Муж любовницы моего мужа (СИ) - Володина Таня - Страница 22

— Не нужно! Кирилл, я же просила не преследовать меня. Я не хочу с тобой встречаться, это неправильно.

— Маша, я тебя не преследую! Я понятия не имел, что встречу тебя на конюшне. Я к жене приехал. Или ты предлагаешь совсем в Мухобор не приезжать?

Это была справедливая отповедь. Я заткнулась.

— Я просто хочу тебе кое-что показать, — он достал телефон и открыл какой-то чат. — Я не планировал никому это показывать, это… личное. Но, мне кажется, ты должна знать.

— В смысле «личное»?

Его телефон меня пугал. Я интуитивно чувствовала, что ничего хорошего там не увижу.

— Это моя переписка с твоим мужем.

9. Ты — моя проблема

«Привет, Кирилл. Как дела?» — гласило первое сообщение от Димки.

Судя по дате, оно было отправлено вскоре после их секса втроём. Кирилл на сообщение не ответил. Спустя несколько дней мой муж снова написал:

«Привет! Кирилл, мне нужно с тобой поговорить».

Опять без ответа.

«Кирилл, это очень важно!»

«Извини, не видел твои сообщения. Что ты хотел?»

«Встретиться».

«Я плотно занят, в ближайшее время вряд ли получится. У тебя какие-то проблемы?»

«Ты — моя проблема».

«Что это значит?»

«Не притворяйся, будто не понимаешь, о чём речь», — написал Дима.

На этом переписка обрывалась. Я ничего из неё не поняла, кроме того, что Дима настойчиво уговаривал Кирилла встретиться, а тот упорно отказывался. Я глянула на Кирилла:

— Ну и зачем ты мне это показал? Какие выводы я должна сделать?

Он потёр пальцами переносицу. Видно было, что ему нелегко разговаривать на эту тему.

— Послушай, Маша, я стараюсь не лезть в личную жизнь других людей, мне своих проблем хватает. Но в данном случае…

— Что?

— Подумай десять раз, прежде чем рожать ребёнка от своего мужа.

Меня обожгло злостью:

— Да кто ты такой, чтобы указывать, от кого мне рожать? Может, ещё предложишь родить от тебя? Ты считаешь себя более достойным кандидатом в отцы моего ребёнка?

— Я, по крайней мере, ничего от тебя не скрываю.

— А Дима скрывает! Ему приходится! Двое взрослых людей сделали ему предложение, от которого он не смог отказаться. И теперь у него психологические проблемы. Не каждый, кто скрывает измену, — сволочь. Иногда люди хотят сохранить семью и поэтому молчат. Это тяжкий груз, подло перевешивать его на партнёра: мол, я такой честный, всё тебе рассказал, а ты прости, живи со мной дальше и не смей упрекать за мою откровенность. — Я перевела дух. — Даже психологи советуют скрывать разовые измены, если изменник не планирует разводиться.

Я попыталась открыть дверь, но она была заблокирована.

— Выпусти меня!

— Маша, как же ты не видишь? Он не только измену от тебя скрывает. Измена в вашем случае — это херня, есть вещи поважнее. Вот чёрт! Я чувствую себя полным идиотом. Сколько лет вы вместе?

— Пять.

— И ты никогда ничего за ним не замечала?

— Замечала. Он добрый, семейный и ответственный человек. Он будет хорошим отцом.

— Ну, с этим я спорить не стану, — пробормотал Кирилл, проводя ладонью по лицу. — Геи обычно фанатичные отцы, насколько я знаю.

— Кто? — переспросила я. — Какие ещё геи?

Кирилл молча посмотрел на меня.

— Бред, — сказала я.

Кирилл пожал плечами. У меня мелко-мелко задрожал подбородок. Я постаралась взять себя в руки.

— Ты это говоришь в отместку за то, что я отказалась… — я не знала, как сформулировать фразу, — за то, что не захотела встречаться с тобой…

Слезы наполнили глаза, я прикусила губу.

— Нет, — жёстко ответил Кирилл, наклонившись ко мне так близко, что я ощутила запах клубники от его дыхания. — Дело не в том, что ты меня послала, а в том, что твоя судьба мне не безразлична. Рожать детей от такого парня, как Дима Истомин, нужно с открытыми глазами, тщательно взвешивая все риски. Да, вполне вероятно, он будет хорошим отцом, но разве этого достаточно? Ты будешь счастлива, зная, что твоего мужа тянет к мужчинам?

— Его не тянет к мужчинам! — крикнула я и оттолкнула Кирилла, но он даже не шевельнулся. — Не тянет! Не тянет!

— «Ты — моя проблема», — процитировал Кирилл, схватив меня за плечи. — Маша, я помню, как он на меня смотрел. Поверь мне, я знаю, как смотрят мужчины на мужчин, и могу отличить обычный взгляд от сексуального интереса. Мне приходилось с этим сталкиваться. После того, как я перестал ему отвечать, он начал писать Зое. Просил о повторении, делал комплименты, слал фотографии. Зоя решила, что он влюбился в неё, я не стал разубеждать. Это всё очень… — он поискал слово: — прискорбно.

Слёзы всё-таки побежали по щекам. Я выкрутилась из хватки Кирилла и закрыла лицо руками.

— Зачем ты так со мной?..

— Я не собирался никому ничего рассказывать. Аутинг — это мерзко. Человек имеет право скрывать ориентацию, особенно в нашей стране. Но ты мне не чужая, я не хочу, чтобы ты страдала. Если тебя устраивает такой муж, то ладно, это твоё личное дело, но ребёнок… Прости, я должен был сказать. Вернее, это он должен был сказать, но пришлось мне. Я не хочу, чтобы ты испортила жизнь из-за парня, который пытается усидеть на двух стульях. Он ведёт себя эгоистично. Ты заслуживаешь большего, чем он может дать.

Я всхлипнула и начала плакать. Сначала беззвучно, потом всё громче и громче. Я поверила Кириллу. «Мне неприятно втягивать тебя в эту грязь», — говорил Дима. «Я испытываю чувства, которых раньше никогда не испытывал». Он называл его Кирой, а не Кириллом Олеговичем. Признался, что запутался, и просил дать время, чтобы распутаться.

После секса втроём он и правда увлёкся другим человеком.

Вот только это была не Зоя.

И что мне делать с этой правдой?

— Он предупреждал меня, чтобы я держалась от тебя подальше, — провыла я сквозь рыдания. — Чтобы не велась на твою харизму. Назвал тебя мудаком.

— Я рад, что ты его не послушалась. — Кирилл достал бумажный платок и осторожно вытер мои слёзы. — Иди ко мне.

Он затащил меня в объятия. Успокаивающе покачал из стороны в сторону, как ребёнка, разбившего коленку, а не как женщину, которая узнала, что вышла замуж за парня с неустановленной ориентацией.

— Лучше бы послушалась, — сказала я. — То, что мы сделали, — это ошибка, Кирилл.

Он вдавил мою голову себе в грудь, словно хотел, чтобы я замолчала.

Сказал негромко в растрепавшиеся волосы:

— Это не ошибка. Я тебя люблю.

— Ты любишь жену, — напомнила я, утыкаясь носом в шёлковый галстук, пахнувший парфюмом Кирилла.

— Да, я люблю Зою, — согласился он, гладя меня по голове, — и своих родителей, и Федю с Васькой. А ещё я люблю тебя.

— Кто такие Федя с Васькой?

— Мои сыновья.

— А-а… — Я выпуталась из объятий и высморкалась в платочек. — Ты меня не любишь, Кирилл, это временное помрачение, похоть.

— Ты думаешь, я не способен отличить любовь от похоти?

— Я думаю, что твоя жена не давала тебе в постели некоторых важных вещей. Прости, но я в курсе, что у Зои сложности с оргазмом. Она мне сегодня рассказала. А тут я — после многомесячного воздержания. К тому же все эти разговоры про секс втроём, эротические танцы в ночном клубе, алкоголь… — Я глубоко вздохнула. — Признаюсь, меня тоже немного перемкнуло на тебе, но это чисто физическое влечение, не принимай его за настоящую любовь.

— Я постоянно о тебе думаю, Маша. Постоянно. Днём и ночью, даже на совещаниях. Я случайно назвал бухгалтера твоим именем.

Когда он находился так близко, я ему верила. Сердце сладко трепыхалось в груди от его слов, хотя я понимала, что их диктовал его член, а не разум. Кирилл хотел заняться со мной сексом и вновь пережить женский оргазм. Его это возбуждало, пьянило и льстило мужскому самолюбию. Он много лет был лишён ощущения, что удовлетворяет женщину, а я ему отсыпала с лихвой. Но это всего лишь секс. Я сочувствовала Кириллу всей душой, но не разделяла его иллюзий по поводу любви.

— Думай лучше, как помочь Зое, — уныло посоветовала я.