Школа боевых фрейлин (СИ) - Русакова Татьяна - Страница 29

Из ванной я вышла в воинственном настроении, с замытым платьем в руках и непримиримым выражением на лице. И от неожиданности замерла на пороге, разом забыв о своих обидах. Потому что Берн был не один.

 - Ваше высочество, - растерянно склонилась я перед принцем. В первый и последний раз мы виделись на балу, когда танцевали «Весну».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Литто ли Райо смерил меня нечитаемым взглядом, особо остановившись на мокром платье в моих руках.

 - Вот оно что, - задумчиво произнёс принц, переводя холодный взгляд на Берна. – Признаюсь, я был очень удивлён, когда матушка запретила мне трогать эту птичку. Но я и предположить не мог, для кого её берегут…

 - Остановись, Литто! – посоветовал Берн. – Ты ведь знаешь, я не буду терпеть твои намёки!

 - Какие уж тут намёки? – удивился принц. – Когда я вошёл, ты надевал штаны, а девушка в ванной замывала своё платье!

 - Мы просто раздавили турс! – поморщившись, как от зубной боли, произнёс Берн.

 Я так и вовсе потеряла дар речи, представив, как всё это выглядело со стороны. Краска бросилась мне в лицо.

 - Так это теперь называется? – не унимался принц. – Не думал, что ты так искусен в любовных играх! Не возьмёте ли меня третьим, прекрасная гарси?

Берн шагнул вперёд. Движение было замедленным, растянутым по времени, или это время для меня изменилось? Потому что я поняла, что сейчас произойдёт непоправимое, и только я могу это предотвратить.

 - Нет! – крикнула я Берну, но едва услышала себя. – Эйзио! – прошептали мои немеющие от ужаса губы.

Я видела, как остановился тера, скованный в своём смертельном ударе, безрезультатно пытаясь пошевелиться, а принц дёрнулся и осел к его ногам.

Я быстро шагнула к нему и, присев, потрогала пульс на шее. Жив! Слава богам, я успела вовремя. Даже сейчас, понимая, что обошлось, я не могла до конца избавиться от видения – бледное, запрокинутое лицо мёртвого принца, кровь на его одежде, и бледный непонимающий Берн рядом.

Я взглянула на тера и сделала быстрое движение рукой, освобождая мужчину. Тот дёрнулся и выругался, глядя на тело у своих ног.

 - Нужно вынести его, пока не пришёл в себя, - подсказала я.

 Берн кивнул и склонившись, поднял его высочество, непочтительно перекинув через плечо.

 - Жди меня здесь! – приказал тера. – Закройся и никому не открывай. Поняла?

Я молча кивнула.

Берн раскрыл портал и шагнул в туманное марево.

Он вернулся довольно быстро. Я взволнованно метнулась к нему навстречу.

 - Всё нормально, - мрачно произнёс тера. – Его величество нашли в саду у фонтана. Он ничего не помнит.

 - Это опасно! – воскликнула я. – А если бы там оказались люди?

 - Не оказались же, - Берн коротко посмотрел на меня. – В любом случае, тебе нельзя здесь оставаться. Литто упорный, и скоро вспомнит, куда шёл. Собирайся. Мы уезжаем.

 - Куда? – растерянно спросила я.

 - В охотничий домик. Это недалеко, но безопасно. Там нам никто не помешает.

 - А как же…моё дежурство? Разве я не должна быть во дворце, под рукой у королевы?

 - Королева в курсе, где тебя искать. А больше никому знать не обязательно.

Мне не потребовалось много времени, чтобы собраться. Берн же забрал только самые необходимые книги, и скоро мы снова шагнули в портал, ведущий к моему новому жилью.

Глава 29

Охотничий домик оказался вполне себе полноценным домом комнат на двадцать. Я вздохнула с облегчением – близился вечер, и здесь мне, кажется, не грозило ночевать в одной комнате с мужчиной. Однако, обойдя все комнаты, Берн выбрал смежные – самые маленькие из всех, но всё же куда более просторные, чем наши спальни во дворце.

Я завороженно смотрела, как он в одно мгновение очистил комнату от накопившейся пыли, пустив небольшой смерч, деловито прошедшийся по всем предметам. Прозрачная воздушная воронка быстро темнела, напитываясь втягиваемой пылью, и на выходе небольшое торнадо было уже тёмным и непроницаемым, как ночь. Упокоился этот магический смерч в обычном ведре для мусора, и Берн для надёжности плотно закрыл его крышкой.

 - Спасибо! – восторженно произнесла я. – А можно, я поставлю свежие цветы? Я видела возле дома розы…

 - Только после того, как уберёшь свою комнату.

 - Как…а разве это…

 - Эта комната моя, - Берн швырнул в угол свой баул с вещами и толкнул дверь, соединяющую наши комнаты. – Прошу.

 - Но я…не умею! – возмутилась я. – Дайте хотя бы ведро и тряпку!

 - Ты не доверяешь магической уборке? – удивился Берн. – Давай-ка не ленись. Открывай учебник, вон ту синюю книгу. Закладка на месте? Читай и начинай.

Я вздохнула, смиряясь. После волнений последнего часа во мне неожиданно проснулся сильнейший голод, но было понятно, что я не получу еды, пока Берн не добьётся своего.

Через двадцать минут моя недавно уютная комната порядком подрастеряла свою привлекательность. Нет, у меня получилось активировать заклинание, и смерч даже засасывал пыль, но был таким слабым, что хирел и рассыпался в самых неожиданных местах: на узорном светлом покрывале кровати, на столе и даже в воздухе, щедро засыпая все предметы и меня мелкой противной пылью.

Я едва не плакала. Хотелось принять ванну, чтобы смыть пыль, засыпавшуюся за шиворот, отдохнуть и перекусить.

Через полчаса моих мучений появился Берн, оценил критическим взглядом результаты моих стараний и сказал:

 - В таком хлеву невозможно жить.  

 - Я стараюсь! – обиделась я.

 - Повелевай! – напомнил Берн. – И не допускай мыслей о том, что, выдай я тебе тряпку, ты бы уже убрала комнату. Королевские фрейлины – не служанки.

Я сердито отвернулась и продолжила свои мучения.

Спустя ещё пять минут, Берн задумчиво сказал, стряхивая пыль с рукава:

 - Нда, уборка затянулась. Пойду-ка я ужинать.

 - Я тоже хочу есть! – возмутилась я.

 - Голодание полезно для фигуры, - цинично заметил тера. – Кроме того, королевские деграски должны уметь терпеть невзгоды, - он гибко поднялся и направился к выходу.

 - Я могу убрать комнату позже! – сердито крикнула я.

Берн насмешливо обернулся, бросив:

 - Вряд ли у тебя получится, - и вышел.

Я сжала кулаки, заставив себя дышать ровно. Это несправедливо! Он должен учить меня, а не наблюдать за тем, как я мучаюсь! Схватив книгу, я нашла взглядом нужные строки. Ничего не понимаю! Я ведь всё делаю правильно, говорю нужные слова! Что со мной не так? Может, это руки какие-то не такие?

Швырнув на стол том, я подняла к глазам ладони и замерла. Кисти моих рук слабо светились. Кончики пальцев пульсировали, наливаясь тяжестью. Медленно, словно во сне, я повернула их вниз, распрямила пальцы и повела руки в стороны.

 Нет, под моими ладонями не взметнулся пылевой смерч, но грязная дорожка, испортившая светлое покрывало, растворилась на моих глазах. Мгновением позже очистился рукав моего платья, засиял первозданной чистотой стол. Повинуясь плавным движениям моих рук пыль исчезала, как будто её и не было! И я при этом ничего не говорила, никаких заклинаний!

Берн, заглянувший ко мне из соседней комнаты, замер на пороге.

 - Что это…ты… - кажется, тера от изумления потерял дар речи.

 - Убираюсь, - с достоинством ответила я.

Кажется, он высказался не совсем прилично, а после вдруг засмеялся.

 - Всё, - сказала я, стряхнув кисти рук.

Отсмеявшись, Берн сказал:

 - Ну уж если у меня не получается тебя научить, может быть, ты научишь меня, как ты это делаешь? – и не отстал, пока я подробно не рассказала, что чувствовала, как именно держала руки, не применяла ли каких-нибудь словесных формул.

 - А вы оставили мне хоть что-нибудь поесть? – жалобно спросила я в надежде приглушить его исследовательский азарт.

Куда там! Берн лично проводил меня до следующей пустующей комнаты и заставил наглядно показать, как и что я делала. После этого он не хуже усы Нагол проверил чистоту  белым платком. Платок остался белоснежным.