Девять жизней (СИ) - Тудаль Наталья - Страница 11

— Ну чаво глызи-то вылупила? Иди мордень свою умывай, да еще чавось по-рассказываю! — опять меняясь, домовой хитро подмигнул, махнул рукой, и моя смятая кровать оказалась идеально заправлена.

Вот это новости! Торопливо, на автомате, проделала все процедуры, гадая, что же еще поведает мне мой домовой. Вернувшись в комнату, отыскала в ворохе разбросанной на полу одежды джинсы и толстовку и оделась.

Присела на кровать, напротив Нафани, и вопросительно посмотрела ему глаза.

— Ну, что больше интересует, что про деда твоего узнать удалось или про способности домовых?

— Все меня интересует! Если ты помнишь, у меня амнезия, и я совершенно ничего не понимаю и не знаю, что делать! — я реально не могла выбрать тему обсуждения, — А расскажи ка мне, кто такие фрайи! — совершенно неожиданно даже для самой себя, попросила я.

Нафаня согласно кивнул и поведал, что раса, к которой принадлежала я и мой дед, давно живет среди людей и успешно мимикрирует под них. При всем внешнем сходстве, физические возможности фрайи намного превосходят человеческие.

Во-первых, это продолжительность жизни. В зависимости от чистоты крови от трехсот до тысячи лет. Считается, что фрайи изначально были бессмертны.

Во-вторых, это быстрая и, практически абсолютная, регенерация. Благодаря ей мы и живем долго, и практически не болеем.

В-третьих, у каждого фрайи имеется свой уникальный дар, который и определяет сферу деятельности, род занятий, образ жизни каждого конкретного индивида.

Были еще и такие особенности как частичная трансформация. При необходимости или возникновении опасности из ногтевых пластин появляются длинные и крепкие когти. У сильнейших мужчин фрайи, они еще и ядовиты, в основном это главы родов или баски.

На мой вопрос, кто такие баски, Нафаня сказал, что достоверно о них никто ничего не знает, только слухи. А слухи говорят о том, что они сильнее десяти оргов, практически бессмертны и, якобы, каждый баска дополнительно имеет несколько уникальных способностей.

Все-таки странная у меня амнезия! Вот почему о людях я помню практически все — от быта до исторических дат, а информацию о фрайи — словно стерли, так же как и про мою жизнь.

— Хорошо, про мою расу немного прояснили. Теперь, расскажи про деда. Начни с того, зачем ты с ним связался?

— Зачем-зачем! Заработать хотел! Я же свободный, безхозный и бездомный был! Постоянно голодный с тех пор, как отделился от гнезда. Вот и пошел к деду твоему в услужение. Вес он в обществе имеет немалый, думал, хозяином его признаю, а он… — домовенок горестно вздохнул, — Грубый, слова доброго не дождешься, жестокий, за малейшую провинность наказывает, а жадный, просто диву дивишься — зачем ему столько?! И энергией ни каплей не поделится!

— А почему меня вообще искали и при каких обстоятельствах потеряли? — задала я вопрос, который уже давно не давал мне покоя.

Подробностей об этом Нафаня не знал. Ему сказали, что я потерялась, предоставили платок с несколькими каплями крови и поручили меня найти. Домовой должен был отправить сигнал сразу, как только меня обнаружит и вести наблюдение, пока меня не заберут или не поступят иные указания.

— Почему же ты ослушался? Ты ведь даже симпатии ко мне тогда не испытывал! Хамил, грубил, игнорировал!

— Ты это, ну, прости, Хозяйка! Я ведь думал, ты как дед твой, кровь от крови…. И вся история эта белыми нитками шита. Решил, присмотрюсь, сначала, докумекаю что к чему. Да вот только, так ничего и не понял! Ты, словно блаженная ходила, подкармливала меня и едой и энергией, несмотря на все мои выходки! А потом, когда дед твой явился, пожалела да защитить хотела.

— Да, хороша защитница, самой помощь необходима, — угрюмо пробормотала я, — расскажи о своих способностях, такая информация может пригодиться, я обещаю, что распространяться о них не стану.

Но тут нашу занимательную беседу прервал стук в дверь. Да ладно, неужели в этом доме есть воспитанные люди?

Мой домовенок тут же испарился, а я пошла, открывать. За ней обнаружилась симпатичная молодая девица в сарафане. Она стояла и смотрела в пол.

— Барышня, меня прислали вам прислуживать, — запинаясь, пробормотала она.

— А, обещанная служанка! Как зовут? — спросила я девицу.

Та испугано сжалась и еще ниже наклонила голову к полу.

— Меня Витка зовут, барышня. Барин послал вам прислуживать, — скороговоркой проговорила девушка, не поднимая головы.

— Ладно, Витка, заходи, — сказала я и отошла, освобождая проход, — Ну, и долго на пороге стоять будем? Ты вроде как «прислуживать» пришла, — поторопила я Витку, видя, что она так и стоит, глядя в пол.

Та, наконец, отмерев, прошла в комнату, я выглянула в коридор и осмотрелась по сторонам. Вокруг никого не наблюдалось. Не знаю, зачем я это сделала, но ощущение что на меня кто-то смотрит, пропало, только когда я закрыла двери.

— Ну чего стоишь? — спросила я девушку, — Давай присаживайся и рассказывай.

Витка в неподдельном ужасе взглянув, наконец, на меня, что позволило рассмотреть ее лицо более подробно. Что сказать настоящая русская красавица: длинные русые волосы, заплетенные в тугую косу. На белом круглом личике — россыпь веснушек, большие голубые глаза в обрамлении темных густых ресниц.

— Ну чего ты глаза выпучила? Садись, давай. Да не бойся, не съем я тебя, — сказала я стоящей в ступоре девушке.

— Т-так не положено же в присутствии господ, — пролепетала в ответ девица.

— Так тож в присутствии господ, — ответила я, — В моем присутствии можно. Садись, — сказала, одновременно усаживая Витку на стул. Сама села на кушетку напротив.

— Ну, — поторопила я девушку.

— Т-так че говорить то? — заикаясь, произнесла она.

— Так все и говори, — продолжала настаивать я.

Сама не понимала, что на меня нашло. Я вдруг почувствовала себя настоящей барыней, с рождения привыкшей отдавать приказы и получать на них беспрекословное подчинение. Что-то в этой девушке провоцировало меня на такое поведение, какая-то смутная ассоциация крутилась в голове….

Но нет, ничего не помню. Может мне банально захотелось, чтобы кто-нибудь оказался на моем месте и испытал такие же ощущения непонимания происходящего вокруг? Это глупо, отыгрываться на ни в чем не повинной девице. Но только я решила прекратить издеваться над бедной девушкой, как она заговорила.

— Я здесь не причем, мне барин приказал, — сглотнула она и продолжила, — Говорит, мол, иди Витка в черную комнату, внучке моей прислуживать будешь, да приглядывать за ней, — продолжала рассказывать она, — И абсолютно все, говорит, каждое ее слово запоминай, каждый шаг контролируй и сразу на доклад ко мне или к Ивану Петровичу, — закончив свой занимательный рассказ, девушка испугано подняла на меня взгляд.

— Вот как. Значит, ты шпионка? — сказала я, задумавшись над ее словами.

— Нет, нет, я вовсе не хотела…. Барин приказал, я не могу ослушаться! — сильно волнуясь, затараторила Витка.

— Ладно, ладно успокойся! Я верю, что ты подневольна, — примирительно сказала я.

Час от часу не легче. Поиск организовали. Не оставив выбора, привезли сюда. Заперли. Теперь вот, служанку-надсмотрщицу подослали. Зачем? Все эти мужчины на ужине так смотрели на меня! Дед сказал, что все жизни я уже отдала, так в чем сейчас моя ценность?

— Ладно, скажи, в твои обязанности входит только слежка или ты все же займешься уборкой?

Витка вся покрылась алым румянцем, вскочила со стула, выбежала за дверь, но через пару секунд вернулась назад с инвентарем для уборки.

— Ладно, ты пока тут занимаешься, пойду-ка я прогуляюсь, — решила попробовать покинуть комнату и, заодно, посмотреть на реакцию девушки.

— Так не велено! — Витка, испугано дернулась, подбежала к дверям и перегородила мне дорогу.

Я посмотрела ей в глаза и в ужасе отшатнулась. Эта девушка показалась мне симпатичной? Да она же уродина! И, судя по всему, чтобы услужить хозяину, сейчас вцепится ногтями мне в лицо…. Непроизвольно сделала несколько шагов назад.