История одного заклятия (СИ) - Антоник Татьяна - Страница 23

— И у тебя совсем никаких подозрений? — вкрадчиво спросил он.

Тут пришлось немного слукавила. Подозрения, конечно, были. Но вместе с тем, они расходились. Я все также грешила на Мэйферов, что это они расшатывают трон короля и делают козни его верному вассалу. Но если объяснюсь, придется выдавать и себя.

— Нет, мой лаэрд, — подняла глаза на него.

Он тут же уцепился за последние слова.

— Уже так? Твой лаэрд?

Я смутилась.

— Прости, я видимо забылась. Давай готовиться ко сну, — указала я на две скамейки в большом зале с печкой и обеденным столом.

— А где будешь ты?

— Пойдем, покажу, — встала я, — это была моя комната.

Мы прошли в смежную дверь. Этот домик небольшой. Всего три помещения и прихожая.

Я обвела взглядом такое родное мне место. Пыль, пустота, уже почти истлевшие пучки трав на окне. Рядом с топчаном валялись книги, хорошо бы все это забрать, тогда они были настоящим сокровищем для меня.

Пока я предавалась воспоминаниям, Рамзи приблизился ко мне вплотную. Очень близко.

— Расскажи, как ты попала сюда? — его тихий голос поднимал по моей шее и ключицам волну мурашек.

Я развернулась к нему, но все равно мы находились совсем рядом. Почему-то шепотом начала рассказывать.

— Когда стала ведьмой, бежала сюда с наставником. Не все кланы привечают ведьм, — грустно улыбнулась.

— Наставником? Разве ведьму не натаскивает такая же ведьма.

Я пожала плечами.

— В моем случае нет. Я много времени провела здесь, а он таскал ото всюду книги, какие мог найти. По ним и училась.

Маклин оглядел валявшиеся томы.

— И все по ним?

— Это же зачарованный лес, — прикрыла глаза, — здесь духи эльфов, природа, все общается с тобой. Я слишком много времени провела в этом месте и тоже впитала силу. И чувствуя Чаролесье, смогла правильно познать ведьмовство. Возможно правильнее, чем любая другая колдунья. На меня не влияли, не делились мнениями, в вопросах магии я сама по себе.

— Это очень чувствуется, — неожиданно, кончиками пальцев он провел по щеке, заставляя мое сердце биться чаще, а дыхание сбиваться.

Мы оба потянулись к друг другу. И вот его губы коснулись моих. Рамзи умело вел меня за собой, я плавилась в руках воина. Одной рукой он придерживал мою талию, а второй взъерошил волосы. По коже словно побежали молнии.

Первый поцелуй был вынужденный и любопытный, осторожный. Второй был требовательный и властный, когда мужчина увидел меня вместе с Бойдом. А сейчас……..сейчас я как никогда понимала слова лаэрда о том, что с большей практикой приходит куда большее удовольствие.

Внезапно Рамзи отстранился.

— Прости, Кэйти, — завел одну сбившуюся прядь мне за ухо, — я бы никогда не хотел это останавливать, но моего самоконтроля может не хватить.

— О чем ты?

Он красноречиво уставился на топчан, где я хотела расположиться.

Я вся вспыхнула. Он увидел мой алый цвет лица и поднял подбородок, заставляя посмотреть в глаза.

— Ты так мило смущаешься, что не представляю, как можно оставить эту комнату.

Я мотнула головой.

— Тогда тебе пора, — улыбнулась я немного грустно.

Отпускать мужчину не хотелось.

— Подожди, — остановился он и переплел свои руки с моими, — я хотел сказать еще кое-что.

— Да, — рассеянно отвечала я, раздумывая о том, что может означать такой теплый жест.

— После того, как вернемся в клан, я бы хотел ухаживать за тобой.

Я распахнула глаза пребывая в шоке.

— У-у-ухаживать? — не сразу выговорила.

— А что тебя смущает? — забеспокоился лаэрд, — Ты же видишь, что не безразлична мне, а я точно знаю, что и я тебе нравлюсь.

— С чего бы это? — пробормотала я.

— Все понятно по поцелуям, Китти.

— Но ухаживать? Ты же знаешь, что я хотела отправиться к Синклерам.

— Что в том клане держит тебя? Ты можешь постоянно приходить в Чаролесье, здесь никто ограничивать не станет. Как я понял, семьи у тебя нет, а там только призрачная надежда, что ты приживешься.

Я закусила губу. Признаваться себе, что я хотела бы остаться на землях Маклина, я не хотела. И брат…..сколько я его не видела? Нет, я не могу.

— Прости, Рамзи, — я вся поникла, сжалась. — Я покину вас, когда мы вернемся.

— Мы еще поговорим, Кэйтилин, — не принял мой отказ лаэрд.

Он тихо вышел, оставив меня наедине со своими мыслями. Я скинула на сколоченную кровать плащ, подаренный Мэйси, и почти сразу заснула.

Посреди ночи меня подняло странное щемящее и тревожное чувство. Мне показалось, что древние духи Чаролесья призывают меня куда-то.

Накинув все ту же накидку, которую стелила на топчан, я осторожно, на цыпочках пробралась через комнату, где отдыхали мужчины. Уверенна, что сон их чуткий, в силу огромной ответственности и постоянной опасности вокруг, но ни один меня не услышал, не поднялся.

Значит чаща ждет меня одну. Когда-то давно я такое уже испытывала — в день, когда совладала с магией, инициировалась, поняла что моя сила — лечить людей и животных, обезболивать раны, выхаживать от болезней. В тот день ветер и шепот духов, который он приносил, привели меня в самый эпицентр этого священного места. И сейчас меня манит туда же.

Я все дальше уходила в самую глушь. Ведьмы — преемницы эльфов, их дети. У нас есть привилегия — зайти в Чаролесье и чувствовать каждый дорожку, знать, что за ней будет, осязать любое движение. А еще магическим образом преодолевать любое расстояние. Центр королевства Андмарра — это и центр зачарованного леса. Земли Рамзи находились намного севернее, в горах. Столица Белсхилл находилась в противоположной стороне. Я же за час преодолела расстояние, которое другой путник перейдет за несколько недель. Так играет лес с нами. Я никогда точно не смогла бы сказать, где находится этот домик, где я прожила с шестнадцати лет, в котором сегодня встретили ночь король и его верный лаэрд, но точно чувствовала дорогу к нему, с какой бы стороны страны не заходила.

Практически в трансе, в забытье я дошла до самой середины чащи. Это был широкий круг из каменных валунов. Больше чем в человеческий рост, камни поставлены друг на друга так, что все строение напоминает огромные арки, соединенный между собой. А в середине этого круга — алтарь. Даже не каждая колдунья здесь побывала, а я уже второй раз.

По старым преданиям, передававшимся от ведьмы к ведьме, а его мне рассказала мама, богиня Многоликая встретила здесь смерть от руки своего возлюбленного, будучи еще смертной. Мужчина убил юную деву в порыве ревности и ярости, и жалел об этом остаток жизни. Эльфы воскресили девушку еще более древней магией, сделали хранительницей всего живого, а убийцу наказали — он стал злым богом Мехлиосом. До сих пора оба влюбленных хотели бы соединиться. Но Многоликая помнит ту боль, которую он причинил и ценит дар от эльфов. А Мехлиос не может утихомирить гнев и злобу.

Я заметила голубые огоньки в каждой арке, они необычно сияли, паря в воздухе.

«Почему я здесь? Что меня ждет»? — закрались невольные мысли.

Я все никак не могла решиться, чтобы войти в каменный круг.

— Проходи, дитя мое, — услышала женский голос оттуда.

— Кто здесь? — пыталась всмотреться между камней. Но темнота не давала это сделать. Виден лишь силуэт.

— Если не зайдешь — не узнаешь. Это же твой родной дом. Разве может случится зло, когда по Чаролесью идет хозяйка?

Хозяйка? Там хозяйка? Может и вправду случилось чудо и Многоликая услышала наши молитвы.

Я вошла в арку и как-будто бы пересекла невидимую границу.

— Здравствуй, Кэйтилин, — около каменного алтаря стояла незнакомая мне женщина. Но я не была уверенна, что она человек.

Больше похожа на эльфа, если судить по древним описаниям. Золотистые длинные волосы спускавшиеся легкими кудрями почти до пят. Сияющая белоснежная кожа без изъянов. Она красива — зеленые глаза цвета мха, вздернутый носик, алые губы — точно кукла, подаренная девочке на праздник, но вместе с тем во взгляде много мудрости и боли. По такой женщине не понять сколько ей лет. На лицо молода, но прожитый опыт накладывает свой отпечаток. А еще у нее были заостренные ушки. Я сразу обратила на это внимание. Неужели в мире остался эльф?