Record of Long yu Feng saga(DxD) (СИ) - Димитров Роман Иванович - Страница 134

В этот момент Райзер ещё и вспомнил, как в одной из достоверных реальностей Кварту точно так же выгнали из Церкви за «еретическое знание правды». И там она относительно легко пережила это, в итоге оказавшись всё в той же свите младшей Гремори. Вне всякого сомнения, данная прирождённая носительница святых мечей имеет отлично адаптирующийся склад характера. Более того, под конец монолога девочка даже уже начала проявлять лёгкую заинтересованность происходящим, услышав упоминания своего имени и Церкви.

— Вы ведь… демоны? — Тихонько и почему-то слегка хрипло спросила Кварта, хотя до этого не кричала, не ревела в голос, и не делала прочих глупых вещей, из-за которых могла охрипнуть.

— Ну… да, есть такое. Не боишься? — Вроде как слегка сконфуженно убрал Фенекс ладонь с головы юной бывшей экзорцистки.

…И удивился, когда она самостоятельно схватила его руку, и, ничего не говоря, положила её обратно на голову, молчаливо прося продолжить.

— Мне всё равно. Для меня некие демоны… — Задумчиво начала отвечать Зеновия, небезуспешно пытаясь побороть апатию и подобрать правильные слова: — …своими поступками в последнее время показали себя человечнее некоторых людей.

— М. Ну да, бывает. — Покивал головой Райзер. — Слушай, а почему бы тебе не пойти в семью вот этой вот милой девочки-волшебницы?

— М-моу, как-то ты резок с ней, Райз-кун. — Выйдя из-за скамейки, молвила, очевидно, вышеозначенная девочка-волшебница, судя по косплей-костюму.

— Я… не против. Всё равно мне больше некуда идти. — Сказала Кварта после небольшой паузы на раздумья, после чего на минуту прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением неожиданной заботы, и лишь уже только после всего этого, собравшись с мыслями, отстранилась от мужчины, и попыталась встать со скамьи.

«Попыталась», а не «встала» — потому что встать не дали благополучно забытые в плане своего существования ножны с Экскалибуром, который из-за телодвижений девочки чуть не упал на землю. Наставник мечевого боя за такую оплошность в обращении с оружием на неё обязательно наорал бы. Однако, обошлось — успела подхватить в последний момент. Привлекая к мечу тем самым внимание двух демонов.

— Хм. Вот только что с этим святым мечом делать? Это ведь Экскалибур? — Отбросив шутливую несерьёзность косплейного образа, спросила то ли у Фенекса, то ли у самой себя, Серафол Левиафан, одна из владык демонов. — Небеса в последнее время совсем уже достали с жалобами на то, что Аду достаются все «плюшки».

— Это я беру на себя, Сера. — Неожиданно уверенно заявил Райзер. — Есть у меня мысли на этот счёт. Кстати, у неё ведь два меча, а не один. Стыдно такое не заметить, пусть второй и в пространственном кармане.

«Девочка-волшебница» правдоподобно сделала вид, что смутилась.

— Так вот… — Продолжил Фенекс. — Этот… Экскалибур Разрушения. Вероятно, его придётся отдать. А вот насчёт второго меча точно обломятся, обещаю. Ангелы ведь сами себе подложили свинью — почему бы этим и не воспользоваться?

— Мне нравится ход твоих мыслей, злобный-злобный Райзер-кун! — Со смешком согласилась на подобное предложение демоница, не замедлив после этого подать ладонь ответившей аналогичным образом Зеновии, сначала для рукопожатия, а затем и для упрощения переноса в преисподнюю.

Обстановка на первый, на второй, да и на десятый взгляд, как для места, в котором иногда ведутся переговоры между влиятельнейшими «потусторонними» сущностями с разрушительными потенциалами выше чем у некоторых слабейших богов… в общем, интерьер места для высочайших встреч никак не впечатляет. Да и не призван он был кого-либо впечатлить: тут в основном принимаются решения, которые никогда не будут озвучены на публику. Некоторые из решений строго компромиссны, и совершенно точно не вызвали бы фактом своего вступления в силу какие-либо удовлетворённые восторги «народных масс» что у одной, что у другой стороны. Такова уж суть улаживания глобальных конфликтов. Сейчас, правда, речь будет идти отнюдь не о чём-нибудь настолько серьёзном… однако судьба одного из осколков оригинального Экскалибура, что был перекован (осколок) в отдельный меч — тоже важный, в первую очередь для Церкви, вопрос. Не столько потому, что Экскалибур Разрушения слишком уж нарушает мировой баланс своей силой, сколько потому, что Экскалибуры — слишком знаковые мечи правосудия церковников. Для Небес, покровительствующих земной Церкви (речь в обоих понятиях, разумеется, именно о библейской мифологии) этот вопрос также важен, по той же причине, но уже из-за того что за счёт перехода владельца меча усиливаются в этот раз именно демоны, их вечные соперники и конкуренты. Почему на встречу с их двух заинтересованных сторон (которые в разговорах часто, и лишь отчасти обоснованно складывают в одну) должен сейчас прибыть именно ангел, а не какой-нибудь епископ — это тоже понятно: люди вспыльчивы, а церковники ещё и слишком фанатичны для размеренных переговоров с «противником», чтобы не начать буянить. Может, я и утрирую, да и наверняка в Церкви полно адекватных дипломатов и просто отличных ребят, но… ангелов в этом деле сложно перещеголять. Их выдержка и мягкость характера с убеждениями гарантируется Небесной Системой, оставшейся от библейского бога: впавший в неправедный гнев, или просто слишком сильно засомневавшийся в идеалах Небес, ангел падёт. Поэтому они все почти поголовно крайне рассудительны, неподкупны, чаще всего довольно дипломатичны, и обязательно преследуют идеалы, завещанные им их Отцом.

А окружающая обстановка слишком простая, да. Десяток современных офисных стульев с металлическими ножками, простой большой стол c рабочей поверхностью из пластика, пара столиков поменьше в углах помещения со стоящими на них горшками с цветами, пара-тройка настенных механических часов… и всё. Окон нет в целях безопасности — весь свет исходит от ламп дневного освещения. Всё сделано для того, чтобы прибывшие не ощущали себя с максимальным комфортом, дабы был соблазн задержаться тут подольше. Вместо этого обстановка будто бы мобилизует внимание и подталкивает к тому, чтобы побыстрее всё закончить и разойтись.

Ну так вот… сижу я за этим столом. Моё сопровождение стоит позади, прислонившись к стенке. И тут, вдруг, «внезапно» (на самом деле уже довольно ожидаемо и даже с небольшим опозданием) спереди меня, у другой стены, открываются появившиеся прямо из воздуха двойные золотые дверные створки, на секунду почти что ослепив исходящим из поначалу появившейся щели светом. Стоило мне нормально проморгаться, и моему взору предстала весьма, весьма приятная картина. Ведь вживую она производит даже ещё более неизгладимое впечатление, чем «во снах».

— Мои вам приветствия, Райзер Фенекс! — По-доброму непосредственно и экспрессивно, подняв ладошку вверх и помахав ей в приветственном жесте, поздоровалась серафим Габриэль. — Прости-прости за ожидание!

На менее формальное «ты» девушка перешла моментально, стоило ей оценить мой внешний вид и реакцию. Всё-таки она почти настолько же опытна как и Михаил с Азазелем. Встаю, и пытаясь привести эмоции и лицо «в порядок», здороваюсь в ответ, предлагая присесть.

Она… ослепительна. В переносном смысле… но думаю, если надо, может и в прямом тоже, раз все ангелы со светом на «ты». Воистину, Библейский кропотливо создал настоящее чудо красоты, к которому мало кто способен (вернее, «способна») подобраться из рождённых естественным путём, с прохождением через случайный спин «рулетки» из генов, отвечающих за внешность. Простите, Риас, Ясака, но это так, и я лишь с огромным трудом и сильно покривя сердцем смогу оспорить этот факт в вашу пользу. Но если вы когда-нибудь прочитаете эту запись, то знайте, что лично для меня вы всё равно остаётесь лучшими.

Идеальные пропорции и формы тела, от некоторых частей которого невозможно оторвать взгляда. Так и манящие пройтись по ним ладонью шелковистые волны волос нежного песочного оттенка. Добрейшее лицо, столь милая «беспомощная» улыбка, что сердце на миг замерло от её созерцания, а голубые глаза цвета ясного летнего неба почти на полном серьёзе своим видом угрожают мне утонуть в них без остатка. Чёлка волос скреплена сбоку заколкой с лилией в натуральную величину, лоб горизонтально пересекает тонкая золотая диадема с небольшим искусно выполненным расширением по центру, чем-то отдалённо напоминающим фигурный флёр-де-лис.