Ты не знаешь о дочери - Безрукова Елена - Страница 7

– Ром, со мной пойдёшь?

– Нет. Не хочу… Задолбался уже с этими перелётами.

– Ладно, тогда ждите, я быстро.

Он ушел, и мы остались в тишине. Какое-то время так и сидели молча, но я прямо нутром ощущала, что Роман за мной наблюдает и что-то хочет сказать. И очень сомневаюсь, что это «что-то» будет для меня приятным… Уж мне ли не знать, что он виртуоз в умении причинить боль словесно. Ему надо давать мастер-классы по навыку «как убивать врагов силой слова».

– Ты планируешь искать новую работу? – спросил он, повернув зеркало на меня.

Я прикрыла нам миг глаза, чтобы не начать с ним ругаться прямо здесь. Я же говорила – если Рома откроет рот, то мне это точно не понравится.

– Не гони меня, Ром, – ответила я, снова увидев его серые глаза в отражении зеркала.

– Ну, может быть, Екатерина Премудрая предложит ещё уйти мне из собственной фирмы?

– Я ничего тебе не предлагаю. Не перегибай, Рома. В кенце концов, ведь это ты вернулся в мою жизнь, а не я в твою. Я работаю на твоего отца – так уж вышло – уже несколько лет, а ты только приехал. И почему же я должна куда-то вдруг уходить?

– А чтобы тебе самой спокойнее было, – нагло заявил мужчина, глянув на меня взглядом, в котором плясали хорошо знакомые мне черти.

Эта фраза означала, что Роман будет меня травить и цеплять как в школе ради своей забавы. Да уж, меня ждёт «прекрасное» времяпровождение в офисе… Не было печали, что называется.

– И чё тебя вообще принесло сюда? – вырвалось у меня раньше, чем я успела об этом подумать.

– Слышь, Рыжая, – нахмурился Роман. – Я, может, ещё у твоего величества должен спрашивать разрешения куда мне перемещаться или не перемещаться?

– Нет, конечно… Извини, – потупила я глаза. А потом снова подняла их и смело взглянула в его лицо, чтобы он понял, что сдаваться и убегать в страхе, поджав хвост, я не намерена. – Ты волен ехать, куда хочешь… Но и я тоже. И я не стану ничего менять. Мне нужна эта работа. А если тебя не устраивает моё присутствие – поискать другое место можешь ты.

– Да что ты говоришь, – передразнил он меня, и мне отчаянно захотелось залепить ему по ухмыляющейся не до конца бритой роже.

– А почему тебя так волнует, что я буду работать в компании твоего отца?

– Совершенно не волнует, – ответил он. – Просто ты сама по себе меня бесишь.

– Почему? – спросила я. – Ведь всё в прошлом, не так ли?

– Конечно, в прошлом, – равнодушно отозвался он. – Но ты забыла, как ты себя повела? Мне неприятно с тобой даже в этой машине находиться, ясно? А как ты собираешься работать на одной территории?

Слушать его было очень обидно, снова ком в горле встал. Но ведь он любил меня… Когда-то. Мы ложились с ним в одну постель. Он когда-то даже признавался мне в любви… Хотя бы из уважения к прошлому мог бы не оскорблять меня с самой первой встречи… Но я слишком много хочу от Питерского, судя по всему.

Как был хамом и грубияном, так им и остался.

– Обыкновенно, – пожала плечами я, заставив себя взять в руки. Я не стану при нём плакать и унижаться, как это было в гимназии. Да, это будет для меня испытанием, но мы ведь не в детском саду, чтобы не не иметь возможности справиться со своими эмоциями и хотелками. Или «нехотелками». – Брать и работать. Тебя ведь никто не заставляет со мной общаться, правда же?

– Ещё бы заставили, – хмыкнул он. – Тем более, тебе есть с кем общаться… Как, впрочем, и всегда было. Всегда находился тот, кто тебе сопли утрёт. Да, Рыжая?

Я снова подняла на него глаза. Это был камень в огород Виктора. Но Рома несправедлив к нему. Ладно он обижает меня, но зачем он так некрасиво говорит о друге собственного отца?

Глава 9

– Не нужно так пренебрежительно высказываться о Викторе Петровиче, – сказала я ему, чувствуя как меня просто начинает трясти от злости. Чёрт побери этого Рому! Принесла нелёгкая… – Он тебе ничего плохого не сделал.

– Как и тебе, да?

– Мне… И мне ничего плохого тоже. А какая тебе, Рома, разница, кто мне сопли вытирает, а? – спросила я. – По-моему пять лет назад ты мне очень понятно объяснил, что я свободна, и теперь могу сама решать, кто мне вытрет сопли, как ты выразился.

– Да плевать вообще, – равнодушно отвернулся он. – Просто ты как всегда, Катя. Не изменилась.

– А как я «как всегда», позволь спросить? – нахмурилась я.

– В окружении мужчин, – ответил Роман. – Ты же очень любишь внимание, правда?

– Неправда, – ответила я. – Ты вечно видишь то, что хочешь. И слышишь тоже только то, что хочешь.

– Я привык доверять своим глазам и ушам, – сказал он мне. – Что в этом такого необычного?

– Ровно ничего, – ответила я. – И разубеждать я тебя не намерена. Ты сделал свой выбор пять лет назад. Так чего теперь меня цепляешь, как в школе?

– Я тебя не цепляю, Рыжая, – поймала я снова холодный, колючий, пробирающий до самых костей взгляд некогда любимого мужчины, того, за кого я собиралась замуж, того, кто сначала вознёс до небес, а потом бросил на твёрдый асфальт с высоты и равнодушно наблюдал как я умирала на нём. – Мне нет до тебя дела. Но твоё присутствие в априори меня раздражает. И лучше бы тебе было поискать что-то другое для себя.

– А ты снова пошёл по своим излюбленным методам, да? – хмыкнула я.

– Каким это? – спросил он, с интересом поглядывая на меня в ожидании ответа.

– Шантаж, давление, колкости, – ответила я. – Но я уже не та маленькая девочка, с которой твои уловки работали. Да и я думала, ты вырос из этого.

– Ты мне на вопрос не ответила, Рыжая, – вернул меня туда, куда хотел сам Роман.

– Нет, – ответила я твёрдо, вскинув подбородок. – Я ничего искать не пойду, и с работы я не уйду – она меня устраивает полностью. Ещё раз повторюсь – если что-то не устраивает по ряду причин лично тебя – так ты не пуп Земли, Рома. Найди тогда сам решение. Ты же мужчина, а не я. Вот и реши сам свои проблемы, не вешай их на меня. Тем более что мне абсолютно всё равно вернулся ты или нет, в России ты живешь или в Антарктиде с пингвинами, работаешь ли ты в одном здании со мной или нет. Ты в прошлом, Питерский. А на прошлое я не оглядываюсь.

– Ну да, – улыбнулась Рома как змея. – У тебя есть прекрасное будущее в виде старикана, да? Стали возбуждать мужики постарее?

Моему возмущению не было предела. Он имел в виду Виктора, конечно. Но он не старик, ему даже сорока пока что нет. Да, он старше меня, и обратил на меня внимание, но это не даёт право кому-то оскорблять нас за это. Я открывала и закрывала рот обратно, сдерживая себя от того, чтобы не наговорить того, о чём я потом буду жалеть. Всё же как ни крути, а передо мной сидит мой начальник, и со счетов это сбрасывать всё-таки нельзя. Как бы мы не хотели того миновать, а работать довольно тесно почти каждый день нам всё равно придётся. А значит, стоит кому-то из нас быть умнее и прикусить язык. Пусть роль умного исполню я.

– Вас не касается моя личная жизнь, Роман Петрович, – сказала я, смело заглянув в холодные серые глаза ставшего безумно красивым и сексуальным мужчины. Только душа его со временем словно испортилась только… Испачкалась об деньги и власть, или что… Не знаю. – И оставьте меня, пожалуйста, в покое.

– Да нужна ты мне, – фыркнул он и уставился в окно, наконец, прекратив меня изводить.

Я несколько раз глубоко втянула воздуха в лёгкие, чтобы заставить себя успокоиться. Не хочу, что Пётр, Наташа и тем более Оля заметили, что я чем-то взвинчена. А всё спасибо Роме. Даже спустя годы он снова доставляем мне неприятности и приносит с собой негативные эмоции.

Вернулся Пётр с покупками, и мы снова отправились в путь, и на этот раз без остановок добрались до их коттеджа.

Нас встретила Наташа, которая искренне обрадовалась Роману. Похоже, он даже не был дома – сразу прямо из аэропорта отправился в офис. Трудоголик…

Я чувствовала здесь себя особенно неловко в его присутствии. В доме даже перестановку не делали с момента, как я бывала тут и даже жила. Всё в нём невольно напоминало мне о прошлом. Я, конечно, старалась об этом не думать, но мысли непрошенными птицами всё равно залетали в мою голову…