Доминика (СИ) - Марр Эмилия - Страница 60

— И что ты хотел, чтобы я тебе сказал? — вытерев лицо от крови своей футболкой, вмешался в разговор Кеша. — Ты о ней ни разу не спросил! Ни разу! Хоть бы намекнул, что вспоминаешь ее! Что вообще думаешь о ней! Что жалеешь о разрыве ваших отношений! Так нет же! Мы гордые! А она при каждой нашей встрече говорила, просила молчать, понимая, что не нужна тебе, и навряд ли ты будешь рад еще и ребёнку от нее!

— Но я рад!

— Но она-то этого не знала! Как и мы! Понимаешь?!

— Блин, бред какой-то, — я уже ничего не понимал. Да, я был не прав. Мне следовало свои действия согласовать с парнями. Но черт! Мне было перед ними стыдно, что я так лоханулся. Да еще и влюбился, а потом потерял! Никогда не думал, что это чувство во мне вообще появится.

— Что происходит? — в кабинет ворвался отец. — Вас слышно на весь дом, — воскликнул он, осмотрев Кешу и его разбитую губу. Батя явно был недоволен мной. Он всегда учил нас сдерживать свои порывы, все обдумывать и только после этого действовать.

— У Ники ребёнок от Макса. Сначала она хотела сделать аборт, затем оставила ребёнка, но решила отдать его на воспитание другим людям. Макс бесится по этому поводу. После родов она снова передумала, оставила ребенка при себе и вместе с подругой его растила. А Кеша все это знал и молчал. Помогал им, но Максу, да и мне, ничего не говорил. За что и получил.

Валя всегда отличался от нас тем, что все говорил «в лоб». Без прелюдий, без подготовки. Но всегда был честен. Ему наша афера далась очень тяжело. Притворяться, лгать он ненавидел больше всего. А тут еще сдружился на этой работе с Доминикой, и поэтому ему было трудно вдвойне: приходилось лгать своему «новому другу», как он ее называл.

Новость о внуке для отца явно была неожиданной. Он некоторое время молчал, обдумывал.

— Макс, что тебя не устраивает? Как я понял, тебе эта девушка нравится. Ктомуже у вас общий ребенок, что упрощает положение. Она хотела уехать, но теперь у тебя есть все основания ее удержать. Так в чем проблема?

— Я… отец, я не знаю. То, что она собиралась избавиться от ребёнка, никак не укладывается у меня в голове. Я не понимаю этого. Возможно, я ошибался на ее счёт. Возможно, она не такая, какой я ее представлял все это время.

— Сын, как я понял из рассказанного ранее, ты бросил девушку.

— Да, но ребенка бросить…

— Не перебивай. Во-первых, ты ее бросил. Во-вторых, что если это была ее защитная реакция? Гормоны сильно шалят у беременных. Ваша мама все три свои беременности меня мучила, как могла. Ни с того ни с сего могла зареветь, то от счастья, что ждет малыша, то от страха: а вдруг что-то случиться. Да, вообще, много чего было. Сейчас это смешно вспоминать, но тогда я с трудом выносил жизнь. К концу срока, я больше нее ждал родов. Что бы этот «ад» наконец закончился. Ну, а в-третьих, не бросила же. Значит, ты в ней вовсе не ошибся. Девушка она хорошая, добрая, искренняя. На тебя из-за денег не вешается, не лицемерит. В общем, мне она тоже нравится. И если ты хочешь быть счастлив, то не будь дураком, во второй раз не упускай ее.

То, что сказал отец, заставило меня усомниться в правильности своих обвинений… Да и слова Валентина задели. Надо все обдумать.

— Значит так, — продолжил отец, — сейчас, Валя, сходи к Доминике. Позови ее. Хочу с ней потолковать. А ты, Макс, очень хорошо все взвесь и присоединяйся к нашему разговору. А пока я решу вопрос насчет внука. Будешь ты с девушкой или нет — дело твоё, но внука терять я не намерен.

Глава 27

Ирка открыла дверь и встала как вкопанная. Я сразу даже не поняла почему. На пороге стоял Валентин.

— Думаю, сбежать вы успеете в следующий раз, а сейчас, пожалуйста, Ника, спустись вниз. Отец хотел с тобой поговорить.

— О чем ты, Валя? Мы вовсе не собирались…

— Хватит, Ира! Я все слышал! Мне все равно, с тобой будет разбираться Кеша. А ты, — обратился он к Лайме, — будь добра зайти обратно в комнату. Ника, — напомнил он мне, — тебя ждут внизу. Поторопись, пожалуйста. Ира, а ты освободи мою комнату.

Лицо обычно добродушного Валентина сейчас не выражало ничего, кроме раздражения. Наверное, что-то произошло в кабинете, что его так взбесило.

Да, не вышло уехать. Жаль. Но ничего, насильно меня тут не будут держать, тем более что и Аристарх Витальевич знает. Он рациональный человек, я уверена.

— Ладно, иду. Юлик пойдёт со мной. Думаю, ему тоже пора познакомиться с дедушкой. Да, малыш? Я скоро, Лайма, дождись меня, пожалуйста.

— Куда же я без тебя, подруга. Дождусь.

Держа на руках сына, я спустилась вниз.

В дверях кабинета столкнулась с Кешей. Его губа и бровь были рассечены, и оттуда шла кровь. Теперь понятно раздражение Вали. Тут произошла драка.

— Кеша, извини, это из-за меня тебя так Макс…

— Ты ни при чем. Не переживай. Как дела, Юлик? Не бойся, малыш, с дядей все в порядке, — трогая ручку ребёнка и стараясь улыбаться, сказал Кеша. — Ну ладно, пойду наверх, приведу себя в порядок. Вас там отец ждёт, — указал на кабинет.

— Да, Валя мне передал. Ну ладно, ни пуха мне ни пера.

— К черту! Не переживай. Отец у нас мировой.

— Спасибо, Кеш. Серьёзно, даже не знаю, что было бы, если бы не ты.

— Не надо, Ника. Все в порядке. Ты для меня, как младшая сестра. Ладно, отец заждался. Потом ещё поговорим.

Попрощавшись с ним, я набрала воздуха в лёгкие и постучала в дверь, а после вошла.

За главным столом сидел Макс, а рядом, на диване, — Аристарх Витальевич.

Я не ожидала увидеть здесь Максимилиана. Он ничего не говорил и не делал, просто сидел и смотрел на все, что происходит.

Забрав у меня Юлика, отец семейства снова сел на диван и посадил ребёнка к себе на колени.

— Ну, здравствуй, внук! Рад знакомству. Как тебя зовут?

— Юлий. Он пока не говорит, как вы понимаете, в силу своего возраста.

— Юлий. Красивое имя. Кто назвал?

— Я.

— Можно поинтересоваться, почему именно это имя?

— Кхм… Максимилиан рассказывал, что его мама преподавала латинский язык и выбирала имена латинского происхождения для всех своих сыновей. Вот и я так… эээ… назвала.

Аристарх Витальевич долго на меня смотрел. И в этом взгляде я увидела одобрение. Чему была несказанно рада.

В сторону Макса я боялась смотреть. В силу недавних событий, опасалась, что еще обвинит в том, что повторила за его мамой.

— Доминика. Так звучит ваше имя полностью?

— Да, можно просто Ника.

— Если позволите, хотелось бы произносить его полностью. У вас красивое имя, не стоит его скрывать за коротким «Ника». Так вот, я понимаю, у вас сейчас есть какие-то разногласия с моим сыном, в это я вмешиваться не буду. Вы молодые — должны сами разобраться. Но внука я хотел бы оградить от ваших разборок, а вернее, попросить не ограничивать наше с ним общение, несмотря на ваши хорошие или плохие отношения с Максимилианом. Что ты мне ответишь на это?

— Я…у меня не было намерений вас ограничивать. Просто ранее я не была уверена, нужен ли ребёнок Максимилиану, поэтому не говорила о нем. Если вы хотите видеться с внуком, проводить с ним время, гулять, играть и так далее — я согласна на все. Только спать он будет возвращаться домой, ко мне в квартиру.

— Думаю, вполне приемлемые требования. Ну что же, внучок, пошли, поближе познакомимся, что ли?!

Я облегчённо выдохнула. Все же, как приятно разговаривать с адекватным человеком!

— Во сколько вы его укладываете спать?

— Да, уже поздно. Думаю, ещё полчаса у вас есть, а после мы уже поедем в Москву, домой.

— Ну что же… Не будем терять ни минуты. Мы погуляем по саду.

Дед с внуком вышли, и мы с Максом остались в кабинете одни. Смотреть на него я боялась.

Он молчит, ну что же… мне тоже ему нечего сказать. Лучше мне уйти.

Уже схватилась за ручку двери, как услышала его голос:

— Останьтесь уже тут на эту ночь. Я тоже хочу познакомиться с сыном, поговорить, погулять. А после я сам вас отвезу.