Исцелить сердце дракона (СИ) - Марлин Юлия - Страница 54

Взгляд, укравший не только генеральское сердце, но и надежду на будущее.

Балансирующий на грани зверь издал низкий утробный рык. Левая рука задымила, покрываясь чешуйчатым панцирем.

Метнулся к окну, делая невероятно глубокий вдох. Задний фасад Дворца выходил на скалистый уступ. Внизу блестела синяя гладь океана.

Подавив гнев второй ипостаси, замер на головокружительной высоте. Прислушался к неистовому реву волн и попытался нащупать внутренний покой. Но безуспешно.

Рунольв заверял — каждый новый ритуал сильнее ослабляет связь с душой эделлан. Совсем скоро драконий лорд вовсе перестанет ощущать Роксану. Но если маг прав — отчего в каждом всплеске волн Кассиану слышится ее смех? Почему в бешеном полете белых чаек он видит кружащийся в танце женский силуэт? Даже сейчас он чувствует бывшую возлюбленную. Хуже того, он до сих пор страстно ее желает…

ЕВА.

Человеческая девушка, сумевшая одним поцелуем притупить эту боль. Пускай на короткий срок и все же…

Драконьи глаза сузились от темного предвкушения.

Слияние с ее телом, сплетение с аурой непременно залечат эту рану! Быстрее разобраться с делами и вернуться в родовое поместье. Благо, оставленная «метка собственника» ежеминутно сигнализирует — с горничной полный порядок.

Учитывая факт их не самого теплого расставания, все эти дни, девушка, наверняка, пребывала в скверном расположении духа. Впрочем, ему все равно. Отец частенько рассказывал о людской расе. Резкие эмоциональные перемены для них столь же естественны, как для драконов естественна смена человеческой ипостаси звериной. Позлится и перестанет.

Из арки позвал слуга.

— Генерал. Император готов вас принять.

— Прекрасно, — обернулся с хищной улыбкой на просветлевшем лице и шагнул в коридор. Скоро он сделает Еву своей.

28. Узнать друг друга поближе

Я сидела на перевязанных меж собой бочках с вином со скрещенными ногами и с интересом рассматривала удивительно красивый орнамент, вьющийся по рукояти магического кинжала. Сложностью он уступал разве только замысловатым буквам-завиткам, нанесенным на нефритовый тубус, вынесенный мной из поместья случайно. Интересно, что означают эти витиеватые символы, напоминающие кусающих себя за хвост змей, переплетенные скандинавские руны и композиции из треугольников и созвездий?

Подняв голову, обвела палубу слева на право, ища у кого бы спросить. Но кроме пожилой супружеской пары, слоняющегося по корме без дела странного «человека» в черном плаще да нескольких матросов никого не заметила. Ладно, обойдусь.

После завтрака мы с Рейденом вышли на воздух. День стоял замечательный, очень теплый. Небесную синеву омрачал лишь далекий островок темно-синих облаков, убойный морской аромат, пропитавший в прямом смысле — саму суть корабля и невыносимая качка.

Чтобы хоть как-то от нее отвлечься, попросила Рея помочь взобраться на стоящие по правому борту ёмкости. Поскольку окружающие видели в нас влюбленных аристократов по фамилии Эн Терино (к несчастью ограбленных и из-за этого вынужденных плыть на торговой барке) для усиления эффекта «муж» поднял меня на руки и бережно усадил на плоские днища, а затем заботливо накинул на плечи плащ.

— Удобно, дорогая?

— Очень, — Я подарила ему благодарный взгляд, — спасибо.

Глаза дракона мягко заблестели в ответ. Он поднес руку к моим еще немного зудящим после серии утренних поцелуев губам и огладил их большим пальцем. По коже лица поползло приятное тепло. Искушение обнять его моментально захлестнуло сознание ослепляющей вспышкой. Яркой, пьянящей, подчиняющей волю…

— Рей, — выдохнула я, из последних сил удерживая себя в положении сидя, — не сейчас.

Брови дракона едва уловимо дернулись, после чего его ладонь покорно замерла у меня на щеке и более не двигалась. Я хотела намекнуть — нам не стоит переигрывать «безумно влюбленных», но оклик от мачты меня опередил:

— Господин Эн Терино, не уделите нам минуту внимания?

«Мужа» звала пожилая супружеская пара: мужчина в простом, опрятном темно-синем костюме и женщина в лиловом платье с множеством рюш, опирающаяся на локоть спутника. Их сияющие оранжеватым светом глаза с вертикальными зрачками подсказали, эти двое — тоже драконы.

— Иди, — шепнула, заводя руку за спину и вытягивая кинжал. — Буду тут.

— Не скучай, — Рей склонился, поцеловав меня в лоб.

Он отошел, а я занялась рассматриванием Нуадэ, практически не прислушиваясь к теме беседы. По долетающим до слуха обрывкам фраз, поняла они интересовались: знает ли Рей более-менее приемлемый постоялый двор в Даэно (городе, в который наше судно причалит через двое с небольшим суток).

— … так, чтоб и цена была не большой и качество соответствовало, — вопрошал старик, потирая подбородок.

Тоже бы не отказалась в таком переночевать. Чувствуя поползшую по лицу улыбку, я поспешила сконцентрироваться на символе в форме тройной пентаграммы; итак, очень необычный и явно доминирует среди остальных.

— Как к такой милой девушке попала такая опасная вещь? — Прозвучавший слева вопрос был неожиданным.

Я обернулась, ища хозяина голоса. Вон он. Скрестив руки на груди, Кобольд в строгой черной форме прислужника, стоял у реи, подпирая ее плечом, и удивленно взирал на поблескивающий в моих руках артефакт. Дракон поклонился:

— Доброе утро, госпожа.

— Доброе, — перекричала я рёв хлынувшей на правый борт волны, — а это, — кивнула на оружие, — я нашла случайно.

— Случайно? — Кобольд приблизился и взял кинжал за лезвие. По полированной глади металла скатился солнечный лучик: — Знаете, что это?

— Особенный нож.

Он усмехнулся:

— Лучше. Это кинжал серии «Чёрный Коготь». Таких в Империи около сотни. Основная функция — блокировать магические способности объекта. Точно таким же маг ранил вашего «мужа» перед тем как пленить.

— Рунольв? — Не сдержалась от восклицания. В памяти всплыл отвратительный седоволосый тип в безразмерной мантии, одно приближение коего вызывало в душе беспричинный страх, сильную головную боль и першение в горле. — Зачем?

— Приказ отдал Зар Аэно.

— Кассиан?

Меня и раньше донимало любопытство — как Рей оказался в том подземелье, если не являлся ни слугой, ни охранником клана Золотого Феникса. И, разумеется, очень хотелось узнать — за какое преступление его столь сильно изранили?

Я все еще помнила те ужасные багровые шрамы, покрывавшие мощную грудь молодого мужчины, встретившего мой взгляд в вечер первого знакомства. Помнила, какой сильный шок испытала тогда, осознав, что они были нанесены по живому. В душе тогда вспыхнуло страстное желание пожалеть пленника — до такой степени, что, упустив момент, дала ему себя поцеловать…

— Это месть за Роксану, — вырвал из воспоминаний хмурый тон Кобольда. Я непонимающе вздёрнула бровь. — Бежавшую от навязанного кланом замужества невесту. Побег ей устроили возлюбленный и старший брат.

— Не знала, что у Рея — сестра.

— Знакомый со вздорным характером генерала со времен совместной учебы в Академии, Орион заранее предвидел для себя негативные последствия. Сознательно был к ним готов. Он не учел одного, — Коб нервно тряхнул собранными в хвост волосами. — Предательства напарника по службе. Муж рассказал об Ордене Меча и Пламени?

Выразила отрицание молчанием.

— В братья Ордена зачисляют только лучших выпускников Академии — тех, в ком за период учебы открывается дар считывания чужих эмоций. Незаменимая штука во время охоты на нежить. Особенно, вампиров. Чушь, что они хладнокровны и бесчувственны. За восемь лет службы ловцом я много раз убеждался в обратном. Темная неконтролируемая энергия бьет из кровососов ключом. Уловив негативный источник, несложно обнаружить стаю. А порой, целый ковен.

Кобольд перевел взгляд на лацкан пиджака и двумя пальцами смахнул наброшенную ветром пыль. Я же впала в ступор: правда потрясла до глубины души. Рей — охотник на вампиров? И не сказал?

— А Кассиан, — совладав с потрясением, выдавила я, — тоже умеет считывать эмоции?