Элрик: Лунные дороги - Муркок Майкл - Страница 83

– Я действительно явился из Ада, сударыня, но не напрямую, и если бы ваш супруг уже находился там, то и меня бы здесь не было.

– Меня интересует лишь одно: где мой муж?

Он пожал плечами и показал на щит индейцев какатанава.

– Это, без сомнения, поможет, но, скорее всего, и вас тоже убьют.

– Они собираются убить моего мужа?

– Вполне возможно. Однако, говоря «тоже», я имел в виду прежде всего себя. Какатанава ненавидят меня и Гейнора, но интересы Гейнора меня больше не занимают. Наши пути разошлись. Я пошел вперед, он – назад. Теперь я скорее сторонний наблюдатель. – Его лицо, похожее на череп, несколько оживилось.

– Уверена, сюда вы пришли не по зову сердца и не из христианского милосердия, герр Клостергейм.

– Нет, мадам. Я пришел предложить вам союз. Вы когда-нибудь слышали о герое по имени Айанаватта? О нем писал Лонгфелло. По-английски это звучит как «Гайавата». Если не ошибаюсь, его имя упоминается в стихотворениях местных поэтов.

Разумеется, я читала почти забытую ныне, но обладающую гипнотическим воздействием поэму Лонгфелло. Однако в нынешнем настроении мне не хотелось обсуждать шедевры классической американской литературы. И я, должно быть, сообщила об этом, качнув дулом ружья. Клостергейм поднял костлявую руку.

– Уверяю вас, я ни в малейшей мере не издеваюсь. Позвольте преподнести это по-другому.

Он поколебался. Я понимала, перед какой дилеммой стоят все существа, наделенные даром предвидения, или же все те, кто побывал в будущем и видел последствия некоторых действий. Даже обсуждая будущее, мы создаем новую «брану», другую ветвь великого древа мультивселенной. В свою очередь, это творение может изменить планы говорящего, с которыми он явился в другой мир. Поэтому мы обычно очень осторожно сообщаем о том, что знаем. Большинство наших предсказаний звучат так же туманно, как кроссворды газеты «Гардиан».

– Вы знаете, где сейчас Гейнор?

– Думаю, да – учитывая наши с вами теперешние обстоятельства и, разумеется, его, – с привычной осторожностью проговорил он.

– И где же?

– Он может быть там, где находится ваш супруг, – повисла неловкая, но весомая пауза.

– Значит, это были люди Гейнора?

– Отнюдь, сударыня. По крайней мере, так я предполагаю. – Он снова помолчал. – Я пришел предложить вам союз. Подозреваю, вам он даже нужнее. Я ничего, разумеется, не могу гарантировать…

– То есть вы хотите, чтобы я поверила тому, кто, по его же словам, служит Отцу лжи?

– Мадам, у нас общие интересы. Вы ищете своего мужа, а я, как всегда, ищу Грааль.

– Мы не владеем Святым Граалем, герр Клостергейм. Мы даже больше не владеем домом, где он предположительно находился. Неужели вы не заметили, что Восточная Европа теперь находится под защитой Сталина? Может быть, волшебная чаша теперь тоже в руках этого недоучки-священника?

– Сомневаюсь, мадам. Я верю в то, что ваш супруг и Грааль каким-то образом связаны, и если я найду его, то найду и то, что ищу. Разве ради этого не стоит заключить союз?

– Возможно. Тогда скажите мне, как я могу найти мужа и его похитителей.

Клостергейм не собирался выкладывать информацию. Он какое-то время думал, а затем махнул в сторону круглого предмета.

– Этот чародейский щит приведет вас туда. Вам ведь понятно по его размеру, что он нездешний. Если вы поможете ему вернуться туда, откуда он пришел, то, возможно, он возьмет вас с собой.

– Зачем вы все это мне говорите? Почему сами не воспользуетесь щитом?

– Мадам, я, увы, не обладаю вашими способностями и навыками, – сухо, почти с издевкой ответил он. – Я обычный смертный. Даже не демон, мадам. Творение дьявола, знаете ли. Душа, проданная в рабство. Иду куда велят.

– Мне кажется, я помню, что вы восстали против Сатаны. Похоже, разочаровались в нем?

Лицо Клостергейма потемнело. Он поднялся с кресла.

– Моя духовная жизнь вас не касается. – Он взглянул прямо в дуло дробовика и пожал плечами. – У вас есть возможность пойти туда, куда нужно мне.

– Вам нужен проводник? Хотя я понятия не имею, куда забрали Улрика? И знаю даже меньше, чем вы?

– У меня нет вашего дара, – произнес он тихо, играя желваками. – Графиня, мне нужна помощь вашего супруга. – Он словно боролся сам с собой. – Полагаю, пришло время примириться.

– С Люцифером?

– Возможно. Я восстал против своего хозяина, а он, в свою очередь, тоже восстал против своего господина. Я с трудом понимаю эту манию солипсизма и как она возникла. Полжизни мы провели, размышляя о Боге и природе зла. Теперь же владения Сатаны по всей мультивселенной неуклонно сокращаются.

Звучало не слишком оптимистично.

Клостергейм со своим странным извращенным благочестием, кажется, совершенно сошел с ума. Задолго до того как решить выйти замуж за Улрика, я прочла историю его семьи. Добрая половина всех фон Беков сталкивалась со сверхъестественным и либо отрицала его, либо не верила. Сравнительно недавно обнаружили рукопись, что-то вроде родовой летописи, написанную своеобразным почерком на старом немецком языке, но власти Восточной Германии, к несчастью, отправили ее в государственный архив, и мы так и не получили возможность с ней ознакомиться. Говорили, что ее содержание слишком опасно, чтобы его публиковать. Однако мы понимали: она каким-то образом связана со Святым Граалем и дьяволом.

Клостергейм вновь указал на чародейский щит:

– Щит отведет вас к супругу, если, конечно, он еще жив. Мне требуется не проводник, а ключ. Я не умею путешествовать между мирами так легко, как вы. Мало кто на это способен. Я дал вам всю информацию, которую мог, чтобы найти графа Улрика. Он не обладает тем, что мне нужно, но может достать это для меня. Я надеялся, что у него есть ключ.

Я начинала терять интерес к разговору. Решила, что попытаюсь воспользоваться чародейским щитом какатанава. Возможно, следовало вести себя осторожней, но мне отчаянно хотелось последовать за Улриком, и я готова была поверить во что угодно, лишь бы найти его.

– Ключ? – нетерпеливо спросила я.

– Есть и другой способ попасть в мир, куда его забрали. Что-то вроде двери. Возможно, она находится на острове Морн.

– И каким образом Улрик мог бы помочь вам?

– Я надеялся, что дверь в тот мир на Морне, а ключ от двери у вашего супруга. – Он выглядел разочарованно, словно в конце долгого путешествия он так ни к чему и не пришел.

– Уверяю вас, нет у нас никаких таинственных ключей.

– У вас есть меч, – сказал он без всякой надежды. – Черный меч.

– Насколько мне известно, он тоже в руках властей Восточной Германии.

Он посмотрел на меня в полном смятении.

– Он на Востоке?

– Если, конечно, им не завладели русские.

Клостергейм нахмурился.

– Тогда я зря вас потревожил.

– В этом случае… – Я указала дробовиком на дверь.

Он кивнул и направился к выходу.

– Премного вам обязан, мадам. Желаю всего хорошего.

Я с отвращением глядела, как он открывает дверь и уходит, все еще находясь в каком-то тумане. Пошла следом и увидела, что он садится в такси. Это был тот же самый водитель, что привез нас из Инглиштауна. Меня вдруг осенило, я попросила его подождать и зашла внутрь. Торопливо нацарапала короткую записку детям, вышла и попросила водителя отправить ее по почте вместо меня. Когда Клостергейм сел в машину, водитель радостно помахал. Он не почувствовал ни дуновения чего-либо сверхъестественного, ни моего душераздирающего напряжения из-за того невозможного решения, что мне предстояло принять.

После того как они уехали, я вернулась домой и взяла чародейский щит. Меня не интересовали ни амбиции Клостергейма, ни коллизии, в которые он был замешан. Имела значение лишь информация, которой он поделился. Я была готова рискнуть всем, чтобы щит отвел меня к мужу.

Словно в трансе, я вынесла его наружу; порывистый ветер пытался выдрать щит из моих рук, пока я спускалась к пристани. Я сняла верхнюю одежду, бросила щит в воду и, набрав побольше воздуха, нырнула следом. Почувствовала, как он движется подо мной, взобралась на него, как на плот. Ветер выл и кусал кожу, но щит жил собственной жизнью. Он быстро заскользил по волнам к тому острову, что мы посетили. Я ждала, что сейчас он устремится в водоворот, вслед за своими владельцами.