Элрик: Лунные дороги - Муркок Майкл - Страница 216

Лорд Реньяр пребывал в замешательстве:

– Я должен отправиться с вами, господа. Но как мне скрыть свою наружность?

Сзади раздался чей-то голос:

– Наконец-то! Слава Господу, мы все-таки синхронизировались. Я бы появился раньше, но у меня была проблема с временным устройством. Прошу прощения, что не прибыл на встречу в Миренбурге, месье Зодиак. В тот момент я просто не мог бросить работу. В этом необычном мире лишь здесь есть мастерские и заводы, где имеются инженеры и умельцы, которые мне нужны. И, как обычно, они не вписались в график. Так или иначе, теперь устройство работает. Полагаю, вы получили мое сообщение?

Элрик обернулся, узнав голос, но князь Лобковиц и лейтенант Фроменталь первыми хором произнесли:

– Добрый день, полковник.

Открытое сильное лицо прибывшего осветила улыбка.

– И вам добрый день, джентльмены!

Он шагнул вперед, обнял князя Лобковица и пожал руки остальным Рыцарям Равновесия. Очки-консервы сидели поверх военной фуражки, полковник был одет в что-то вроде формы светло-голубого и алого цветов. Другими словами, выглядел он как работник Имперской торговой авиаслужбы его величества.

Полковник Освальд Бастейбл радовался встрече со старыми друзьями. Он коротко рассказал им о времени, проведенном в Миренбурге, и о том, что решил не раскрывать остальным своего присутствия, поскольку тоже видел Клостергейма и Гейнора во дворце.

– Я решил, пусть они сфокусируются на вас, джентльмены, раз они вас и так уже обнаружили. Таким образом я выиграл время, чтобы закончить свою «адскую машину». Разумеется, без помощи князя Ярослава это мне не удалось бы. Ваше имя, месье Зодиак, очень помогло в общении с ним. Я пытался сказать графине фон Бек, чтобы вы подождали, пока я не подготовлю лучший способ путешествия, но она уехала очень неожиданно, когда я находился на заводе, дорабатывая детали аппарата. Юная Унна едва не узнала меня, когда я на короткое время присоединился к вам за ужином на приеме князя Ярослава. Князь пообещал хранить тайну, но я не мог отказать себе в том, чтобы увидеться с вами. Как видите, все получилось довольно скомканно. Я бы мог рассказать ей о себе, но старина Клостергейм и его шайка могли догадаться, что я собираюсь сделать. Так что я решил сохранить свою личность в тайне, хотя рисковал, что ваш отряд, князь Лобковиц, уйдет до того, как я успею с вами связаться. Именно это и случилось. Услышав, что вы уехали, я побежал за вами, но вы были уже довольно далеко от Миренбурга. Похоже, я немного опоздал. Я догадывался, что они нападут, когда вы покинете город. Пытался предупредить вас, но, к сожалению, вы меня неправильно поняли. В любом случае машина готова и находится в вашем распоряжении. Тяжелее всего было обучить команду. У них здесь другая теория аэронавтики. Видите ли, они не британцы. Однако…

Легким движением руки в перчатке полковник Бастейбл вернул фуражку на место, обернулся и указал на невысокие холмы у них за спиной.

Оттуда появился изящный летательный аппарат, он летел низко, отбрасывая на землю длинную тень, двигатель мягко рокотал, новенькая обшивка, свежий металл и краска блестели, по обе стороны кормы красовался развевающийся британский «Юнион Джек», стеклянные иллюминаторы бронированной гондолы подмигивали, словно круглые невинные глаза.

– Джентльмены, позвольте представить «Викторию», воздушное судно ее величества. Это всего лишь прототип. Удобный маленький автобус, так я его сам называю. Однако на борту имеется довольно мощная артиллерия. Думаю, сегодня ночью мы сможем перелететь через пролив и сделать то, что необходимо.

Князь Лобковиц мрачно кивнул и пристально посмотрел в лицо полковнику Бастейблу.

– Полагаю, сэр, у вас имеется собственная программа.

Бастейбл ответил на его взгляд широко распахнутыми глазами.

– Намерен защищать благополучие этого мира, сэр. Как вам такое?

Элрик не смог понять смысл их реплик, он нетерпеливо повернул назад и повел отряд к воздушному судну, которое начало снижаться и остановилось в нескольких футах над землей.

Глава девятнадцатая

При виде шотландца-аэронавта я почувствовала себя совсем больной и беспомощной. Кривая улыбка Сент-Одрана рассказала мне все. Он предал нас. Можно считать, что мы проиграли. Я помнила, как месье Зодиак доверял ему, даже оставил в руках изменника свой меч!

– Мерзкий… – я не могла подобрать подходящего ругательства. Слезы застилали взор.

Графиня нашла себя занятие получше. Я ей уже наскучила. Она предложила шевалье присесть, позвала рабов и приказала им вывезти меня из ее маленького святилища. Я не успела взять себя в руки, как очутилась в покоях, по словам рабов, приготовленных для меня.

Похоже, мои похитители давно готовились к этому моменту. Несколько перемен одежды моего размера, аккуратная кровать с пушистым одеялом, все, что нужно для человека моего роста. Все, кроме дверей и окон. Они были огромные – и все заперты на неприметные замки и засовы. Окна располагались так высоко, что я не могла выглянуть наружу. И лишь взобравшись на какой-то асимметричный предмет обстановки (смутно напоминавший гиппопотама), я разглядела несколько крыш и странных труб на фоне черно-алого неба, где все непрерывно двигалось и перемещалось, а клубы дыма скручивались в зловещие непонятные фигуры. Стекло оказалось очень толстым и прочным. Из-за него вид за окном делался еще более зловещим. Я была даже рада спуститься и осмотрела свою камеру.

Для тюрьмы тут было просто роскошно. Небольшая гостиная с забавными креслами, рядом странный гранбретанский туалет. В шкафах нашлась еще одежда, и весьма красивая, пара простых масок, которые пришлись мне по размеру, несколько книг из какого-то легкого серебристого материала, не похожего ни на бумагу, ни на пластик. Иллюстрации в книгах словно бы двигались. Язык текста я едва понимала. Попыталась почитать, но это требовало слишком больших усилий.

Через некоторое время рабыня принесла мне ужин. Он состоял из чашки соленого супа, тонких полосок разной рыбы, разложенных на тарелке рядами, какого-то фрукта и очень сладкого напитка, похожего на абрикосовый нектар. Мама нам никогда не позволила бы пить такой, говорила, там столько сахара, что от него не только зубы испортятся, но и кости сгниют.

Поев, я почувствовала себя намного лучше. Готова была встретиться если не с самым страшным, что собиралась мне устроить Гранбретань, но хотя бы с чем-то похожим. Они не зря показали мне того несчастного избитого человека, с чьего тела кожа свисала клочьями, надеялись, я буду сидеть и думать, что меня ждет похожая судьба, но, несмотря на все доказательства, я отказывалась верить, что со мной поступят так же жестоко.

Думаю, я была в шоке или в отрицании, потому что утратила всякие эмоции, хотя и знала об их намерениях. Я больше не плакала. Испытывала лишь холодную ненависть к Сент-Одрану. Решила, что обязана сбежать и испортить, насколько это возможно, их планы. Чтобы поупражняться, я побегала вокруг комнаты, напевая популярные песни, затем начала прыгать на кровати, потом решила попробовать позы йоги и тай-чи, которыми занималась мама. В конце концов я ужасно вымоталась и упала на удобный перьевой тюфяк, тяжело дыша и разглядывая узоры на потолке – оказалось, там были изображены обнаженные люди в масках, они занимались чем-то не столько непристойным или сексуальным, сколько не поддающимся пониманию, что, вероятно, было и к лучшему. Стены тоже украшали росписи. По нарисованному лесу шагала процессия людей и чудовищ. Все в обычных темно-зеленых, коричневых, красных и фиолетовых тонах, довольно угнетающих.

Рассматривая комнату, я задремала, хотя решила бодрствовать и обдумывать сложившуюся ситуацию. Но вскоре я крепко уснула, и мне снились коровы с головами разных животных, лорд Реньяр, одетый как старомодная нянюшка викторианской эпохи, Элрик, он же месье Зодиак, который нес огромный Черный меч. Сначала мне показалось, что с него стекает кровь, но затем я заметила на металле светящиеся выгравированные буквы, такие же красные, как и глаза альбиноса. Затем ко мне пришла бабушка Уна с луком и стрелами, она пускала одну стрелу за другой в огромного чудовищного волка, а тот рыскал вокруг моей постели и грыз ее края, готовый напасть.