Воспоминания душегуба: Друг (СИ) - Ставров И. В. - Страница 42

Неожиданно тварь замерла. Где-то далеко в её гудящей голове поселился звук крыльев, и зверь принялся мотать головой из стороны в сторону. В этот момент длинный клинок вошёл в затылок погани. Разжав челюсти, зверь выронил истекающую кровью Гончую на траву.

Следы от зубов начинались на её правом предплечье, пересекали всю правую сторону грудной клетки и заканчивались на ключице. Мир перед глазами алгунир расплывался, не собираясь складывать кусочки мозаики в единую картину. Гончая смогла рассмотреть лишь затемнённое лицо на фоне серого неба. На большее сил у неё не хватило.

— Ох, зайцы! — проговорил грудным голосом белокурый мужчина, кудрявые волосы которого были завязаны в хвост. — Потрепало вас знатно! Но и вы этой погани достойный отпор дали!

Облачённый в сине-белую одежду, с двумя клинками на поясе, мускулистый мужчина подошёл к Змею. Бегло осмотрев, он одной рукой закинул на плечо лидера их группы. Кое-как устроив тяжело раненную на второй руке, незнакомец посмотрел в ту сторону, откуда недавно доносились вопли тварей.

— Пропал во мраке, — нахмурился мужчина. — Жаль зайца…

Мужчина сосредоточился, пошевелил здоровенными плечами и из-под его плаща вырвались крылья цвета белоснежных облаков. В вечернем сумраке лебединые крылья мужчины слабо сияли, разгоняя смоль. В доселе безмолвном лесу появилась надежда. Явился победитель погани. Чирикнул одинокий воробей. Ухнул филин. Личинка жука-древоточца не ушла от ловкого клюва дятла. На краю поляны высунул мордочку серый заяц. Свет возвращался в вороные леса, изгоняя тьму.

Единственными, кто мог увидеть парящую в небе огромную птицу, были три человека из второй группы каргалов. Но птица была от них столь далеко, что они не смогли четко рассмотреть её и не придали этому значения.

— Как вы думаете, что с ним? — шепнула Кроха.

— Да хрен его знает! — выругался Бритва. — Когда твари уйдут, надо будет проверить. И пойдёшь туда ты.

— Почему я?!

— Потому что именно ты упустила Мангуста в городе.

— Да кто знал, что всё получится именно так! И вообще, он перцовкой меня ослепил!

Девушка яростно потёрла красные от металлической стружки глаза. Они нещадно болели и доставляли ей большие неудобства. Конечно, она сразу же воспользовалась каплями, а после промыла одной настойкой, способствующей быстрому восстановлению после попадания этой слезоточивой смеси. Но для хорошего результата нужно промывать глаза как можно чаще, да и далеко не во всех случаях зрение возвращается полностью. Кроха не могла нормально сфокусировать взгляд, а глаза постоянно слезились и болели, что очень сильно её бесило и заставляло скрежетать зубами, вспоминая злополучную схватку с Мангустом.

Негласно в Гильдии существуют Тени и Стиратели, однако это совсем не так. На самом деле существуют только Тени, официальные представители организации. А Стиратели — лишь расходный материал, что-то между Тенью и наёмником. Однако все истинные каю умеют хранить тайны. Поэтому Стиратели и понятия не имеют о том, что они не более, чем старый больной таппан — и убить жалко, и оставлять затратно. Однако коль больной таппан сам рвётся в бой, то можно воспользоваться бесплатной рабочей силой и подержать его ещё какое-то время. Всё равно рано или поздно его можно будет принести на жертвенный алтарь во имя государства.

Девушка закусила губу — надо было сразу убивать его и дело с концом. Но нет, дура безмозглая! Зубы заговорить захотела, да тёпленьким каргалам сдать! Бритва только махнул рукой на потирающую глаза девчонку.

— Ну и твари, ужас…

— Это топтуны. Из Гиблых Топей к нам наведались. Тут недалеко совсем.

Кроха и Бритва разом воззрились на лидера группы.

— Топтуны?

— А ты откуда знаешь?!

— Будете орать — вместе пойдём на корм следом за Мангустом! — шикнул на них Ингул, и уже спокойнее: — Топтуны это, видел их раньше. Нам здесь ничего не светит. Надо уходить.

— Куда?! А труп проверить?

— Они знают, когда кто-то входит в их логово, даже если в другом конце леса находятся. Считайте это что-то вроде их тёмных чар. И даже если мы проверим и убедимся в том, что Мангуст мёртв, сможем ли мы отбиться хотя бы от одного? А от двоих? А бежать здесь, сами понимаете, бессмысленно. Они быстрее медведей бегают. Да и сам косолапый для них на один зуб.

— И куда нам теперь?

— Надо проверить, где вторая тройка. Они не подают сигнал.

Ещё издалека все трое учуяли смрадный запах туши топтуна. Вокруг тела, там, где кровь твари оросила землю, трава завяла и окрасилась в серые цвета. Гнилому чирью была подобна туша чудовища. Лес посылал все силы, чтобы выдавить гниль, но совладать с гиблой мощью он был неспособен.

— В кровь не наступите!

— А что будет? — с вызовом спросил Бритва.

— Хочешь — проверяй. Но я бы держался от такой пакости подальше. Даже будь это труп. Нет! Особенно если это труп!

— Смотрите! — послышался шёпот Крохи в десяти саженях от двух молодых людей. — Здесь…

— Что там, чего замолчала? — отодвинул её подбежавший Бритва.

Лицо его тут же сменилось гримасой боли — ещё один мёртвый каргал. Головы не было, осталось лишь крошево мозгов вперемешку с костями черепа, кровью и волосами.

— Брат мертв, Ингул…

Скрипнувшие зубы командира отряда Бритва с Крохой услышали даже за десять саженей от него.

— Бритва, ты знаешь, что делать.

— Есть! — козырнул каргал, начав собирать хворост для большого костра.

Каргалы умели устраивать костёр так, чтобы он не спалил лес, но Кроха об этом не знала, с удивлением переводя взгляд с Ингула на Бритву.

— А… — замялась девушка, подойдя к осунувшемуся Ингулу. — Где ещё двое?

Какое-то время лидер не отвечал, обходя местность и изучая в разных местах следы. Кроха уже отчаялась услышать ответ, как вдруг Ингул пробубнил себе под нос:

— И мне это тоже интересно.

Девушка не видела, чем именно занят сидевший на корточках спиной к ней Ингул, но не стала задавать вопросов и удалилась помогать Бритве. Покрутив в руках длинное белоснежное перо, Ингул поискал что-то в небе и пробубнил себе под нос:

— Очень интересно…

Комната пропахла необычными травами, сукровицей и чем-то ещё. Таких запахов нос Змея ещё никогда не ощущал. Напоминало крапиву, хвойные иголки, и, наверное, масло. Даже несколько масел.

Посчитав своё состояние удовлетворительным, он распахнул глаза. Первым его встретил высокий аркообразный потолок ярко-бежевого цвета. Попытавшись подняться, он крякнул — всё тело ниже шеи и выше того места, где брюшной пресс теряет свое название, оказалось плотно закрыто тряпками. От совершённого им движения травами запахло сильнее, и пришлось упасть обратно на мягкую подушку.

Справа от него спала Гончая. Выглядела она скверно. Бледное лицо, синие губы и частое свистящее дыхание свидетельствовало о тяжёлом положении девчонки. По сравнению с ней, каргал выглядел совсем здоровым. Дышать было тяжело. Он чувствовал, что лёгким не хватает воздуха, но не мог вдохнуть глубже и от этого ощущал себя прескверно.

Между их кроватями, на комоде, каргал заметил глиняные ребристые кружки с корчагой. Змей хотел расслабиться и надеялся на булькающее там вино, но изучить содержимое кувшина ему не дали. В комнате появился мужчина неопределённого возраста в ярко-синей тунике и прищурился, рассматривая каргала. Высокий мужчина с развитыми плечами и узловатыми пальцами внушал опасение, а парные клинки в потёртых ножнах говорили о его неплохих воинских качествах.

— Очнулся, сынку? — голос незнакомца хрустел соломой. — Это хорошо. Значит, не все травки я на старости лет перепутал…

Из-за его прямой спины и невероятного спокойствия во взгляде, больше сорока дать ему было невозможно. Однако от того, что лекарь мог что-то напутать, у Змея сами собой подскочили брови, и он сразу перестал гадать о возрасте незнакомца. Увидев его выражение лица, мужчина засмеялся каким-то скрипучим, пищащим, или даже свистящим голосом, а в его глазах появились смешливые огоньки.