Лиорская мельница (СИ) - Андросов Андрей - Страница 26

Проблевавшись, парень смог приподнять голову и осмотреться. Картинку немилосердно вело из стороны в сторону, взгляд расплывался, вокруг что-то влажно шлепало, но главное он успел увидеть.

Неизвестно, что именно послужило причиной прорыва разогнанного эйра. Может, запущенная Дум-Думом в полет конструкция все же смогла приземлиться точно на лезвие ножа с достаточной силой, чтобы продавить пластину. А может сам ящер инстинктивно попытался прихлопнуть мелкий летящий предмет. Как теперь узнать? Но сработало все именно так, как и задумывалось.

Эйр в малой банке разогнался, пробил тонкий металл стенки и устремился к единственному выходу, который, как назло, был перегорожен тонкой мембранкой второй банки. Прорвал ее, рванул внутрь, сдавил заправленный эйр всей своей мощью. И разогналось уже все содержимое разом, разнося в клочья железное узилище и вырываясь наружу в ослепительной вспышке.

Медузы больше не было. Ее водянистое тело разметало в клочья, разбросав полупрозрачные ошметки по окружающим камням. Оторванные щупальца, размочаленные и грязные, ударной волной зашвырнуло далеко от места буйства разогнанного эйра. Растрескавшийся гребень, вырванный из лапы драка, валялся рядом.

Самому драку явно было очень плохо. Ящера здорово оглушило, отбросило от останков медузы. Левая лапа разворочена, шкуру с груди сорвало, обнажив белесые ребра. Крыло посечено осколками банок, на камни водопадом хлещет красная парящая кровь. Но до смерти зверюге явно еще далеко, даже не покалечен сильно. Машет тяжелой башкой, приходит в себя.

Логи, находившийся от выброса дальше Брака, почти не пострадал. Уже поднялся на ноги, руки сжимают рукоять кувалды. Глаз горит восторгом, лысина красная, вспухшая, плащ расстегнулся. Толстяк стоял пошатываясь, выжидая.

Ящер тем временем принял решение. Прекратил мотать головой, устремил взгляд в сторону моря. Слишком больно, слишком неожиданно, слишком страшно. Жирная сочная медуза, его законная добыча, оказалась хитрым врагом. Заманила поближе, а потом больно хлопнула. Все тело теперь болит, в глазах двоится. Это не опасно, надо лишь добраться до скрытого в прибрежных скалах логова, отлежаться, отдохнуть. Всего несколько недель, и он снова будет наводить ужас на побережье, жрать сочных медуз и гонять катранов. Хотя от медуз лучше держаться подальше. Какое-то время.

Драк, тяжело прихрамывая на лапу, развернулся к бухте. Расправил крылья, живые турбины вновь загудели, разгоняясь. Выгнул спину, отклячил задницу, хвост приподнялся.

Логи, поняв что неудавшийся похититель медуз намеревается смазать пятки и сбежать, тяжело бухая сапогами побежал наперерез к обрыву. Тело слушалось плохо, мышцы немели с каждой секундой, обожженные участки кожи горели огнем. Сам он плохо представлял, что будет делать с летающей тварью размером с два трака, но позволить ей уйти просто так он не мог.

Ящер начал разбег. Тяжело подволакивая ногу, переваливаясь как беременная кракка, широко расставив крылья и вытянув длинную шею. За раненой рептилией тянулся широкий кровавый след, лапы проскальзывали на ошметках медузы, но она упорно продолжала разгоняться.

Вообще, драки вполне могут взлетать с места, даже с тяжелым грузом. Но только здоровые, полные сил и эйра. Сейчас же, с покалеченным крылом, оглушенный и страдающий от боли, повелитель небес избрал гораздо менее изящный способ взлета. Предпочел, разбежавшись, прыгнуть со скалы. Там перепонки поймают ветер, живые турбины в крыльях, напитавшись эйром, толкнут тушу вперед, после чего стремительно набирающий высоту ящер исчезнет в высоте. Небесно-голубая чешуя сольется, растворится с синевой неба, скрывая силуэт от возможных врагов. А там уже и до логова недалеко.

Помешали планам драка две вещи. Сперва рассерженным шмелем влетела в голову короткая темная стрела, застряла в углу левого глаза, пробив бронированную мембрану. Ящер заревел, его сильно повело вправо, из пробитого желтого ока хлынула кровь вперемешку с белесой слизью. Но не остановился, до спасительного обрыва оставалось всего ничего, забил неистово огромными крыльями. Бегущий наперерез двуногий опасений не вызывал, да и железка его не страшна.

Логи бежал изо всех ног, но все равно не успевал. Шаргов похититель медуз рванул слишком быстро. Да и толстяк сейчас не в лучшей форме, к тому же бег никогда не был его сильной стороной. Драк уже почти добежал до обрыва, когда вдруг оглушительно заревел и резко сменил направление, принимая ближе к Логи. Здоровяк все равно катастрофически не успевал, поэтому сделал единственное, что пришло в голову.

С криком: “Это тебе за медузу, сволочь!” – метнул вслед прыгнувшему с обрыва ящеру кувалду, а сам с огромным трудом остановился, проскользив по камням.

Кувалды летают паршиво. Точнее, летают они весьма неплохо, хоть и недалеко, особенно если отправлены в полет сильной тренированной рукой. Но, во-первых, не так то просто найти сильного человека, который тренируется метать кувалды. А во-вторых, попасть с солидного расстояния во что-либо меньше кузова трака, особенно если цель движется, почти невозможно. Но любовь ломает все преграды, как любят вещать расфуфыренные островные барды в своих сопливых сонетах, а Логи свою кувалду любил.

Там-Там тяжело прогудел в воздухе по пологой дуге и впился летящему драку в задницу. Точнее в то место, где задница плавно переходит в длинный, мясистый хвост. Гулко жахнул, подмигнул на прощанье глазом и, вертясь как пропеллер флира, улетел куда-то в сторону моря.

Уже поймавший ветер драк, получив в родной стихии неожиданно болезненный пинок, тонко и истошно завизжал. Не упал, летящего ящера сбить почти невозможно, но просел на левое крыло. После чего, роняя навоз и истекая кровью из многочисленных ран, низко прошел над площадкой охотников в сторону моря. Шарахнулся от висящей над бухтой яхты и, с трудом набирая высоту и безостановочно вопя, полетел в сторону Пятки. Вслед удирающему драку полетели дротики, жахнули несколько скрапперов, но достать шуструю цель не смогли. Зато один из кружащих над бухтой флиров Котобоев, заложив крутой вираж рванул за подранком, не жалея эйра и надсадно гудя турбинами.

На крышу чьего-то трака тяжело рухнул оторванный с мясом кончик хвоста, покрытый мелкой синей чешуей.

На краю обрыва обессилено рухнул на камни Логи.

Рядом с испуганно заоравшим Чегдашем звучно рухнул Там-Там.

Брак выругался, рухнул и потерял сознание.

Висящая над бухтой гравияхта задумчиво покачала плавниками и неспешно поплыла в сторону Плеши.

Глава 12

Героем дня стал Логи. Его невероятный бросок видели и слышали многие, светловолосая успела предупредить охотников о появлении опасной твари и взоры многих были обращены в сторону обрыва. Жаль, не успели навести скраппы, никто не ожидал, что шаргова тварь решит избрать путь для бегства прямо над площадкой. Да и сам факт того, что драк решит сбежать, в голове не укладывался. Потому и не накрыли на взлете, позволили уйти на высоту. Но это не страшно, флир подранка не отпустит, проследит беглеца до логова, даже если для этого понадобится сжечь весь эйр и возвращаться ногами. Слишком уж ценная добыча.

Взрослый драк это целый новый флир, ценная мембрана на крыльях, способная удерживать давление эйра, наглазные щитки и многое другое. Даже бестолковая чешуя пойдет в дело, модники с севера готовы солидно платить за переливающиеся куски обработанной шкуры. Драка не упустят, запрут в логове, забьют и выпотрошат. Вон, уже собирается рейд из самых опытных охотников.

А бросок Логи, как это водится, стремительно обрастал слухами и выдумками. Счастливые очевидцы охотно делились деталями с неудачниками и прибывшими на пляж сборщиками, врали, безбожно приукрашивая и дополняя совсем уж дикими подробностями. Внимательно обследовавшие место битвы охотники так и не поняли, что именно там произошло, а размазанная ровным слоем по равнине медуза и крепеж веревочного гарпуна лишь добавляли загадочности и порождали новые слухи.