Зов скитальца. Том второй (СИ) - Липарк Михаил - Страница 32

— Не нравится мне все это… — проговорил я, перемешивая основу для эликсира, в которую теперь вливал специальное алхимическое масло.

Узница в клетке кротко простонала, предлагая поделиться с ней тревожными мыслями. До сих пор в голове не укладывается, как она почти голышом тут не мерзнет. Меня даже передернуло от этих мыслей. Как будто сам в одной майке стою.

— Дракон этот… Совсем не похож на того, которого убивал Таарис, — заговорил я. — И радиации тут нет. И из изгоев он только один отряд убил. За целый год. Живет себе вполне мирно и никого не трогает. Кроме скота… Не знаю, Айлия. Все больше я в кодексе скитальца сомневаться начинаю. Вот есть дракон. И я должен его убить. Потому что так надо. Мир наш от всяких тварей избавлять. Но, с другой стороны… Может он и не чудовище вовсе. И сам я не больше, чем обычный охотник, который даже не ради пропитания охотиться. А ради чьей-то идеи, крепко застрявшей в голове…

— Эй, купидон! — послышалось из леса.

— А вот и Рогнус вернулся.

Я повернулся к лесу и увидел изгоя, держащего в своей руке зачарованный лук, святящийся в темноте магическими рунами.

— Дракон-то не простой, мать его! — взволнованно проговорил оружейник. — Я знаю откуда он появился. Нельзя его убивать, Кай…

Глава 16. Настоящий монстр

— Нельзя убивать дракона? — я чуть не опрокинул котелок, из которого вся основа для зелья могла пролиться на огонь.

— Что за привычка переспрашивать?

Рогнус забросил лук внутрь автомобиля, на котором мы приехали.

— Почему нельзя убивать дракона? — по-другому поставил вопрос я.

Я не могу…не убить дракона. Язык монстра нужен мне для того, чтобы снять чары с Архиуса. Аргумент чарователя должен быть железным, чтобы я отказался от этой идеи. Хотя…меня ничто не остановит. Нет других вариантов. Слишком многое поставлено на кон.

— Я нашел этот лук там, — Рогнус указал в том направлении, откуда пришел. — Он оказался магическим. И рассказал мне одну очень интересную историю.

— Теперь твоя очередь вешать интригу, да, Рогнус? — хмыкнул я.

— Ну должен же я отыграться.

Оружейник ухмыльнулся и подошел ближе к клетке, в которой сидела Айлия. Протянул ей кисть неизвестных мне ягод. Невольница тут же схватила их и принялась жадно есть.

— Дракон заколдован, — наконец сказал чарователь.

— Заколдован?

— Ну вот опять эти твои вопросы. Надо научиться не обращать на них внимания, — изгой махнул рукой. — В общем, лук принадлежал одной девушке. Она из избранных. Подожди. Не хочу ничего упустить.

Оружейник подошел к машине, взял лук и руны на оружии и кистях его рук засветились.

— Ее зовут Тайла. Эльфийка. Ей чуть больше пятидесяти лет. Можно сказать только-только отпраздновала совершеннолетие. К слову, этот лук зачаровывал не я. Это сделал один эльфийский шаман несколько тысячелетий назад. Оружие передавалось из поколения в поколение, пока наконец не досталось Тайле от ее…бабки? Да, старуха скорее всего была ее бабкой. История про то, как она стала одной из нас не будет тебе интересна. Эти подробности я опущу. Но вот дальше начинается самое занимательное.

Я подошел поближе, чтобы поднимающийся ветер не заглушил ни одного слова оружейника.

— Тайла была охотницей в лагере у Зараженных Холмов. А еще собиралась выйти замуж за Ондара Окрыленного. Это один из эльфов из того же лагеря. Лесничий.

— Можешь опускать также детали всяких любовных интриг? Ты даже не представляешь как высоки ставки на голову этого дракона. Мы же не спектакль пришли сюда смотреть.

— Н-е-е-е-т, купидон. Это очень важная часть истории. Так что напряги слух и наслаждайся романтикой народа изгоев во всей красе.

— Мои вопросы только растягивают твое удовольствие от этой самой интриги, да? Ладно. Я, так и быть, помолчу. Ну давай, что там со свадьбой этой Тайлы?

— Ондар Окрыленный был не единственным воздыхателем нашей охотницы. Сын старейшины Эрмунда, Йогфар тоже желал прекрасную девицу, не изуродованную меткой, а лишь слегка потрепанную мутацией…

Ага. В метку, стало быть, не все изгои верят. Может быть есть шанс, что не все согласились отдать своих детей Таарису…

— Что было дальше? — поторопил я изгоя, сделавшего длинную паузу и наслаждающегося контактом с магическим оружием.

— Йогфар домогался до нее. Но был связан по рукам и ногам. Потому что является сыном старейшины лагеря. А это, знаешь ли, позор на весь род. Быть уличенным в домогательствах. Но надо отдать Тайле должное. Нашей охотнице удавалось держать спесивого юнца на расстоянии.

— Удавалось?

— Ага. До последнего дня. Вечера накануне свадьбы. Тогда Тайла пошла на охоту, но там ее ждал сюрприз. Йогфар и отряд изгоев, служащих его папаше. Но это еще не все. Мальчонка прихватил с собой жениха и поклялся убить его у нее на глазах, если она откажется разорвать помолвку.

Вот елки-палки… Очередная история из этого проклятого мира. Я наслушался их здесь уже вдоволь. Какое отношение все эти разборки имеют к тому, чем занимаюсь я? Клянусь, я решу вопрос с Таарисом и больше носа не высуну из Олимпуса до конца обучения.

— Какое отношение вся эта история имеет к дракону, Рогнус? — нервно спросил я. — Из-за твоих баек я чуть не забыл добавить в котел лист травоядника.

Я спохватился, глянув на секундомер своих командирских часов и добавил следующий ингредиент. Травоядник рос в любое время года. И везде. Я легко нашел торчащее из снега растение под ближайшей березой.

— Самое прямое отношение, мерзкоед, — чарователь вновь принялся за свое. — Тайла не согласилась. Она убила одного из подонков выстрелом из вот этого лука прежде, чем перерезали горло ее суженому. Саму охотницу смертельно ранили. Хотя пацан думал, что убил ее. Я имею ввиду, сына Эрмунда. Конечно, он расстроился. Но подбрасывая тела убитых в логово волков, он не проверил у них пульс. А надо было. Потому что охотница еще дышала. Ни одну из вещей убитых не забрали. Хотели все подстроить так, как будто влюбленные сами забрели к волкам на очередном романтическом свидании. Поэтому лук с Тайлой и был до конца…

— Дракон здесь причем, Рогнус? Почему ты сказал, что монстра нельзя убивать?

— Потому что дракон это и есть Тайла, мать твою! — выругался оружейник глаза которого были закатаны под веки и смотрели драматичную историю. — Девчонка очнулась со смертельными ранениями, когда волки глодали ее суженого. Ревет, но пытается сдержать стон. В ужасе ползет прочь. В этом момент уже не хочет умирать. Она жутко злится и клянется отомстить Йографу. Но для этого ей нужно выжить. Проползает вглубь пещеры и проваливается в какой-то древний эльфийский храм. Тут десятки эльфийских символов на стенах. Голубая кровь, вытекающая из ее ран, почему-то светится и благодаря этому, Тайла может рассмотреть рисунки на стенах. Тут много разных изображений. Животные, существовавшие когда-то и существующие до сих пор. Чудовища. Она подползает ближе к дракону, изображенному на стене. Тяжело дышит и долго вглядывается. Прикасается к символу, нарисованному рядом со змеем, и вся пещера озаряется ярким белым слепящим светом. Теперь лук лежит на земле. Вижу огромные лапы дракона, который размахивает крыльями, готовясь взлететь. Он хватает своими острыми когтями оружие охотницы и уносится прочь. Лук выпадает из его когтей, когда он пролетает над этим лесом. Идет время и вот наконец появляюсь я. И нахожу его.

Молчание. Тишина. Звери, проснувшиеся в чаще с наступлением сумерек, начинают вести себя все более вызывающе. Я не могу проронить и слова. Собираюсь с мыслями. Произношу.

— Ты хочешь сказать, что…этот белый свет и есть момент превращения Тайлы в драконицу? — медленно спрашиваю я.

— Не хочу сказать, а говорю, — бросает изгой.

Вот почему дракон ни на кого не нападал весь тот год! Вот почему этот…монстр не обитает в местах повышенной радиации. Потому что это и не дракон вовсе. А тот отряд? Возможно, это те подонки, которые и убили Тайлу. Охотница просто мстила за себя и своего суженного.