Тайна острова Незабудка. Возвращение домой (СИ) - Путишкофф Лиана - Страница 21

— Можешь открыть глаза, и хватит кричать, — не добившись никакой реакции, Сэнта сжала ее руку.

Эдик открыла один глаз, потом второй, осмотрелась, убедившись, что ее жизни ничего не угрожает, замолчала.

— Слава драконам, — покривилась сопровождающая, сжимая руками виски. — В следующий раз пешком пойдем, прогуляемся так пол часика, а то и час. Вот скажи, тебе было больно?

Эдик покачала головой.

— Так что ж так орать?!

— Неожиданно и страшно, — поежилась она.

Сэнта тяжело вздохнула и направилась в сторону беседки. Эдик устроилась в мягком кресле напротив нее. Их разделял стол.

— Что ты о себе можешь рассказать? — спросила Сэнта.

— А Вы будто бы не знаете ничего обо мне, — хмыкнула Эдик.

— Тебя зовут Эдуарда, тебе четырнадцать лет, ты принцесса. Пока немного.

— Спрашивайте, — пожала плечами она. — Только давайте так, вы мне вопрос, я вам.

— Хорошо, только не надо вопросов: зачем похитили, точно ли принцесса. Вот проснется твоя сестра, расскажу, объясню, покажу.

Эдик кивнула.

— Почему ты не рада, что принцесса?

— А чему тут радоваться? Это только в сказках принцессы весело живут. В реале: постоянные занятия, этикет, обязанности перед отечеством. А конкретно в моем случае полная неопределенность. А по какой ветви мы принцессы, если мне не изменяет память: последняя королева Николета Всевласова замужем не была, детей у нее не было, да и ее ранее правящий брат потомством не обзавелся?

— Не знаю. Остров принимает по линии крови. Если не было законных детей, то могли быть бастарды. Не смотря на то, что в нашем мире так не принято, но бывают разные ситуации. Вполне могла быть забытая боковая ветвь. А кто ваши биологические родители я тоже не знаю, и кто из королей сходил налево тоже не могу сказать.

— Я знаю, кто мои родители. Асель и Дмитрий.

— Я надеюсь, ты не успела по ним соскучиться?

— Я их никогда не видела, они погибли, когда я была маленькая.

— Прости.

— Ничего, — Эдик шмыгнула носом.

Сэнта встала, обошла стол, села и обняла ее.

— Нас с сестрой воспитывает бабушка, Нина Прокопьева.

— Оперная певица, звезда мирового масштаба? — удивилась та: «Теперь не только от Мальтуса мне люлей прилетит».

— Да. Вы ее знаете?

— Да, лично знакома. Эдик, Эдуарда, — Сэнта на нее снова посмотрела с нескрываемым интересом. — Мы с тобой знакомы.

— Да?

— Лет девять назад, я была на Дне Мира на Цветкольфе. Потом мы с тобой всю ночь летали по разным королевствам, смотрели, как там отмечают праздник. Кстати, ты тогда не кричала.

— А тогда зачем вы меня похищали?

— Не похищала, — фыркнула она: «Сама попала в пламя переноса». — Ничего не помнишь?

— Смутно. Помню было весело, а потом почему-то одиноко. А почему вы в гости не залетали, я приглашала?

Сэнта только грустно улыбнулась.

— Тогда я очень знатно накосячила. Не хотела попадаться Мальтусу на глаза.

— Так я звала к себе.

— Когда пересекаешь границу королевских владений, это фиксирует система безопасности, а на меня давно стоит фильтр. Так что о моем любом появлении на Цветкольф королю служба контроля доложит лично.

— Вы что известная преступница? — ахнула Эдик, она знала, что такие фильтры ставят обычно на преступников.

— Да, нет. Просто я его очень сильно обидела.

— Почему?

— Так получилось, я не хотела. Давай закроем эту тему. Как насчет шахмат?

Часик они поиграли.

— Шах и мат.

— Как? Как я снова проиграла? — удивилась Эдик.

— Ты хорошо играешь, — успокоила ее Сэнта.

— Оно и видно. Мат и снова мат мне.

— Моя профессия связана с постоянным присчитыванием множество ходов наперед в различных комбинациях.

— И кем вы работаете?

— Работаю в Совете Островов. Регулирую межгосударственные противоречия, ищу компромисс.

— А вы волшебница?

Она кивнула.

— Вы королева какого государства?

— Никакого. И не принцесса. И к королям никакого отношения, кроме работы, не имею, — и, заметив ее недоразумение, пояснила: — Я с другой планеты. Когда проснулись мои способности, я переместилась на Листерию.

— Такое бывает? — удивилась принцесса.

— Такое возможно, и я тому прямое доказательство. Что ты знаешь про другие миры?

— Теоретически они существуют. Там живут гуманоиды.

— Общедоступная информация. Миров множество, они различные. Моя родная планета Земля, она похожа на Листерию, только там нет магии. Как сказать, магия есть, но ее очень мало и она по другим законам работает. Волшебнику практически невозможно пробудить свои способность, а маги по крупицам собирают силу. Листерия берет многое с других миров, особенно технологии: телефон, интернет, мотолет и многое другое, — это достижения не этого мира. Они усовершенствованы, магически обработаны.

— А это как?

— Есть дар путешественника по мирам, он проявляется спонтанно, не зависит от наследственности. Проявляется, как правило, в подростковом возрасте. Таких одаренных детей находит специальная служба, обучает и они работают под грифом о неразглашении. Часть, кстати, не возвращается на родную планету, а те кто, так путешествуют, живут у нас очень хорошо.

— Как интересно. И есть описания других миров? А почему нам не говорят?

— Конечно, есть, и карты составлены галактик, планет, миров. Честно не знаю, почему эта информация не доступна многим.

— А вам откуда так много известно?

— Я сама с другой планеты и Мальтус рассказывал, — пояснила Сэнта. — Твоя сестра проснулась. Пойдем пешком или переместимся?

Эдик задумалась.

— Подниматься вверх по лестницам или одна секунда.

— Второй вариант, — лень победила.

Сэнта встала. Эдик подошла к ней, осторожно взяла ее за руку.

— Не бойся и самое главное не кричи. Я рядом. Ничего с тобой не случится. Закрой глаза. Давай лучше так.

Сэнта ее обняла. Их охватило пламя. Страшно не было, не было ощущения пожара, костер вокруг и тепло. Женщина разжала кольцо своих рук отошла. Они были в гостиной.

— Можешь открыть глаза. Жива, здорова, руки, ноги целы, ожогов нет, — развлекалась волшебница. — Подожди, здесь.

***

Давненько Полиночка так тяжело не просыпалась, даже когда они с девочками достали спиртное и напились до беспамятства, пробуждение было легче. Голова кружилась, в ушах шумело, перед глазами мелькали черные мушки, да и глюки присутствовали с амнезией на пару. «Это ж где мы так напились? Вот Леха! Где он нашел паленый алкоголь?» — страдал подросток.

Она доползла до ванной и обратно, холодный душ в чувство не привел. Голова перестала кружиться, на ногах стояла более уверенно, а вот глюк остался. Ее скромная комната в общаге по-прежнему оставалась шикарными апартаментами из дворца, такие хоромы в сериалах про принцесс показывали. Полина легла на кровать и зажмурила глаза, потом их открыла, глюк остался. Так она повторила несколько раз. Не помогло.

— Что случилось? Тебе плохо? — прозвучал женский голос над головой.

Полина открыла глаза, над ней озабоченно склонилась дама из ее ночного кошмара.

— О, еще один глюк, — улыбнулась она, приветливо помахав рукой.

— Эк, тебя плющит, — женщина села рядом с ней. — Вставай.

Девочка села, спустив ноги с кровати, в ее руки вложили чашку с чем-то дымящимся.

— Пей, легче станет.

Поля залпом осушила емкость, закрыла глаза и опустилась на подушку. Самочувствие улучшилось, не подташнивало, голова стала ясной. Она с надеждой открыла глаза — глюк остался. «Вот Леха засранец, наркоту достал», — сделал вывод подросток.

— Принцесса Полина, вам лучше?

— Глюк, ты еще здесь? — не удивилась она.

А вот Сэнта удивилась, она встала и произнесла официальным голосом:

— Принцесса Поллинария. Во-первых, я не глюк, а Ансэнтана Святославовна; во-вторых, эта комната не плод вашего воображения, она реальна; в-третьих, вас вчера действительно так неумело похитили, и это был не сон.