Идеальный рецепт на Новый Год (СИ) - Блик Саша - Страница 40

— Понятия не имею, какая у них сегодня специфика, — отозвался он. — Возможно, женщины сидят ниже.

— А сколько здесь этажей? — заинтересовалась я.

— Три. Но большинство ниже второго не опускаются. В самом низу у них вип-зал.

Я хмыкнула, представив, как в самой нижней комнатке местной нечисти разливают не палёный самогон, а чистейший ром. Или, возможно, там у них происходят приватные танцы?

На скамье рядом с нами послышался булькающий звук, и какой-то мелкий домовой с грохотом свалился под лавку. В нашу сторону тут же повернулось несколько голов. Большая часть из них сразу отвернулась обратно, но несколько продолжили пристально разглядывать нас.

— Не нравится мне это внимание. Давай-ка вытаскивать леших, — пробормотал Волк и двинулся в сторону ведущей вниз лестницы, всё так же крепко прижимая меня к себе и почти полностью загораживая собственным телом от зала.

Идея спуститься казалась весьма здравой: мы ждали уже не меньше десяти минут, а Кондратия с Лесьяром и след простыл. Но стоило нам приблизиться к ступеням, как путь преградили три высоких фигуры.

— Так-так-так. Кто тут у нас?

Волк застыл на месте и едва заметно скривился.

— Добрый вечер, Агафон.

Брови того, кто нас поприветствовал, взлетели на середину лба, и он окинул нас ещё более заинтересованным взглядом. Я же с любопытством изучала собеседников. Два амбала по обе стороны от Агафона напоминали телохранителей. Впрочем, возможно, так оно и было. Сам мужчина был заметно ниже их обоих. На лице ярко выделялись глаза цвета болотной ряски, а зализанные назад рыжие волосы явно не были согласны с подобным обращением, потому что так и норовили выбиться из причёски.

Решив, что лучше изобразить вежливость, я кивнула головой, здороваясь с присутствующими. И тут же поймала на себе задумчивый взгляд зелёных глаз.

— Вот скажи, оконник, ты совсем страх потерял? Притащил подружку на мужскую вечеринку… На такое даже моей наглости не хватило.

Я поджала губы. Очевидно, гендерная дискриминация — норма для местного сообщества. Что поделать.

— Мы не на вечеринку пришли, — нахмурился Волк. — Мы по делу.

Он сделал шаг, надеясь обогнуть троицу, но Агафон тоже шагнул в сторону, вновь преграждая нам путь. Он завороженно разглядывал моего спутника, словно в первый раз видел.

— Конечно-конечно. Я вот только одного понять не могу. Ты всегда весь такой уверенный. Чуть что, сразу молнии мечешь… А тут просто стоишь и хмуришься.

Я почувствовала, как державшая меня рука сжалась сильнее и подняла глаза на Волка.

— Не пойму, к чему ты клонишь, — процедил он.

— А я объясню. Тут два варианта. Либо ты выделываешься перед новой подружкой, либо по какой-то причине не можешь пользоваться магией.

— Я с тобой говорить не намерен, — бросил Волк. — И драться тоже. Мне нужно кое-кого забрать, и мы уйдём.

Я заметила, что в зале стало ощутимо тише, и оглядела столы. За нами наблюдали. И с каждой секундой наблюдателей становилось больше. Те, кто пока нас не видел, получали тычки в бок, поднимали головы, останавливались на нас взглядами и замирали. Мне стало очень неуютно. Настолько, что по спине холодным ужом пробежал озноб. Что происходит?

— Это уж мне решать, — протянул Агафон. — И насчёт драки тоже.

— Пропусти нас, болотник, — прошипел Волк, мягко задвигая меня за спину и отпуская.

— А то что? Поколотишь меня?

Амбалы заухмылялись, потирая кулаки. А Волк неуловимым жестом засунул руку в карман, нащупал телефон, а спустя пару секунд вытащил ладонь обратно. Я нахмурилась, пытаясь понять, что он сделал, но моё внимание уже отвлёк Агафон.

— Впрочем, знаешь, я, пожалуй, отпущу тебя. — Он помолчал, явно ожидая реакции от Волка, и, не дождавшись, продолжил. — Ты уйдёшь, если оставишь мне на вечер свою подружку. Она, вроде, ничего так.

Я рванулась вперёд, вцепляясь ногтями в мужскую ладонь. После того, что Волк едва не сотворил с деревней, я была совершенно не уверена в его реакции на такие провокации. А прямо над нами находился жилой дом.

— Я не его подружка, — возразила громко. — Мы просто пришли вместе.

Волк на секунду замер, а потом медленно расслабился и ободряюще сжал мои пальцы. После этого жеста, я слегка успокоилась и вытянула шею, надеясь разглядеть на лестнице макушки возвращавшихся леших. Увы, на ступенях было по-прежнему пусто.

— Ах, они даже не вместе, — усмехнулся болотник, тараня взглядом наши сцепленные руки. — Тогда никто не будет возражать, если я с этой девочкой слегка развлекусь. Интересно, какая она в постели.

Стоявшие по обе стороны от него бугаи дружно заржали.

— Достаточно, Агафон, — прошипел Волк. — Дай пройти.

— А то что?

— Ты точно хочешь это выяснять?

— Не вижу препятствий. Если бы мог, ты бы меня уже давно заткнул. А раз мы всё ещё разговариваем, значит, не можешь.

— Даже если и так, что дальше?

Волк медленно перетёк в более устойчивую позу и сделал шаг назад, оттесняя меня к ведущей вверх лестнице. Я на миг обернулась и застыла. Сзади нас безмолвным полукругом обступили ещё несколько фигур, отрезая путь к отступлению.

— А дальше мы отыграемся за ваш последний визит.

20. Оконники

— Что же ты всё-таки устроил во время последнего визита? — прошипела я, придвигая к себе новую тарелку с куриными костями.

— Ничего особенного, — буркнул Волк, взвешивая на ладони кувшин с пивом. — Просто вылили весь самогон.

— Рюрик бы тебе этого не простил, — фыркнула я. Из-за столешницы появилась очередная всклокоченная голова, и тут же получила метким ударом в глаз от меня. Раздался вой, и обладатель свежего фингала поспешил скрыться, а я победно подкинула в воздух рогатку. Кто бы мог подумать, что мне когда-то пригодится это полузабытое детское увлечение.

— Зря, конечно, — протянул Волк, принюхиваясь в содержимому кувшина. — Если бы мы его тогда не вылили, сейчас можно бы было всё здесь поджечь. А вот пиво не горит.

— Если бы вы его тогда не вылили, — возразила я, — сейчас подобной ситуации бы не возникло.

— Ещё как возникло, — фыркнул он. — Поверь, эти найдут, к чему придраться. Оконников здесь не любят.

Я недоверчиво покачала головой, но возразить не успела. Наше импровизированное укрытие подверглось очередной внезапной атаке. Через баррикаду из поваленных столов ломанулось сразу пятеро амбалов. Волк моментально вскочил на ноги, швыряя кувшин в первого и ловя второго плечом поперёк живота. Я подобралась и поудобнее перехватила старый парфюмерный пробник с отвратительным ароматом, мотавшийся в косметичке последние три года.

— Ну здравствуй, сладкая, — прошелестел над ухом голос Агафона, и я не глядя вскинула руку, распыляя духи за спину где-то на уровне виска. Послышался отборный мат, и я прыгнула вперёд, разворачиваясь лицом к противнику. Впрочем, секунду спустя противник, ослеплённый eau de parfum со стёршимся названием, вылетел с нашей небольшой территории, а Волк резким движением вновь утянул меня на пол. И вовремя — в стену над нашими головами врезался очередной глиняный кувшин, обдавая нас осколками и брызгами дешёвого пива. Хорошо, что только брызгами — если бы меня облило пивом с головы до ног, снова пришлось бы искать чистую одежду. А этого мне совершенно не хотелось. Вернее, хотелось, но не сейчас, а когда всё закончится.

— Дурдом, — пробормотала я, стряхивая с плеча пару черепков.

Мы держали оборону уже минут пятнадцать. Нам посчастливилось воспользоваться эффектом неожиданности и взять в заложники так удачно поднимавшийся по лестнице поднос с напитками (несущий поднос официант нам не понадобился) и окопаться у стены. Окоп состоял из нескольких рядов поваленных столов. Конструкция выглядела очень ненадёжно, но пока держалась. Понятное дело, Агафон был несогласен с подобным стечением обстоятельств, но пока не оставлял надежды взять нас живыми без помощи магии.

— Просто за применение магии на сотрудника ОКНа наказание строже в разы, — объяснил Волк в самом начале.