Замужем с утра - Клейпас Лиза - Страница 9

– Мариетта Ньюбери?!

– Да, – кивнула Амелия. – А что с ней не так?

– У нее ужасные зубы.

– А как насчет Изабеллы Чаррингтон?

– У нее мать мегера.

– Леди Блоссом Тремейн?

– Кошмарное имя.

– Ради бога, Лео, бедняжка не виновата, что ее так назвали.

– А мне все равно. Я ни за что не женюсь на женщине по имени Блоссом. Каждую ночь меня будет преследовать чувство, что я зову корову. – Лео раздраженно закатил глаза к потолку. – Я мог бы с тем же успехом взять в жены первую встречную девицу. Не попытать ли мне счастья с Маркс?

Повисла неловкая пауза.

Почувствовав, что взгляды всех Хатауэев обращены к ней, скромно сидевшая в углу комнаты Кэтрин медленно подняла голову. Глаза ее за стеклами очков стали огромными, лицо залилось краской.

– Это не смешно, – гневно бросила она.

– Превосходное решение, – насмешливо возразил Лео. Негодование Кэтрин лишь подзадоривало его. – Мы вечно спорим, препираемся и терпеть друг друга не можем. Такое чувство, что мы уже женаты.

Вскочив на ноги, Кэтрин смерила Лео яростным взглядом:

– Я бы никогда не согласилась стать вашей женой.

– Хорошо, я ведь не просил вас выйти за меня. Я лишь высказывал предположение.

– Впредь не упоминайте моего имени, когда высказываете предположения! – Кэтрин выбежала из комнаты, оставив Лео смотреть ей вслед.

– Знаете, – задумчиво произнесла Уин, – пожалуй, нам нужно дать бал.

– Бал? – Меррипен недоуменно вскинул брови.

– Да, бал. Мы пригласим всех подходящих молодых женщин, каких только знаем. Возможно, одна из них привлечет внимание Лео, и он начнет за ней ухаживать.

– Я не собираюсь ни за кем ухаживать, – возмущенно огрызнулся Лео, но никто и бровью не повел.

– Мне нравится эта мысль, – поддержала сестру Амелия. – Бал, посвященный охоте за невестой.

– Точнее сказать, – сухо заметил Кэм, – бал, посвященный охоте за женихом. Поскольку добычей будет Лео.

– Прямо как в сказке про Золушку, – восторженно воскликнула Беатрикс, – только без прекрасного принца.

Желая охладить разгорающиеся страсти, Кэм предупреждающе поднял руку:

– Потише, успокойтесь. Если так случится, что у нас, не дай бог, отнимут Рамзи-Хаус, мы сможем построить новую усадьбу на оставшейся части владений.

– Строительство будет тянуться целую вечность и обойдется нам в огромное состояние, – возразила Амелия. – Вдобавок это отнюдь не то же самое. Мы потратили слишком много времени на восстановление усадьбы, вложили душу в этот дом.

– Особенно Меррипен, – тихо добавила Уин.

Меррипен устало пожал плечами:

– Это всего лишь усадьба.

Но все они знали, что Рамзи-Хаус не просто сооружение из кирпича и извести. Усадьба стала их домом. В этих стенах родился сын Кэма и Амелии. Здесь поженились Уин с Меррипеном. Рамзи-Хаус во всем своем небрежном очаровании был неотделим от семьи Хатауэй.

Лео понимал это лучше всех остальных. Как архитектор, он хорошо знал, что некоторые дома обладают собственным характером, и это невозможно объяснить одними лишь особенностями постройки. Рамзи-Хаус был разрушен и восстановлен. Стараниями Хатауэев из заброшенных руин он превратился в прекрасный счастливый дом. Будет настоящим преступлением, если из-за какой-то хитроумной юридической уловки их семью выселят, а в усадьбу въедет пара женщин, не вложивших в нее ни капли своей души.

Бормоча про себя проклятия, Лео взъерошил пальцами волосы.

– Я хочу взглянуть на развалины старого замка, – сказал он. – Меррипен, как лучше всего туда добраться?

– Точно не знаю, – признался Меррипен. – Я редко забираюсь так далеко.

– Я знаю, – вмешалась Беатрикс. – Мы с мисс Маркс ездили туда верхом, рисовали развалины. Они довольно живописные.

– Не хочешь съездить туда со мной? – спросил Лео.

– С удовольствием.

– Зачем тебе смотреть на эти развалины? – недовольно нахмурилась Амелия.

Лео улыбнулся, зная, что эта усмешка всегда выводила Амелию из себя.

– Чтобы снять мерки для штор, разумеется.

Глава 6

– Черт, гром и молния! – воскликнула Беатрикс, вбегая в библиотеку, где ее дожидался Лео. – Я не могу поехать с тобой к развалинам старого замка. Я только что проведала Лаки, она вот-вот родит. Нельзя оставлять ее в такую минуту.

Лео насмешливо улыбнулся, вернув книгу на полку.

– Кто такая Лаки?

– О, я забыла, ты с ней не знаком. Это трехногая кошка, принадлежавшая прежде сыровару из нашей деревни. Бедняжка потеряла лапку, угодив в капкан для крыс. Теперь Лаки почти не ловит мышей, и сыровар отдал ее мне. Он даже не удосужился дать ей имя, представляешь?

– Учитывая, что случилось с кошкой, имя Лаки[3] не слишком-то ей подходит, как по-твоему?

– Я подумала, что это имя, возможно, изменит к лучшему ее судьбу.

– Уверен, так и будет, – весело кивнул Лео.

Стремление Беатрикс помогать несчастным, обездоленным созданиям всегда трогало, но вместе с тем и тревожило остальных Хатауэев. Все признавали, что младшая сестра – самая большая чудачка в семье.

На светских раутах в Лондоне Беатрикс неизменно пользовалась шумным успехом. Она была хорошенькой девушкой, настоящей красавицей с голубыми глазами, темными волосами и высокой, стройной фигурой. Джентльмены, околдованные ее юностью и очарованием, не догадывались, что тот же живой интерес она испытывала к ежикам, полевым мышам и непослушным спаниелям. Когда приходило время всерьез задуматься о женитьбе, мужчины неохотно покидали обворожительную Беатрикс ради менее самобытных молодых особ. С каждым новым светским сезоном шансы Беатрикс на успешное замужество все быстрее таяли.

Но казалось, юную сумасбродку это нисколько не волновало. В свои девятнадцать, почти двадцать лет она еще ни разу не влюблялась. Все Хатауэи сходились во мнении, что лишь немногие мужчины смогли бы понять Беатрикс и вынести ее причуды. Страстная и непостижимая, как сама природа, она жила, не задумываясь об обычных правилах.

– Иди, позаботься о Лаки, – мягко проговорил Лео. – Думаю, я и сам без труда найду эти развалины.

– О нет, ты не поедешь один, – запротестовала Беатрикс. – С тобой поедет мисс Маркс. Я все устроила.

– Вот как? И она согласилась?

Прежде чем Беатрикс успела ответить, в библиотеку вошла Кэтрин. Изящная амазонка обтягивала ее стройную фигуру. Светлые волосы, туго заплетенные в косу, были уложены на голове высокой короной. Под мышкой она держала альбом для рисования. При виде Лео, одетого в сюртук для верховой езды, тесные бриджи и потертые сапоги, Кэтрин резко остановилась. Ее настороженный взгляд метнулся к Беатрикс.

– Почему вы не надели амазонку, дорогая?

– Простите, мисс Маркс, – виновато пробормотала Беатрикс. – Я не могу поехать. Мне нужно остаться с Лаки. Но это даже к лучшему… вы покажете Лео дорогу не хуже меня. – Она одарила Кэтрин и Лео солнечной улыбкой. – Сегодня чудесный день для прогулки верхом, не правда ли? Желаю вам приятно провести время! – И она весело упорхнула из комнаты.

Кэтрин нахмурила тонкие брови, глядя на Лео:

– Зачем вам вздумалось посещать развалины?

– Я лишь хотел взглянуть на них. Тьфу, пропасть! Почему я должен перед вами отчитываться? Если вы боитесь ехать со мной одна, просто откажитесь, и дело с концом.

– Боюсь вас? Ничего подобного.

Лео жестом указал на дверь, издевательски пародируя учтивость:

– Только после вас.

Поскольку Саутгемптонский и Портсмутский порты исстари имели важное стратегическое значение, в Гэмпшире насчитывалось немало древних замков и живописных развалин, оставшихся еще со времен саксов. Лео знал, что на его землях сохранились руины древнего замка Рамзи, но так и не собрался их осмотреть. Заботы об угодьях, расчеты ренты и налогов, встречи с арендаторами, заготовка леса и архитектурные заказы, которые Лео изредка брал, не оставляли времени для праздных прогулок.