Вита… — вздыхает Кирилл.

— Что? Что-то не так? Я тебя не понимаю.

Кирилл крепко, до побелевших костяшек сжимает руль. Я усмехаюсь и продолжаю строить из себя дуру. Господи, как же сильно хочется, чтобы он меня остановил…

— Когда парень зовёт в гости девушку, это предполагает, что он планирует заняться с ней сексом.

— А, ты об этом? Я всё понимаю.

— Уверена в своём решении?

— Конечно уверена. Иначе бы не ехала, — огрызаюсь в ответ. — Ты был прав, с тобой ничего не получилось бы. Я была пьяна, ничего не соображала. К тому же, как оказалось, ты ужасно обращаешься с женщинами, а я хочу, чтобы мой первый раз прошёл ласково и нежно.

— Я?.. — удивляется Кирилл. — Грубо обращаюсь?

— Да. Бедная Лена! Я видела, как ты насильно удерживал её за волосы и заставлял делать все те грязные вещи…

— Никто никогда не жаловался, — отвечает серьёзно Кирилл.

— Они просто тебя боялись.

Кирилл молчит и о чём-то думает. В салоне такое напряжение, что кажется, вот-вот бабахнет. Я чувствую себя ужасно! Потому что запуталась, потому что много вру. Потому что ни за что не признаюсь, чего на самом деле хочу.

— Вон его дом, можешь тормозить, — тычу пальцем в первый попавшейся особняк.

На самом деле это не так. До дома Назара ехать и ехать, но я не могу так больше. Хочу выйти, освежиться и ещё раз подумать. Рядом с Кириллом совсем не те мысли в голову лезут.

— Эй, я сказала: останови… — прошу Самсонова.

Он блокирует двери, проезжает мимо. Я недоуменно смотрю на него и начинаю злиться. Что это значит? Что он себе позволяет?

— Я хочу выйти, услышь меня! Кирилл, я не маленькая девочка, хватит!

Самсонов продолжает давить на газ, лениво откинувшись на спинку сиденья.

— Я к тебе обращаюсь!

Вцепившись в руку Кирилла, заставляю его посмотреть на меня. Карие глаза лихорадочно блестят, ноздри широко раздуваются, а челюсти крепко сжаты.

— Почему ты не отпускаешь? Почему? Я же тебе не нужна, а ему — очень, — перехожу на крик, впиваясь ногтями в тёплую кожу Кирилла. — Останови машину и выпусти меня отсюда! Немедленно!

Слышится визг шин, Самсонов резко тормозит и снимает блокировку. Я свободна. Могу выйти, выполнить задуманное и перебить воспоминания о нём другим человеком.

Открыв дверь, спрыгиваю на асфальт. На улице дует сильный ветер. Волосы развеваются, я дрожу всем телом, кутаясь в куртку, и быстрым шагом иду в сторону нужного дома. За спиной при этом тишина. Кирилл остаётся стоять на месте, чёрт бы его побрал.

Глава 29

— Ты вся дрожишь, Ви, — произносит Назар, принимая мою куртку. — Замёрзла?

— Да, на улице очень ветрено и температура значительно снизилась.

— Сейчас я тебя согрею! Чай, кофе, вино?

— Чай, — натянуто улыбаюсь в ответ. — Просто чай.

Назар направляется на кухню, я иду следом за ним, рассматривая необъятных размеров особняк. Раньше казалось, что дом Владимира Степановича — это как минимум дворец, но в сравнении с поместьем Болотовых он выглядит куда меньше и скромнее. Признаться честно, понятия не имею, зачем столько комнат, если в доме живёт всего три человека. Но это не моё дело. Значит, людям так необходимо.

Интерьер выполнен в классическом стиле: светлая мягкая мебель, тёмно-коричневый паркет, пушистые ковры и пышные хрустальные люстры. Здесь всё продумано до мелочей — каждая картина или статуэтка.

— Тебе какой: чёрный или зелёный? — спрашивает Назар, минуя гостиную.

— Чёрный. Без сахара.

Он быстро управляется на кухне. Включает чайник, достаёт заварку и чашки. На сломанной ноге специальный фиксатор, но Назар без проблем ходит.

Я забираюсь на высокий стул, с благодарностью принимаю ароматно пахнущий чай и обхватываю кружку руками, чтобы согреться.

— У меня есть зефир и печенье. Будешь?

— Не откажусь.

— Не подумай, что мне жалко, — улыбается Назар. — Просто многих девушек это обижает. Типа «Как ты можешь, я же на диете! Хочешь, чтобы я стала толстой?».

— Нет, я не сижу на диете, — отвечаю, мотая головой. — Уже не сижу.

В средней школе, когда я чётко осознала, что многим крупнее девочек-одногодок, пыталась ограничивать себя в сладком, а также не употребляла жирное и копчёное, но это не давало никакого результата. Возможно, нужно было обследоваться в городе, но у мамы в тот период не было времени и возможностей. Отец тяжело болел и мучился, она только и успевала разрываться между работой, мной и мужем. Лишний вес не представлял смертельной угрозы, поэтому я отпустила ситуацию и надеялась на чудо.

Когда умер отец, это не стало неожиданностью, но страдала я при этом сильно. В организме произошёл какой-то сбой на нервной почве, и вес стал стремительно идти вниз. Тогда мать всполошилась и отвезла меня в город, где её утешили. Так бывает, я абсолютно здорова. Порой в человеческом организме могут случаться необъяснимые вещи.

— Тебе нечего сидеть на диетах, — усмехается Назар. — Бомбовая фигура. Я люблю, когда девушка тонкая и хрупкая. Не понимаю моду на огромные сиськи и задницы.

Поддакиваю и радуюсь тому, что одногруппник совершенно не в курсе, каким было моё прошлое. Вспоминать об этом стыдно, я бы ему не понравилась. Назар наверняка смотрел бы на меня ошарашенным взглядом, если бы увидел старые фотки.

Чуть позже он садится напротив и широко улыбается. Болотов симпатичный, даже очень. Светлые волосы до ушей, небесно-голубые глаза, белоснежная ровная улыбка и ямочки на щеках. Если вспомнить рассказы подруг, каким был их первый раз, можно сказать, что мне ещё повезло.

Маша лишилась невинности на школьной тусовке в трёхкомнатной квартире. Поначалу им с парнем казалось, что они одни, но затем гора курток пошевелилась и пьяный одноклассник, который временно отсыпался, встал с дивана. Он потом всем в деталях рассказал о произошедшем. И никто не смог защитить подругу от насмешек.

У Ани первый раз случился в романтической и красивой обстановке. Шампанское, свечи, шёлковые простыни. Правда, через два дня после случившегося, когда подруга успела по уши влюбиться, оказалось, что её возлюбленный давно женат и воспитывает детишек. Такого поворота Аня точно не ожидала. Она была разбита и долго приходила в себя.

Поэтому Назар и обстановка вокруг — далеко не самое худшее, что может быть.

— Как твоя нога? — интересуюсь у Болотова, когда он садится напротив.

— Лучше, но все равно устаю, когда много хожу.

— Ты не ходи много! Береги себя.

— Вита, скажу откровенно: мне безумно приятна твоя забота.

Назар накрывает мою руку своей ладонью, сжимает и проверяет, согрелась ли я. Да, после горячего чая стало куда лучше, больше не дрожу.

— Хочешь посмотреть дом? Пиццу вот-вот привезут.

Я киваю, встаю с места. Несмотря на протесты Назара, мою грязную посуду и следую за ним. Мы рассматриваем весь первый этаж, затем поднимаемся на второй. Размеры дома впечатляют. Последнее место, куда заводит меня Назар, — кабинет его отца. Тёмная мебель и стены, напольные механические часы и огромная картина с изображением бушующего моря и кораблей, которая висит в самом центре, над рабочим столом.

— Нравится? — спрашивает Назар.

— Да. Я никогда не была на море, но обожаю любоваться им на фотографиях, видео или картинах.

— Ого! Правда, что ли? Ни разу не была на море?

— Как-то не доводилось, но я надеюсь, что в ближайшее время получится это исправить.

— Уверен, что получится! Мы следующим летом вместе с друзьями собираемся по Крыму проехаться. Если захочешь — с удовольствием тебя возьмём.

— До лета ещё далеко, — улыбаюсь я. — Но спасибо за предложение.

Назар кивает, делает свет в отцовском кабинете ярче и подходит к картине. Что-то нажимает или вращает, и я слышу щелчок. Картина отодвигается в сторону, открывая взору массивную железную ячейку с кодовым замком, которая спрятана в стене.